Если завтра случится (СИ) - Джолос Анна

Даня научил меня многим вещам: например, поджигать газовую плиту спичками (начали с каминных), кататься на велике и доске, играть в городки, стрелять из рогатки по жестяным банкам и, конечно же, кидать плоские камешки так, чтобы они подпрыгивали на воде.

А ещё… он помог мне избавиться от Веры-стервы. Ох и натерпелась же она от нас! Чего только не было…

Первое. Организовывали подставы. То Вера забывала отключить какой-нибудь из электроприборов, то просыпала начало рабочего дня (потому что кто-то накануне переставлял ей будильник).

Второе. Измывались над ней по-всякому. Портили одежду ножницами. Подсыпали в чай порошок для расстройства стула. Усыпляли её снотворным, чтобы разрисовать лицо убойными маркерами. Подкладывали в туфли птичий помёт. Запускали ужа в комнату. А однажды, прямо в разгар семейного торжества, я, по совету предприимчивого Данилы, выплюнула ей в волосы гигантскую термоядерную жвачку. Бессменная классика. Десять баллов из десяти! Этой выдре пришлось состричь приличную длину из-за моей шалости.

Но, надо признать, Вера-стерва держалась долго. Терпела, как могла. Жаловалась отцу, психовала, грозилась уволиться, плакала и закрывала меня в комнате, наказывая.

Честно, было как-то глубоко параллельно. Мы с Даней продолжали виртуозно издеваться над ней. И при этом я, соблюдая немую договорённость, молчала, так и не сообщив матери о том, что происходило дома в её отсутствие.

Если вкратце, апогеем всего стала история, связанная с пропажей денег из отцовского сейфа.

Боже мой! Мы тогда посмотрели с десяток фильмов на эту тематику и кучу роликов в интернете. Целый план разработали. Доморощенные Бони и Клайд. Узнали отцовский пароль от сейфа хитрым способом. Подгадали удачный момент. Открыли его. Забрали и припрятали деньги в комнате Веры.

Ох и скандалище разразился последующим вечером! Приехал начальник папиной охраны с людьми в форме. Мы с Даней очень разнервничались и, выражаясь его языком, очканули не по-детски. Оказалось, зря…

Когда при обыске пачки пропавших денег были обнаружены среди вещей Веры, папа так на неё разозлился, что выставил в тот же вечер вон.

Так-то!

Никогда не забуду, как мы праздновали свою победу! Сбежали на дикий пляж. Устроили пикник в прибрежном лесу, на поляне. С пузырящимся в хрустальных бокалах лимонадом и жареными на костре сосисками.

И ладно, что получили потом от бати за побег и «игры с огнём». Зато сколько было ярких впечатлений! Один только запуск воздушного змея с надписью «свобода» чего стоит! Я так радовалась тому, что Вера исчезла из нашей жизни! Ничто не могло сравниться с этим чувством.

Ровно до того момента, как губы Дани коснулись моей щеки.

Господи… Да я чуть не померла прямо там. Думала, сердце остановится. Настолько неожиданным для меня оказался этот его поступок…

Лицо буквально пылало от смущения. Не могла моргать. Хотелось и плакать, и смеяться одновременно, но я лишь таращилась на мальчишку, впав в некий ступор.

Это всё змей виноват, которого мы запускали! Стояли так близко друг к другу, что я кожей ощущала дыхание Данилы.

Ну хватит блин. Смешно! Я помню эти глупости, а он, наверное, давно уже обо всём забыл.

Тряхнув головой, дабы избавиться от настырных воспоминаний, открываю пачку с печеньем и вновь слышу это.

Шкрябается кто-то. Ну да ведь? Или я поехала крышей? Одно из двух.

Прислушиваюсь.

Ничего.

Странно!

Нахмурившись, бросаю в чашку чайный пакетик и заливаю его кипятком.

Какое всё-таки счастье, что есть электричество!

Едва успеваю об этом подумать, как гаснет свет.

— Замечательно! — лезу за фонариком. В спешке его включаю.

Шорох.

Испуганно замираю и поворачиваюсь, выдавая идиотское «кто там?».

Надеюсь, это не дух хозяина подземелья, решившего заглянуть в свои «хоромы».

Бах!

С потолка что-то летит на пол.

Ёлки-палки!

Решётка вентиляции?

Подсвечиваю светом фонарика окружающее пространство. Поднимаю взгляд, да так и застываю неподвижной статуей.

Из вентиляционной дырки на меня смотрят два блестящих глаза.

— Мамочки… — перестаю дышать.

Уронив на пол пачку с печеньем, сверкая пятками, бегу оттуда прочь. Захлопываю дверь, приставляю к ней имеющиеся в моей каморке стулья и прыгаю на кровать, прячась под одеяло.

По-идиотски, но как есть. Из песни слов не выкинешь.

— Блин…

Хочется разрыдаться.

Только этого мне не хватало! О таком соседстве я точно не мечтала!

Глава 13

Данила

— Остыл? — интересуется Егор, когда подъезжаем к дому, некогда принадлежавшему нашим родителям.

Молча выхожу из машины и направляюсь к калитке, вдоль которой ползёт дикий виноград.

Зла не хватает. Мириться с подобными выходками я не намерен.

— Малой, так надо было, — доносится вслед.

— Пошёл ты, — цежу сквозь зубы.

— Я понимаю твоё недовольство, Данила, но…

— Ты оставил нас там без грёбаного запасного ключа! — перебиваю сходу. — Тупо закрыл и ушёл, исчезнув на энное количество дней. Считаешь, что это нормально? — останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.

— Зато ты уяснил, что лишняя деятельность наказуема.

Качаю головой.

Разве так можно?

— Хера ли ты попёрся в город? Сказано было сидеть и не высовываться.

— Мне нужны были запчасти для генератора. Ещё и девчонка заболела.

— Заболела. И чё теперь? Харэ уже трястись над ней!

Подхожу к нему ближе. Останавливаюсь прямо напротив.

— У неё была высокая температура. Тридцать девять и шесть. Что, по-твоему, я должен был предпринять?

— Да не кипятись ты, братан, — кладёт руку мне на плечо, но я её сбрасываю.

— Случись что с тобой — нам крышка!

— Кипишной… — закатывает глаза. — Я оставил ключ на лестнице, в банке для окурков.

— Что? Ты серьезно?

Ушам своим не верю.

— Всё, давай притухни, бро. Обещаю, что больше так делать не буду, — примирительно выставляет ладони вперёд.

— Пошли уже.

Широким шагом добирается до калитки. Перекидывает руку через верх. Открывает шпингалет изнутри и жестом предлагает мне войти первым.

— Там точно никого? — уточняю на всякий случай.

— Не ссы, — утвердительно кивает. — Эти питерские снобы на постой тут не живут. Приезжают исключительно в бархатный сезон. Да и то, как поговаривают соседи, не каждый год.

— Кто такие? — спрашиваю без особого интереса.

— Пара высохших стариканов.

— Собаки нет? — притормаживаю.

Глупое предположение, но всё же…

— Очкун, — смеётся надо мной.

Никак не комментирую это определение, когда заходим во двор.

— До сих пор, что ли, псин боишься?

— Да, — признаю открыто, не без удивления наблюдая за тем, как он вынимает ключ из цветочного горшка, висящего у входа.

Читает немой вопрос в моих глазах.

— Недалёкие, — пожимает плечом.

— Ну и как им достался наш дом?

— Без понятия, — бросает неопределённо. — Входи.

Оказавшись внутри, осматриваюсь.

Душно. Грязно. Какой-то невообразимый бардак кругом.

Восемь лет назад атмосфера в этом доме была совершенно другой. Здесь царил порядок. Здесь было тепло и уютно.

— Засранцы, — констатирует Егор, заметив мою реакцию. — Располагайся. Сегодня тут заночуем.

— А если вернутся?

— Хватит менжеваться. Я ведь сказал уже, нет. Пельмени уважаешь? Пошли пожрём и перетрём. Расскажешь, как дела у нашей примы, — отправляется на кухню, прихватив с собой пакет из супермаркета.

***

Часом позже сидим в гостиной. Егор пялится в телевизор, по которому транслируют футбольный матч. Я листаю страницы старого фотоальбома, покрывшегося толстым слоем пыли.

Вот родители. Ещё совсем молодые. По обыкновению хмурый батя и улыбчивая мать.