Третий Рейх - Борис Вадимович Соколов

горели желанием принимать ни на своей территории, ни в своих колониальных владениях евреев из Германии. Британские власти в Палестине также не хотели увеличивать еврейскую иммиграцию, опасаясь обострения еврейско-арабского противостояния и потери управляемости этой подмандатной территории.

На Восточном фронте шедшие вслед за наступающими частями вермахта зондеркоманды СД (службы безопасности) сразу же выявляли всех евреев на занятой территории, в чем им активно помогала значительная часть местных жителей, и либо сразу расстреливали их, либо отправляли в гетто и концлагеря. Глава Германского трудового фронта Роберт Лей заявил еще в мае 1942 года в Карлсруэ: «Необходимо не просто изолировать человечество от еврейского недуга – евреи должны быть истреблены». Задачу удалось выполнить наполовину, истребив около 6 из более чем 11 млн европейских евреев.[104]

Именно айнзатцгруппы, айнзатцкоманды СД и зондеркоманды СС в России уничтожили сотни тысяч человек, главным образом евреев и цыган, а также коммунистов, партизан и всех тех, кто подозревался в антигерманской деятельности. На одну треть личный состав айнзатцгрупп состоял из немцев, на две трети – из местных жителей. По ведомственной принадлежности он распределялся следующим образом: чины СД – 3 %, войска СС – 34 %, вермахт – 28 %, местная полиция – порядка 22 %, тайная полевая полиция – 9 %, криминальная полевая полиция – 4 %. Отто Олендорф, бывший командир айнзатцгруппы Д, приданной группе армий «Юг», и один из ближайших сотрудников Гиммлера, на Нюрнбергском процессе показал:

«В июне 1941 года Гиммлер назначил меня командующим одной из особых групп действия, которые формировались тогда для сопровождения сил немецкой армии в российскую кампанию… Гиммлер утверждал, что важной частью нашей задачи является уничтожение евреев – мужчин, женщин и детей – и коммунистических руководителей. Мне сообщили о нападении на Россию за две недели… Когда немецкая армия вторглась в Россию, я был командиром айнзатцкоманды Д в южном секторе… она ликвидировала приблизительно 90 000 человек – мужчин, женщин и детей… осуществляя эту программу уничтожения… Отобранный отряд… входил в деревню или город и приказывал известным в населенном пункте евреям собрать всех евреев с целью переселения. От них требовали взять с собой ценные вещи… а незадолго до казни сдать верхнюю одежду. Мужчин, женщин и детей приводили к месту казни, в большинстве случаев расположенному вблизи противотанкового рва, выкопанного глубже обычного. Затем их расстреливали, а трупы сбрасывали в ров…»[105]

Уничтожение евреев стало одной из главных целей внешней и внутренней политики Третьего рейха. Гитлера не остановило то, что четверть всех германских нобелевских лауреатов были людьми еврейского происхождения. Кроме того, еврейская тема стала мощным оружием нацистской пропаганды. Все антифашисты в Германии объявлялись евреями или пособниками евреев. А насчет правительств стран Антигитлеровской коалиции утверждалось, что они находятся под мощным еврейским влиянием или в значительной мере состоят из евреев.

«Последний еврей Винницы». Знаменитая фотография, на которой изображен расстрел неизвестного еврея немецким солдатом. 1941 год

2 апреля 1941 года, накануне похода против России, Гитлер вызвал будущего рейхсминистра оккупированных восточных территорий и главного идеолога партии Альфреда Розенберга и информировал его о планах «окончательно решить» еврейский вопрос путем полного истребления евреев Европы. Оккупированным территориям СССР и Польше в этом деле отводилась особая роль. Сюда, подальше от глаз общественности, собирались депортировать евреев Западной Европы, чтобы здесь, в условиях военного времени, на территориях, подведомственных либо вермахту, либо германской оккупационной администрации, где невозможно было неконтролируемое присутствие иностранцев, тихо их уничтожить, сохраняя в тайне не только от мира, но и от подавляющего большинства собственно германских граждан, что именно означает на практике «окончательное решение еврейского вопроса». После двухчасовой беседы ужаснувшийся планам Гитлера Розенберг только и смог записать в дневнике: «Фюрер подробно осветил перспективы развития на Востоке, о чем я сегодня писать не намерен. Однако этого я никогда не забуду». А 20 мая 1941 года начальник отдела IV B4 СД Адольф Эйхман получил указания, что в скором времени последует «окончательное решение еврейского вопроса», в связи с чем всем полицейским учреждениям предписывалось не допустить эмиграции евреев из рейха и оккупированных территорий Западной Европы. Фактически еврейская эмиграция из Германии начала ограничиваться с конца 1940 года, тогда как ранее она поощрялась. Впоследствии на оккупированную советскую территорию депортировали для уничтожения евреев из Германии и стран Западной Европы. Всего здесь погибли почти 2 млн из примерно 6 млн истребленных нацистами евреев.[106]

На совещании 16 июля 1941 года, на котором присутствовали Геринг, Борман, Кейтель, Розенберг и Ламмерс, Гитлер заявил:

«Теперь является важным, чтобы мы не раскрывали своих целеустановок перед всем миром. Это к тому же вовсе не нужно. Главное, чтобы мы сами знали, чего мы хотим. Ни в коем случае не следует осложнять наш путь излишними заявлениями. Подобного рода объяснения являются излишними, ибо мы можем все сделать, поскольку у нас хватит сил, а что лежит за пределами нашей силы, мы все равно сделать не можем.

Мотивировка перед миром наших действий должна, следовательно, исходить из тактических соображений. Мы должны поступать здесь точно таким же образом, как и в случае с Норвегией, Данией, Голландией и Бельгией. И в этих случаях мы ведь ничего не говорили о наших намерениях, и впредь мы также будем умными и не будем этого делать.

Итак, мы снова будем подчеркивать, что мы были вынуждены занять район, навести в нем порядок и установить безопасность. Мы были вынуждены в интересах населения заботиться о спокойствии, пропитании, путях сообщения и т. п. Отсюда и происходит наше регулирование. Таким образом, не должно быть распознано, что дело касается окончательного регулирования (здесь имеется в виду как “окончательное регулирование” статуса оккупированных территорий, так и “окончательное решение еврейского вопроса”. – Б. С.). Все необходимые меры – расстрелы, выселения и т. д. – мы, несмотря на это, осуществляем и можем осуществлять.

Мы, однако, отнюдь не желаем превращать преждевременно кого-либо в своих врагов. Поэтому мы пока будем действовать так, как если бы мы намеревались осуществлять мандат. Но нам самим при этом должно быть совершенно ясно, что мы из этих областей никогда уже не уйдем. Исходя из этого, речь идет о следующем;

1. Ничего не строить для окончательного урегулирования, но исподтишка подготовить все для этого.

2. Мы подчеркиваем, что мы приносим свободу, в частности: Крым должен быть освобожден от всех чужаков и заселен немцами. Точно так же австрийская Галиция должна стать областью Германской империи».[107]

Во исполнение этих решений Геринг уже 31 июля 1941 года отдал распоряжение шефу РСХА Гейдриху: «В дополнение к поставленной перед Вами 24 января 1939 года задаче по решению еврейского вопроса путем эмиграции или выселения, вызванных требованием