Немыслимое (СИ) - Гор Александр

Очень угрожает. Но не сейчас, а когда по лесной «дороге», проложенной инженерными машинами разграждения, подоспеют другие соединения, выделенные для прорыва к границе СССР. Эта техника уже ушла назад, на восток, прокладывать новые колонные пути для ускорения переброски советских войск. Как в книжке про Мальчиша-Кибальчиша говорится, нам бы только день простоять да ночь продержаться, пока подойдёт Красная Армия и погонит врага туда, откуда он пришёл.

Выслушивая отчёт ротного о потерях (два пулемёта, противотанковое орудие, попавшее под артобстрел, восемь убитых и пятнадцать раненых), Виктор отчего-то вспомнил песню, исполнявшуюся одним из «добровольцев» в то время, когда Красная Армия только-только перешла в наступление на дальних подступах к Москве:

Кто-то встал в полный рост

И, отвесив поклон,

Принял пулю на вздохе.

Но на запад, на запад ползет батальон,

Чтобы солнце взошло на востоке.

Животом по грязи, дышим смрадом болот,

Но глаза закрываем на запах.

Нынче по небу солнце нормально идет,

Потому что мы рвемся на запад!

Руки, ноги на месте ли, нет ли?

Как на свадьбе, росу пригубя,

Землю тянем зубами за стебли

На себя, под себя, от себя!

Его батальон скоро, очень скоро снова двинется на запад. Бегом, шагом, ползком, но будет наступать, «чтобы солнце взошло на востоке». Отталкиваясь от земли локтями, цепляясь зубами за траву «на себя, под себя, от себя», но будет наступать.

Наблюдателей в Янушах больше нет. Но есть ещё у Хвояновки, отделённой от Дашевичей лесом. И именно они сообщили по радио о приближении со стороны Рожковки колонны «странно одетой» пехоты.

— Полицаи, — спустя несколько минут уточнил старший группы. — До полутора рот.

Это тоже понятно: немцы «скребут по сусекам» всё, что оказалось под рукой. Вот, видимо, и отдали приказ согнать предателей из всех окрестных деревень и сёл. И не стоит этих гадов недооценивать: местность они знают превосходно, прекрасно научились воевать с партизанами в здешних лесах. А от позиций роты, окопавшейся на окраине Дашевичей, до опушки сотня — полторы метров.

— Отходите на юго-восток, — приказал наблюдателям Юдин. — Потом вдоль Хвояновского рва доберётесь до нашего правого фланга. И без самодеятельности! Подступы к опушке леса сейчас заминируем, если пойдёте другим маршрутом, можете нарваться на наши «сюрпризы».

Мин в распоряжении батальона немного, но отбить желание ломиться через лес они вполне способны у кого угодно. Ведь сложно заметить в кустах и траве колышек с надетой на него ребристой чугунной рубашкой и тянущейся от него к другому колышку, дереву или кусту тонкой проволочкой. А зацепишься ногой за такую проволочку, и мина ПОМЗ-2 в радиусе четырёх метров посечёт осколками буквально всё. Ещё сложнее увидеть прикрытую травой мину направленного действия МОН-50, «выплёвывающую» около 500 шариков или роликов на полсотни метров с углом их разлёта 54 градуса. «Дёрни, деточка, за верёвочку, дверь и откроется». Дверь на тот свет… Эх, перекрыть бы этими «сюрпризами» весь язык леса, разделяющий Хвояновку и Дашевичи, да только нету для этого ни достаточного количества мин, ни времени.

Да, времени нет. Полицаи ведь тоже не дураки, всей толпой сразу ломиться не стали, выслали разведку, с которой группе автоматчиков, прикрывающих минёров, пришлось устраивать перестрелку.

Но даже после того, как ребята из батальона отошли, полицейские в атаку не попёрли. Чего-то ждали.

Как оказалось, подхода подкрепления со стороны Высоко-Литовска. Но не в Хвояновку, а к Янушам.

К тому времени Игорю Ларионову, регулярно выходящему на связь со штабом полка, удалось выяснить обстановку на других участках обороны 2-й гвардейской мотострелковой дивизии.

До подхода танкистов на станции Тевли было очень тяжело. Немцы лезли с трёх сторон. Дело дошло до рукопашной на самой станции. Но тут появились «тридцтьчетвёрки», ударившие наступающим с юго-запада фрицам во фланг. С их помощью удалось отогнать противника к Глинянке, Стригову и Славному. То есть, не только вернуть потерянные позиции, но и расширить «плацдарм».

У 5-го гвардейского полка ситуация примерно такая же, как и у 6-го: немцы нащупывают оборону небольшими «кампф-группами». Но «соседу с юга» проще: его защищает от бронетехники река Жабинка с топкими берегами. С другой стороны, на его участке и наступать на одноимённый населённый пункт будет сложнее. По той же самой причине.

Зато 1-й батальон 6-го гвардейского атакуют практически безостановочно. Мало того, что в районе его ответственности проходит дорога из Видомли, так ещё и прямой путь от Высокого и Высоко-Литовска. Полковая артиллерия действует только по заявкам этого батальона. И потери у ребят там лишь немногим ниже, чем у 4-го гвардейского полка у станции Тевли.

Задумку немцев Виктор Юдин понял, когда в атаку от Янушей по дороге двинулись немецкие пехотинцы в сопровождении батареи «штугов-4», четырёх приземистых безбашенных машин с толстой лобовой бронёй. А одновременно с этим начали рваться установленные в лесу мины. Враги собирались нанести удар с двух сторон, раздёргать роту, обороняющую Дашевичи, и уже дойдя до Синитычей, развернуться на юг, чтобы взять штурмом и этот населённый пункт, и Залешаны. То есть, прорвать изогнутую дугой оборону батальона по центру.

Дело дошло до применения ручных противотанковых гранатомётов, которым и сожгли ворвавшиеся на улицы Синитычей два «штуга». А вот с ударом через лес на Дашевичи у полицаев не задалось. Тем, что не посекло осколками установленных между деревьями мин, пришлось вернуться на исходную позицию, перегруппировываться и пытаться прорваться уже вдоль Хвояновского рва. Но к этому времени атаку на Синитычи уже отбили, и Юдин мог маневрировать огнём приданных батальону миномётов, а также направить к рву бронетранспортёры.

Победа далась тяжёлой ценой. Противотанковых орудий на центральном участке оборона не осталось, в роте, по которой пришёлся главный удар, уцелело всего два пулемёта, четыре бронетранспортёра в минус. Да и личного состава в роте осталось на взвод «с хвостиком». Прямо как два года назад, когда Виктор впервые вступил в бой на окраине совсем уже недалёкого Высоко-Литовска.

Но самое тяжёлое для капитана Юдина известие пришло уже после того, как он приказал соседям пополнить понёсшую большие потери роту. Вместе со взводом подкрепления из Ходосов приехал на БТР майор Ларионов. Но дойти до КП командира батальона не успел: снаряд 105-мм гаубицы ударил буквально в пяти шагах от него.

— Осколочное ранение в грудь, — поведал медбрат пытавшийся перевязать бывшего комбата. — Он у меня на руках умер…

Фрагмент 11

21

— А почему вы выбрали именно Испанию?

Ожидание решения о том, что делать с разболевшимся из-за мальтийской воды Шульце, затянулось, и они с Петерсом коротали время разговорами «на свободные темы». Лишь изредка прерываясь на то, чтобы отвечать на запросы по разным мелочам, которые всё-таки требовались центральной конторе SIS для подготовки материалов к Лиссабонской конференции.

— В первую очередь климат, конечно. Кроме того, я знаю испанский язык, а владение языком тоже немаловажно.

— Если не секрет, то откуда его знаете? Насколько я помню, вашей специализацией на протяжении всей службы в разведке была Россия, а не Испания.

— Гражданская война в этой стране. Вы должны помнить, насколько серьёзной была помощь большевиков республиканцам. Коммунистов, конечно, испанцы уважали, но наиболее активны были анархисты. И в Кремле решили, что с их присутствием в испанском правительстве на время можно смириться, чтобы потом вывести Ибаррури на главные роли, благодаря поддержке оружием. И оружие слали, и так называемых «советников». Вот меня и откомандировали в штаб националистов, где я занимался как раз русскими, воюющими в рядах республиканцев. Так что за два года неплохо овладел языком. Ну, а когда ушёл в отставку, адмирал нашёл мне дело: организацию встречи вашего прямого начальника — я имею в виду Мензиса — с Канарисом. Пожалуй, если бы не это, я бы надолго не задержался в этой стране: ситуация, как видите, складывается так, что Испания снова может быть втянута в войну. С Россией. И уже не в масштабе единственной отправленной на фронт «Голубой дивизии», а куда серьёзнее. Значит, так и не успевшая толком подняться после гражданской войны экономика опять просядет, а население обнищает. В этом плане куда привлекательнее какие-нибудь Аргентина или Парагвай.