Дорога в Канзас - Даниэль Пейдж

— Ты шутишь? Я же был звездой футбольной команды! — ответил Дастин. Мэдисон презрительно фыркнула и пробормотала что-то похожее на «гребаные двойные стандарты».

Я едва не подпрыгивала от нетерпения на жесткой, неудобной скамейке столовой. Дастин-младший был в игривом настроении, он размахивал ручками и пускал слюни на свой махровый комбинезончик. Я смотрела на Мэдисон, такую заботливую мамочку, и удивлялась, как сильно она изменилась, хоть и оставалась все такой же грубой. Иногда казалось, Мэдисон не уверена, как нужно поступать с ребенком, порой она как будто боялась уронить его или сделать что-то не так.

Дастин тоже явно не представлял, как обращаться с младенцем. Но и он, и Мэдисон с такой безграничной любовью смотрели на малыша! Было странно видеть человека, который много лет делал твою жизнь невыносимой, столь заботливым и ранимым. Мэдисон была хороша во всем, хотя никогда для этого не старалась. Но и ей оказался не по зубам маленький, кричащий, пускающий слюни и такой беззащитный сверток в четыре с половиной килограмма. Их малыш.

Интересно, моя мама тоже была такой, когда я только родилась? Они с папой смотрели на меня с этим же выражением глуповатой и беспомощной любви? Вот бы кто-нибудь снова так же сильно полюбил меня. «Нокс», — подсказал внутренний голос, но я запихнула эту мысль подальше. Нокс свой выбор уже сделал, и я его не виню. Я и без того знала, что Страна Оз в его сердце всегда будет занимать главное место. Может, мне и не суждено найти свой настоящий дом, по крайней мере, я помогу Ноксу спасти Страну Оз.

— О чем думаешь, Эми? — Мэдисон, вновь посадившая Дастина-младшего в слинг, изучала меня взглядом. — Витаешь в облаках. Правда, кажется, в грозовых, до ужаса печальных.

— Ни о чем я не думаю, — ответила я резко, но Мэдисон пропустила это мимо ушей.

— Да, — вздохнула она. — Понимаю.

Сначала мне хотелось сорваться на нее. Да что она может знать о настоящей печали? А потом я сообразила, во что, должно быть, превратилась ее жизнь: друзья отвернулись от королевы школы, как только она родила… Возможно, Мэдисон знает о страданиях куда больше, чем мне казалось.

Отбывать наказание после уроков собиралась самая яркая коллекция школьных неудачников (среди них была и я — даже если бы не напросилась). Парочка укурков, от которых травкой несло за версту, парень, с которым в прошлом году мы учились в одном классе, — он постоянно устраивал драки, и девчонка с пергидрольной облезлой химией в застиранных джинсах из девяностых. Когда я с энтузиазмом схватила выданный пылесос и тряпку, девчонка закатила глаза — наверное, подумала, что я идиотка.

Мистер Стоун, учитель труда, раздал всем инвентарь и стал перечислять наши обязанности. Он бормотал что-то невнятное, как будто на другом языке. А потом дверь распахнулась, и в кабинете появился Дастин.

— Привет, Эми, — воскликнул он. — Нам надо…

— Никакой болтовни! — Мистер Стоун оживился, слегка повысив голос.

Дастин извинился и принял из рук учителя бутыль с очистителем для стекол.

— Помоги Гамм с кабинетом естествознания, — добавил мистер Стоун.

— Вообще-то, сэр, я думал, мы можем заняться библиотекой, — невинно предложил Дастин. — Я уже много раз делал там уборку и стал настоящим спецом по стиранию пыли!

Мистер Стоун с подозрением уставился на Дастина, будто тот замышлял неладное. Замышлял, конечно, но смотрел так глуповато и невинно. Я отвела взгляд, чтобы не засмеяться.

— Отлично, — проворчал мистер Стоун. — Но я буду следить за вами. Если увижу шуры-муры…

Он резко замолчал и побагровел до кончиков ушей. Кто-то из укуренных болванов заржал и ляпнул название венерической болезни, маскируя его под чих.

— Хватит! — рявкнул учитель. — За это, Карсон, ты чистишь туалеты!

Мистер Стоун сунул Дастину связку ключей, а я улыбнулась про себя и кинулась в сторону библиотеки.

Я никогда здесь не бывала. Да и остальные ученики тоже, насколько я могу судить. Дастин отпер дверь. Библиотека напоминала слегка украшенную подсобку: крошечная комнатка без окон, полная ржавых металлических полок, заставленных разваливающимися старыми книгами. Пожалуй, они не были новыми уже тогда, когда в школе училась мама. И пыль с них не стирали со времен последнего наказания Дастина.

На столике у двери устроили маленькую унылую выставку книг на тему весны, а на дворе давно стоял октябрь. Библиотекарь отсутствовал как таковой: если нужно было взять какую-нибудь книгу, все просто просили ключи у учителя. Воровство книг — не самое тяжкое преступление в нашей степной глубинке. Если такое когда-нибудь случится, учителя, наверное, будут в восторге, что кто-то здесь вообще умеет читать.

«Архивом» оказался запертый чулан в дальнем конце библиотеки. Дастин проверил все ключи из связки мистера Стоуна, но подходящего так и не нашел.

— Черт! — выругался он.

Я посмотрела на ветхую деревянную дверь, а потом перевела взгляд на Дастина. Тот ухмыльнулся:

— Ты серьезно?

— Ну же, — подбодрила я. — Я делала за тебя домашку целый год. Ты мой должник.

— Ну да, ты права.

Одной ногой Дастин уперся в дверной косяк, рукой же схватился за ручку и с силой потянул. Я посмотрела на его сильные плечи и с сожалением вспомнила, что когда-то действительно балдела от этого парня. Может, Дастин и дурачок, зато красивый.

Дверь жалобно скрипнула и от очередного рывка с хрустом вылетела из рамы.

— Вау, — воскликнула я. — Я и не думала, что это сработает. А ты силен.

Щеки Дастина заалели от смущения.

— Да она ж просто… ну… почти картонная, — пробормотал он.

— Нам крупно за это влетит, — заметила я, разглядывая вывернутый замок.

— Не-е. Сюда никто не заходит. Преподы в жизни об этом не узнают.

Я нетерпеливо заглянула в чулан через плечо Дастина. Там была шаткая башня из пыльных коробок, куча выцветшей ткани и старая ржавая тяпка. Вот и весь исторический архив городка Флэт-Хилл.

— Полагаю, город наш всегда был той еще помойкой, — выдавила я.

Дастин взял верхнюю коробку, крякнув от неожиданной тяжести. Я открыла ее, там оказалась стопка старых ежегодных альбомов. Верхний — за 1967 год.