Правда - Терри Пратчетт

— То есть разве он так уж страшен? — поправился господин Кноп. — Не забывай, ты лорд Витинари. Понятно? А он простой стражник. Если он посмеет огрызнуться, просто посмотри на него.

— Вот так, ять, — продемонстрировал господин Тюльпан, половина лица которого то загоралась, то гасла.

Чарли с воплем отпрянул.

— Ну, возможно, не совсем так, — заметил господин Кноп, — но похоже.

— Я больше не хочу этим заниматься! — завопил Чарли.

— Десять тысяч долларов, Чарли, — посулил господин Кноп. — Очень большие деньги.

— Я слышал об этом Витинари, — сказал Чарли. — Если у нас ничего не выйдет, он бросит меня в яму со скорпионами!

Господин Кноп только развел руками.

— Яма со скорпионами — это не самое страшное, что может случиться. Ты меня понимаешь?

— Просто, ять, пикник по сравнению со мной, — пророкотал господин Тюльпан, светя носом.

Глаза Чарли заметались по сторонам в поисках пути к бегству. В такие моменты Чарли, как правило, прибегал к хитрости. Это было кошмарное зрелище. Примерно настолько же естественное, как собака, играющая на тромбоне.

— Нет, на десять тысяч я не согласен, — наконец сообщил Чарли. — То есть… без меня вы никуда…

Последняя фраза повисла в воздухе. Господин Кноп уже готов был подвесить рядышком и самого Чарли.

— Но, Чарли, мы же договорились, — мягко напомнил он.

— Да, а теперь мне кажется, что это стоит дороже, — упорствовал Чарли.

— А тебе что кажется, господин Тюльпан?

Тюльпан открыл было рот, чтобы ответить, но вместо этого чихнул. Ослепительно сверкнувшая молния ушла в землю через цепь Чарли.

— Думаю, мы можем повысить вознаграждение до пятнадцати тысяч, — согласился господин Кноп. — Но этим, Чарли, мы серьезно уменьшаем нашу долю.

— Ну хорошо… — неуверенно произнес Чарли. Он старался держаться от господина Тюльпана подальше. Волосы на голове господина Тюльпана стояли дыбом.

— Но мы хотели бы удостовериться, что ты действительно пытаешься помочь нам, — продолжил господин Кноп. — Прямо сейчас. Тебе нужно только сказать… Что тебе нужно сказать?

— «Ты освобожден от своей должности, дружище. Можешь идти на все четыре стороны», — сказал Чарли.

— Но говорить это нужно совсем не так. Понимаешь, Чарли? — поморщился господин Кноп. — Ты отдаешь приказ. Ты его босс. И смотреть ты должен высокомерно. Ну, как бы тебе объяснить… Допустим, ты хозяин лавки. И он просит у тебя кредит.

Было шесть часов утра. Морозный туман сжимал город в тисках, пытаясь выдавить из него все признаки дыхания.

Они появлялись из тумана, ныряли в словопечатню позади «Ведра», после чего снова исчезали в тумане — на разнообразных ногах, костылях и колесиках.

— Чавводам-прда!

Услышав этот вопль, лорд Витинари немедленно послал ночного чиновника к воротам.

Сначала он обратил внимание на название. Потом улыбнулся, увидев девиз.

И внимательно прочел слова:

САМАЯ ХОЛОДНУЩАЯ ЗИМА

НА ПАМЯТИ НЫНЕШНЕГО ПОКОЛЕНИЯ,

И ЭТО - ОФИЦИАЛЬНО!

***

«Уж и не припомню таковенных холодов, — сообщил „Правде“ д-р Феттель Додгаст (132) из Незримого Университета. — Да, когда я был на 1/2 моложе, холода были совсем другие!»

***

Сосульки длиной с руку были зафиксированы на водосточных трубах по всему городу, многие насосы просто замерзли.

***

Д-р Додгаст (132) заявил, что нынешняя зима много хуже зимы 1902 года, когда в город пришли волки. «И прикинь, — добавил он, — мы были им рады, потому что не видели свежего мяса аж две недели!»

***

Господин Йосия Винтлер (45) с Ласточкиной улицы, 12б, вырастил 100% Забавный Овощ, который готов продемонстрировать всем желающим за умеренную плату. Овощ и вправду чудной.

***

Господин Кларенс Гарри (39) умоляет информировать публику о том, что потерял ценные часы — вероятно, в районе «Сестер Долли». Награда нашедшему. Обращаться в контору «Правды».

***

Изданию требуется иконографист с собственным борудованием. Обращаться в контору «Правды». Под вывеской «Ведро».

***

Вчера пополудня некий злодей украл серебра на 200 $ из ювелирной лавки «Г. Свиньленд и Сын», что на Ничевоподобной. Господин Свиньленд (32), которого держали на острие ножа, сообщил «Правде»: «Найти паскудника будет просто. Не так-то много людей ходят с чулками на головах».

И лорд Витинари улыбнулся. И кто-то тихо постучал в дверь. И патриций посмотрел на часы.

— Войдите, — сказал патриций.

Ничего не произошло. Через несколько секунд снова раздался вежливый стук.

— Войдите.

И снова ничего, кроме выжидающей тишины.

И лорд Витинари коснулся вполне обычной на вид части своего письменного стола.

И длинный ящик бесшумно, как по маслу, выдвинулся из массивной ореховой столешницы. На черном бархате лежали разнообразные тонкие предметы, все как один подходящие под определение «очень острый».

И патриций выбрал один из предметов, небрежно опустил руку вниз, бесшумно подошел к двери, повернул ручку и быстро отступил в сторону на случай, если дверь вдруг резко толкнут внутрь.

И опять ничего не произошло.

А потом дверь, несколько перекосившаяся из-за кривых петель, распахнулась.

Господин Маклдафф разложил на столе свежий экземпляр новостного листка. Все собравшиеся на завтрак единодушно согласились с тем, что господин Маклдафф как приобретший «Правду» является не просто владельцем, но своего рода священнослужителем, который должен донести содержание листка до признательных масс.

— Здесь говорится, что одному мужику с Ласточкиной удалось вырастить презабавный овощ, — сообщил господин Маклдафф.

— Надо будет обязательно сходить посмотреть, — сказала госпожа Эликсир.

На другом конце стола кто-то поперхнулся.

— Ты в порядке, господин де Словв? — спросила она, в то время как господин Ничок хлопал Вильяма по спине.

— Да-да, конечно, — задыхаясь, произнес Вильям. — Прошу прощения, чай попал не в то горло.

— В той части города хорошая почва, — заметил господин Каретник, торгующий семенами вразнос.

Вильям попытался сосредоточиться на тосте. Над его головой тщательно и даже благоговейно обсуждались новости.

— Кто-то угрожал ножом владельцу ювелирной лавки, — продолжал господин Маклдафф.

— Если так и дальше пойдет, скоро мы даже в собственных постелях не будем чувствовать себя в безопасности, — ответила госпожа Эликсир.

— А вот я не считаю, что это самая холодная зима за последние сю лет, — заявил господин Каретник. — Десять лет назад — вот то была зима! Чуть всю торговлю мне не сгубила.

— Бумага врать не может, — спокойно произнес господин Маклдафф, как будто выкладывая на стол туза.

— Кстати, тот некролог показался мне несколько странным, — сказала госпожа Эликсир. Вильям, склонившись над вареным яйцом, молча кивнул. — Обычно в некрологах описывается путь человека до смерти, а не после.

Господин Долгоствол, который был гномом и имел некое отношение к ювелирному бизнесу, взял с тарелки очередной хлебец.

— Видимо, у некоторых бывает не только до, но и после, — сказал он.

— И все же, кстати говоря, в нашем городе становится чересчур многолюдно, — вступил в разговор господин Крючкотвор, который занимался какой-то неустановленной конторской работой. — Зомби, они ведь почти как люди. Никого не хочу обидеть, разумеется.

Господин Долгоствол, намазывая тост маслом, едва заметно улыбнулся, а Вильям поморщился. Он всегда недолюбливал людей, которые «никого не хотели обидеть». Удобная фраза: произнес ее — и обижай кого хочешь.

— Что ж, времена меняются, и мы должны меняться вместе с ними, — заявила госпожа Эликсир. — И я надеюсь, этот бедняга найдет свои часы.

На самом деле, господин Гарри уже поджидал Вильяма у дверей конторы. Подскочив к Вильяму, он принялся яростно трясти его руку.

— Поразительно, просто поразительно! Как вам это удалось? Просто чудо! Вы отпечатали это на бумаге, а когда я вернулся домой, будь я проклят, если часы не оказались в кармане другой моей куртки! Воистину да благословят боги ваш листок!

Хорошагора сообщил вошедшему Вильяму последние новости. С утра было продано восемьсот экземпляров «Правды». По пять пенсов. Доля Вильяма составила шестнадцать долларов. Медяки на столе образовывали довольно внушительную гору.

— Но это настоящее безумие, — покачал головой Вильям. — Мы просто рассказывали о том, что произошло!

— Возникла небольшая проблема, дружище, — сказал Хорошагора. — Ты собираешься завтра отпечатывать новый листок?

— О боги! Надеюсь, что нет!

— Ну а у меня есть для тебя хорошая история, — мрачно известил гном. — Гильдия Граверов устанавливает собственную отпечатную машину. Кроме того, за ними стоят солидные деньги. Если мы будем заниматься просто отпечатью, они нас разорят.