Ледяной ад - Вольфганг Хольбайн

Когда Черити вернулась в центральный пост управления «Скорохода», Скаддер и Фаллер почти закончили свою работу. Они срезали с одного из пультов управления металлическую крышку в палец толщиной и прислонили ее к дверному проему. Их движения были угловатыми и скованными, и Черити заметила, что руки Фаллера кровоточат, видимо, его пальцы окоченели от холода, и он даже не заметил, когда поранился. Капитан Лейрд быстро откинула шлем и выключила обогрев. Почти сразу она снова почувствовала ужасный холод и пожалела о том, что сделала. К сожалению, приходилось беречь батареи.

Девушка бросилась помогать остальным. С помощью одного из лучевых пистолетов удалось приварить металлическую крышку к дверной раме. Работа выглядела не очень профессионально, и внутри не стало благодаря этому теплее, но пластина, по крайней мере, хоть немного задерживала последние остатки тепла.

Черити снова взглянула на термометр. Теперь он показывал минус семьдесят два градуса по Цельсию. Почти тепло по сравнению с тем, что творилось снаружи, и тем не менее при такой температуре им тоже не удастся долго выдержать.

В нескольких словах она рассказала Скаддеру и Фаллеру о том, что увидела снаружи, а затем снова повернулась к Лестеру. Тот тоже весь сжался от холода, а его брови и тонкие усики, совершенно не подходившие к его детскому лицу, покрылись белым инеем. И тем не менее его руки продолжали манипулировать рычагами управления, а глаза внимательно следили за показаниями приборов.

Черити быстрыми шагами пересекла помещение и окликнула лейтенанта. Он не прореагировал, но она на это особенно и не рассчитывала. Решительным движением она взяла его за плечо и грубым рывком заставила оторваться от экрана.

— Вам придется ответить на несколько моих вопросов, Лестер, — сказала она.

Лестер взглянул на нее и снова улыбнулся. У Черити внезапно появилось желание закричать на него, но увидев выражение его глаз, она сдержалась. На смену раздражению пришло смятение.

— Кто вы, Лестер? — спросила она.

— Я думаю, вы сами это знаете, капитан Лейрд, — ответил лейтенант.

— Нет, я этого не знаю, — задумчиво покачала она головой. — Я не знаю, кто вы или что вы, но в одном уверена точно: вы не один из солдат Гартмана. Вы похожи на них, но только внешне.

— Вы ошибаетесь, капитан Лейрд, — произнес Лестер. — Я могу это объяснить.

— Тогда сделайте это, — мрачно сказал Скаддер. — И клянусь, что я убью тебя собственными руками, мой мальчик, если мне твое объяснение не понравится.

Лестер посмотрел на него почти укоризненно, но потом снова улыбнулся, покачал головой и негромко, покорно вздохнул.

— Я знаю, мне не следовало убивать Филлипсена, — сказал он. — Это было ошибкой. Я просто потерял выдержку.

Черити взглянула ему в глаза и поняла, что он лжет. Лестер по-прежнему улыбался, но в его улыбке не замечалось никакого чувства, никакого тепла. Его улыбка была далеко не робкой, без малейшего признака страха.

— Я так не считаю, — покачала головой девушка. — Если мы останемся живы, вам придется ответить за это перед вашим начальством и перед собственной совестью, если, конечно, у вас есть что-либо подобное.

Черити кивнула в сторону пульта управления:

— Откуда вы знаете, как обращаться с этим?

Лестер пожал плечами.

— Я просто знаю, — ответил он, снова изобразив на своем лице робкую улыбку. — У меня, наверное, талант по этой части, капитан Лейрд. У меня всегда получалось. Спросите Фаллера. Если я вижу какую-нибудь машину, то уже инстинктивно знаю, как она функционирует. Не спрашивайте, как мне это удается, я и сам не знаю. Получается — и все.

— Это правда, — подтвердил Фаллер. — Он всегда был просто гением, когда дело касалось компьютеров. Достаточно посадить его перед экраном и через полчаса он сможет вытворять с компьютером чудеса.

Черити решительно покачала головой.

— Может быть, — сказала она. — Но это еще не объяснение. Здешняя аппаратура принадлежит совершенно чуждым технологиям.

— О нет, технология не такая уж и чуждая, — возразил Лестер и показал на несколько приборов, вмонтированных в стены и в пульты необычной формы: — Посмотрите, здесь, а также вон там — все это самые обыкновенные компьютеры. Очень высокоразвитые, но принцип их действия такой же, как и у нас. А некоторые приборы здесь просто до смешного примитивны, будто их собирал из конструктора ребенок. Правда, гениальным является то, что они взаимодействуют между собой, и между прочим, отлично работают.

— Нечего читать нам лекцию о технике моронов, Лестер, — грубо перебил его Скаддер. — Мы хотим знать, почему ты можешь обращаться с нею.

— Но я же только что все объяснил, — ответил Лестер. — Я сам ничего не понимаю. Просто могу и все. Вы должны радоваться, что это так. Иначе мы бы уже давно погибли.

— Вероятно, так оно и случится, — мрачно заметил Скаддер.

Черити вопросительно посмотрела на него, и Скаддер продолжил, сердито взмахнув рукой:

— Неужели ты думаешь, что нам удастся выбраться отсюда? Вероятно, они давно выяснили, что мы захватили эту штуковину, и уже спешат к нам.

— Это еще как сказать, — засмеялся Лестер. — Насколько я могу судить, машина работает совершенно автономно. Вполне возможно, что никто вообще ничего не заметил.

— Может быть, — пробормотал Скаддер. — А если все же заметили, то через полчаса там снаружи будет полно муравьев.

— Вряд ли, — Черити взглянула на экран и зябко поежилась. — Еще на пару градусов похолоднее — и воздух там, снаружи, замерзнет. Никто не сможет вынести такие условия.

— Кстати, здесь, внутри, тоже не совсем уютно, — сказал Скаддер и посмотрел на Лестера. — Есть тут какое-нибудь отопление?

— Не знаю, — отозвался Лестер. — Честно говоря, об этом я просто не думал.

Черити кивнула на большой монитор.

— В каком направлении мы движемся?

Она не очень удивилась, когда Лестер ответил:

— На север.

— На север? — Скаддер охнул. — Но это же… приведет нас прямиком в Мертвую зону!

— А мы уже давно в ней, — спокойно ответил Лестер, а потом снова улыбнулся: — Вы же собирались в Нью-Йорк, разве не так? Я доставлю вас туда.

ГЛАВА 12

Было время, когда Абн Эль Гурк Бен Амар Ибн Лот Фуддель Четвертый, так звучало полное имя инопланетянина, казался Дэниелю Стоуну просто смешным.

Но это было давно, месяцы тому назад, которые теперь казались годами, если не десятилетиями. Но сейчас Гурк нагонял на него страх. При этом он совершенно не изменился. Он все еще производил впечатление уродливого калеки — худая, как щепка, фигура, ростом не более полутора метров, тонкие, словно у скелета, руки и слишком короткие кривые ноги. На спине Гурка красовался горб, едва прикрытый грязно-коричневой накидкой. Голова соединялась с туловищем тощей жилистой шеей, и на ней, при каждом слове, двигался под тонкой кожей вверх-вниз слишком большой кадык. Кожа Гурка имела такой болезненный цвет, что его просто невозможно было описать словами.

Но не внешность карлика пугала Дэниеля Стоуна.

Его пугали глаза Гурка.

Большие и темные, как у животного, эти глаза не имели зрачков и радужных оболочек, и в них угадывалась такая осведомленность и такая глубокая мудрость, что это вызывало у Стоуна просто сверхъестественный страх. Иногда у него появлялось чувство, будто эти глаза могут заглянуть ему прямо в душу, и от них не укроется никакая тайна. От них невозможно ничего утаить. И хотя уже три месяца карлик был пленником, полностью находился во власти Стоуна и ни одной секунды не оставался без охраны, губернатору временами казалось, что это именно карлик играет с ним, а не наоборот.

— Кто ты, Гурк?

Стоун сообразил, что произнес эту мысль вслух, только когда гном ответил.

— Я думаю, сейчас не самый подходящий момент, чтобы говорить обо мне, — ответил карлик своим неприятным, высоким фальцетом. — Поговорим лучше о тебе. Похоже, ты попал в затруднительное положение. — Он поднял руку и провел указательным пальцем по верхней губе. — Ты в дерьме вот до сих пор.

— Ты полагаешь? — Стоун мрачно посмотрел на пленника, затем встал, подошел к окну своей роскошной квартиры на верхнем этаже небоскреба и посмотрел вниз на башни Манхэттена, которые простирались под ним, как причудливый, неземной ландшафт из хромированной стали, стекла и бетона. Не менее двух-трех минут он стоял у окна, уставившись в пустоту, потом резко повернулся и направился к маленькому столику рядом с дверью, чтобы смешать себе коктейль.

— Сделай и мне тоже, — потребовал Гурк. Стоун удивленно посмотрел на него.

— Я и не знал, что ты употребляешь алкоголь.

— Ты много чего еще не знаешь. — Гурк скорчил гримасу, сполз со стула и засеменил мелкими шажками к столику. Ухмыльнувшись, он взял из рук Стоуна стакан, который тот приготовил для себя, поднял и осушил одним глотком. После этого бросил стакан на пол, удовлетворенно провел тыльной стороной ладони по губам и громко рыгнул.