Клеопатра - Карин Эссекс

— Мне кажется, Катон надоел даже Цицерону, — заметил Цезарь.

— Но ведь они были союзниками.

— Цицерон сказал мне, что ему претит, когда Катон притворяется, будто живет не в настоящем мире, а в вымышленной республике Платона.

— Значит, Цицерон не станет поднимать шум, если мы избавимся от Катона?

— Думаю, нет. Ты уже продумал, как это сделать, брат?

Цезарь высоко ценил талант Клодия изобретать всевозможные уловки, не считаясь с законом и приличиями, тем более что делал он это с удовольствием. Именно Клодий нанял тех, кто опрокинули корзину с отбросами на голову Бибула. Но Бибул — дурак, его легко поднять на смех. А Катон, хотя и досаждает многим, все же человек уважаемый.

— Я все обдумал, — заявил Клодий, кокетливо поправляя прическу.

Клодий был из тех мужчин, которые не боялись вести себя подобно женщинам, потому что были слишком опасны. Эта особенность, одна из многих, тоже роднила двоих друзей.

— Я все время думаю о царе Кипра.

— А я полагал, что мы думаем о Катоне, — заметил Цезарь.

Но он знал, что планы Клодия никогда не бывают прямолинейны, они скорее похожи на паутину.

— Я презираю царя Кипра, ты знаешь об этом?

— Брат, это было двадцать лет назад, — покачал головой Цезарь.

Клодий всегда рассказывал эту историю, когда бывал пьян. Его похитили пираты с Кипра и потребовали от царя выкуп. Царь платить отказался. Клодий был так оскорблен, что пираты пожалели его и отпустили.

— Тебе следовало поступить, как я, — сказал Цезарь.

В юности, когда он служил царю Вифинии, его угораздило попасться в руки пиратов.

— Я пообещал себе, что они умрут за это, и сдержал свое слово.

Тридцать восемь дней Цезарь развлекался с пиратами, требуя, чтобы они вели себя тихо, потому что он пишет о них стихи. А сам мечтал, как потребует распять этих негодяев, когда освободится.

— Ты же спал с царем Вифинии! Ты знал, что он заплатит выкуп, — возразил Клодий. — А я не додумался совратить старого Птолемея с Кипра.

Царь заплатил, и Цезарь изложил ему свою просьбу. Юноша был таким веселым и покладистым, что пираты не поверили, что он способен на мщение. Они умирали на крестах в ужасе и боли, крича, что Цезарь не мог такого приказать, ведь он был их другом.

Но Клодий не утолил свою жажду мести. Цезарь понял, что правильно поступал, никогда не медля с расплатой. Он-то не вспоминал о пиратах уже много лет.

— Бедный Клодий! Не стоит так убиваться. Иначе можно заболеть.

— Я раздобыл один документ от моих старых друзей-моряков, где они пишут о том, что кипрский царь состоял с ними в сговоре. В сговоре с пиратами, которые грабили Республику! Там все описано — и захваченные грузы, и люди. Хорошая работа, очень грамотная.

— Мои поздравления!

— Я уже показал этот документ кое-кому. Многие, и Катон в их числе, считают, что Кипр нужно не просто наказать, но и присоединить к Риму. Если царю нельзя доверять, его следует взять под контроль. Конечно, мы заграбастаем Кипр со всеми его сокровищами.

— Кипр — территория Египта. Царь Кипра приходится родным или сводным братом царю Египта, — заметил Цезарь.

— Ну и что?

— А то, что мы должны получить согласие на захват Кипра. Что это нам даст?

— Царь Кипра богат, трижды богат! У него полно прекрасных и бесценных вещей, дорогой мой. Драгоценные камни, роскошная посуда из золота и серебра, статуи и картины. Мы покажем все это на Форуме, и люди будут в восторге.

— А Марк Катон?

— Кто, спрашиваю я тебя, будет лучшим наместником на Кипре, чем Катон? Я уже подтолкнул его к этой мысли. Ведь он единственный неподкупный сенатор, который может составить перепись сокровищ Кипра и не загрести их себе.

— Ясно.

Цезарю пришлось признать, что Клодий в своем роде гениален.

— Эта свинья Катон лучше всех подходит для того, чтобы портить жизнь царю Кипра. О, ему представится случай обучить Птолемея своим дурацким порядкам. Он будет грудью становится между царем и едой, царем и вином, царем и его любовницами. Да царь скоро спятит! Но ничего не сможет сделать. А мы приберем к рукам все его денежки. Катон будет сидеть далеко, на острове, и просидит там целый год, пока не закончится твой консульский срок и ты не отправишься в Галлию.

— Великолепно. Просто великолепно.

— Я придумал этот план сегодня утром, когда опорожнял кишечник. Завтра я посвящу свои мысли Цицерону.

Это была очень скользкая тема.

— Наверное, тебе покажется это странным, — сказал Цезарь, — но мне старик чем-то нравится. И я не хотел бы, чтобы с ним что-то случилось.

— Братец, что с ним может случиться? — хихикнул Клодий.

Он сжал Цезаря в объятиях так крепко, что тот едва не лишился чувств, потом подмигнул, развернулся и вышел из комнаты.

Вернулись секретари, и Цезарь принялся читать переписку, которую ему предоставил Помпей.

«Никто не может устоять перед твоими письмами, — подлизывался Помпей. — Никто, даже Цицерон».

Цезарь любил обмениваться письмами, поскольку они помогали достичь того же результата без долгих разговоров и утомительных поездок.

— Прочти мне письмо Помпею от царя Египта, — велел Цезарь своему помощнику, который занимался корреспонденцией.

Моему великому другу, Гнею Помпею.

Я был опечален, получив от тебя письмо из Иудеи, где ты пишешь, что не можешь направить ко мне солдат в благодарность за мою помощь. Я снова взываю к нашей дружбе. Недовольство среди моего народа растет. Моя семья заточена во дворце. Именно моя дружба с Римом вызвала гнев моих подданных. Нельзя ли прислать один легион, чтобы показать всем в Александрии, что их царь может рассчитывать на защиту великой Римской республики и личную поддержку Помпея Великого? Боюсь, что, если я не дождусь помощи Рима, мне придется бежать, в то время как противники Рима захватят власть над страной и армией. Я буду верен нашей дружбе до самой смерти. Жду твоего ответа.

Нуждающийся в тебе Авлет.

— А ведь бедняге приходится туго, — задумчиво пробормотал Цезарь. — Я верю, что Помпей собирался ему помочь. Это самое меньшее, что мы можем для него сделать, ведь мы отберем у него Кипр. Думаю, что он получал неплохие доходы с этого острова. Напишем ему письмо и разгоним его страхи. Пиши.

Царь Птолемей,

Я отвечаю на письма моего друга Помпея, который сейчас празднует медовый месяц с моей дочерью Юлией. Я обдумал твою просьбу. Ты получишь защиту Рима. Я заставлю Сенат признать тебя другом и союзником римского народа, ты заслужил это звание. Указ будет обнародован по всей империи и союзных странах. Но, как ты сам понимаешь, такая поддержка требует определенных затрат, которые необходимо возместить. Вышли мне, пожалуйста, шесть тысяч талантов. Если ты не можешь собрать все деньги сразу, я помогу тебе снестись с моим старым верным другом, банкиром Гаем Рабирием Постумием, который ссудит недостающую сумму. Если это предложение тебя устраивает, переведи деньги на наш счет в банке Рабирия. Он оформит необходимые документы, и все будут довольны, если, конечно, у тебя есть имущество, которое можно отдать под залог. Верю, что эта сделка решит все твои проблемы. Жду скорого ответа.

Гай Юлий Цезарь.

ГЛАВА 8

Царь — дурак, это ясно. Но он оказался из тех дураков, которых хранит судьба и которым боги помогают лишь потому, что они непроходимо глупы.

Мелеагр размышлял над этой незадачей, пока слуга массировал ему спину. Слуга трудился, а евнух вздыхал и пытался расслабиться под сильными пальцами умелого здоровяка.

Благодаря странному благорасположению богов Авлет сумел избежать бунта и отлично провел время на охоте. Проклятый царь удрал из города, отъелся на диких антилопах, разжирел еще больше и вернулся в Александрию, когда народ начал успокаиваться. Когда советник сообщил предводителям фратрий, что царь отправился на охоту, старший из них заметил: «По крайней мере, он некоторое время будет питаться не из городской казны».

Вернувшись, Авлет натворил новых ошибок, причем настолько серьезных, что Мелеагр уже начал задумываться, не настал ли час избавиться от этого жалкого неудачника. Он отказался прийти на помощь брату, царю Кипра, когда римляне захватили остров и принялись грабить накопленные Птолемеями богатства. А ведь с Кипра приходили отчаянные письма, молящие о помощи.

— Повелитель, народ не понимает, почему ты не выступишь на помощь брату Птолемею, царю Кипра, — заявил Мелеагр. — Кипр — египетская территория. Украденные римлянами деньги принадлежат Египту. Теперь мы вынуждены платить наместнику Катону, чтобы вернуть свои корабли. Рим грабит нас на каждом шагу.