Две партии. Том 4 (СИ) - Василёв Виктор Валерьевич

Едва я прибыл на Ард, создал поисковые заклинания. На Иллирии такое бесполезно, но в «обезвоженной» метрополии легче легкого. Когда мы приехали, в «Онтинентале» присутствовали три изумруда, я не почувствовал принца и его свиту.

– Я прибыл сюда без охраны. Только я и вы. Никаких алмазов и рубинов. Только мы с вами. И армия магов, которые будут драться за вас, – Витольд развел руками. – Как видите, именно я сейчас рискую, а не вы.

«Очень смешно. Старший с колоссальным опытом и артефактом древних. За сколько он нас размажет? За десять секунд? Пять?» – заметил Янус. Он прав, помощь за дверью, но она просто не успеет. Тем более, что Витольд не мог прийти сюда без телохранителей. Несколько «стилетов» точно где-то рядом.

– Ценю оказанное доверие, – сказал я. Повинуясь жесту принца, я занял стул для посетителей. – Прошу простить за прямоту, но чего вы хотите от меня?

– Весь в Адриана, он тоже всегда торопился, – Витольд сказал это с улыбкой. – Но сейчас придется подождать. Кстати, об Адриане, вы специально отрастили волосы, чтобы быть похожим на него?

– Не вы первый это говорите. Проиграл пари. Потом понял, что мне нравится.

На самом деле нет, но Луна в восторге от длинных волос, неоднократно мне это доказывал, так что пришлось позаботиться о шевелюре.

– Вы стали спокойнее, увереннее в себе. В чем секрет? Сила или окружение? – продолжил задавать вопрос Витольд.

– Меня пять лет не пытались убить, – я криво ухмыльнулся. – Это способствует обретению душевного спокойствия, появляется вера в себя.

– А как же нападение нежити? Ситгун пережил несколько атак.

– Тогда в опасности были все. И времени на переживания не осталось, – сказал я, невольно поморщившись. Во время последнего штурма подкрепление запоздало, пришлось собирать ударный отряд из раненых магов, подчинять их себе и бросать в бой. Отбились, но управление шестью рубиновыми стоило мне трех месяцев без ментальной магии.

– Да, работа отбирает все силы. Тогда поговорим о ней. Для начала я хочу поздравить вас с приобретением нового голоса, – принц сказал это весело, но я вздрогнул. – Да Фиренце обещали, что получу еще одного сторонника, но наглые иллирийцы обошли на полкорпуса. Что ж, владейте, Маркус, я не в обиде. Я заберу Ригелей. Баш на баш, как говорится. Но вернемся к делу. Вы интересуетесь историей, Маркус?

– Она интересуется мной, – мрачно пошутил я. – Скажем так, если я буду заниматься еще и этим, то меня разорвет.

Здесь я немного лукавил. Историей магией пришлось заняться вплотную из-за проекта.

– Зря, очень зря. Важны причина, а не следствие. Болезнь, а не симптомы. Ладно, тогда взглянем в недалекое прошло. Во времена моего деда. Не смейтесь, Маркус, сто семьдесят лет – смешной срок для мира. Итак, мой дед погибает при загадочных обстоятельствах. Такая же участь постигает моего дядю, который наследовал трон. Мой отец вынужден возглавить государство. Естественно, тут же пошли разговоры, что он приложил руку к этому. Сепаратисты и мстители объединяются, но терпят сокрушительное поражение в первой же битве. Знаете, что было дальше?

– Это историю преподают в каждой школе. Король Вильгельм позволил всем мятежником собраться на острое Абук. И опустил его на морское дно. Погибли триста магов и сто тысяч человек.

– Да. Чудовищные цифры. Ужасная кровавая жертва. Вы понимаете, о чем я? – взяв в руки посох, спросил принц.

– Очень надеюсь, что нет.

– Абук был ловушкой. Единственным местом куда могли сбежать мятежники. Остров превратили в колоссальный жертвенник. Море стало красным от крови, искаженный эфир тек рекой. И он тут же пошел в дело. Маги крови провела свой жуткий обряд.

– Сила? Мощь Вильгельма…

– Дарована ему природой, происхождением, – холодно сказал принц. – Мой отец разменял магов и простецов на долголетие. Он решил, что ему потребуется пятьсот лет, чтобы воплотить свои планы.

– Пока не появился Антоний Кадавер, – осторожно сказал я.

– Да, он собрал столько же кровавого эфира: тайники некромантов, междоусобицы, стихийные бедствия и эпидемии. Взял свое качеством жертв, а не количеством. Но его сил не хватило, чтобы перебороть заклятье мастеров древности. Мой отец ослаб, но все еще жив.

– Выходит слова о бездарной молодежи – это не пустой треп, – только и смог сказать я. – Интересная история. Но что она значит здесь и сейчас?

– Во-первых, мой отец не умрет в ближайшие годы. И он не подпишет отречение, не тот характер. Чтобы снять корону с его головы потребуется совершить подвиг… Или взять реальную власть в королевстве. Во-вторых, то, что создал один маг, сможет повторить другой.

– Канцлеру легко получить кровавый эфир, но такой объем… – сказал я и осекся, продолжил совсем другим тоном: – Значит бунты простецов не были случайными?

– Они бы в любом случае произошли. Иногда нужно пускать черни кровь, чтобы ее не скапливалось слишком много. Они бы все равно умерли: голод, болезни, преступность. Я просто распорядился их жизнями для своей выгоды, – спокойно сказал Витольд.

«Ну хотя бы не прикрывается благом королевства. Честная мразь. Какая прелесть», – мрачно заметил Янус.

– Все родители хотят, чтобы их дети выросли сильными самостоятельными волевыми людьми. Но здесь и сейчас они желают, чтобы они были тихими, покорными и исполнительными, – Витольд сказал это с грустной улыбкой. – Это все, что вам нужно знать о Карле и его характере.

– Все так просто? Настолько банальная история? – не поверил я.

– Она происходит даже с наследниками престола. Вильгельм хотел, чтобы Карл вырос сильным лидером, способным вести за страну собой. Но в тоже время он приходил в ярость, когда сын просто высказывал иное мнение. Про действия и упоминать не хочется.

– Под таким давлением можно вырасти хорошим дипломатом. Или манипулятором.

«Из меня, правда, не получился ни тот, ни другой», – подумал я. С другой стороны, дяди хотел, чтобы я слушал его во всем, не мог действовать самостоятельно. Отчасти это вызвано диагнозом и заботой, отчасти его планами.

– У меня это получилось, – Витольд сказал это с гордостью, но не стал уточнять про какой вариант говорит. – Карл просто прогнулся перед личностью отца. Все нашего гениального регента планы и действия сделаны под влиянием его фигуры. К счастью, он это понимает, поэтому в сложных ситуациях обращается за советом к мудрым людям.

– То есть всегда?

– Если развесить правильные морковки… – Витольд улыбнулся, как будто вспомнил что-то очень приятное. Наверное, времена, когда он игрался с младшим братом, как с марионеткой. – Этим я и пользовался, но потом появились другие игроки. Принцесса принесла Карлу сразу двоих одаренных детей. Это заставило всех считаться с родом Пуатье. Карл всегда прислушивался к Ричарду, глупо игнорировать власть и возможности верховного мага. Да и ваш дядюшка имел определенное влияние. Все-таки именно он контролировал поставки эфира.

– А потом ситуация резко изменилась ближний круг стремительно поменялся. В него вошли новые люди.

– При всем моем уважении к Даламару, его двуличность сильно преувеличена. Он хорош в магии и на поле боя, но у него недостаточно опыта для такого уровня. Риотаб слишком радикальна. Она предпочитает не решать проблему, а убивать ее, – сказал принц.

– Неожиданно для мага крови? – не скрывая иронии, спросил я. Витольд это проигнорировал, продолжил:

– Ланкаст играл первую скрипку, но он погиб. Граф Пуатье решил взять больше власти, чем мог – возглавил тайную службу – итоги вы видели сами.

Если верить Риотаб, Филипп Пуатье был отличным управленцем и хорошем экономистом, но ничего не понимал в шпионаже. Конечно, тайная служба проморгала все, что могла, еще до назначения нового главы, но его вклад в последующее фиаско глупо отрицать.

– Принцесса обладает большой властью и влиянием, но ей также не хватает опыта. Остальные игроки имеют определенный вес, но не настолько сильны, чтобы влиять на Карла. Их слышат, но не слушают.