Чудесный день в аду - Игорь Срибный

– Только имей в виду, – Седой тяжело поднялся. – Не ставь мне жесткие временные рамки. Я должен буду найти своего Костяна. Или хотя бы его тело… Негоже оставлять его в чужом лесу, слегка прикопанным, зверью на растерзание…

– Я думаю, утрясем этот вопрос. – Полковник, направившись к машине, обернулся: – Не больше суток на поиски Костяна! Больше не дадут, даже если я разобьюсь в лепешку.

– А я на большее и не рассчитывал…

Седой щелчком отбросил погасший «бычок» и захромал в палату.

Вечером пришли Джон и Ящер. Седой долго говорил с ними, обрисовывая обстановку в том месте, куда им предстояло идти, и ставил задачи. Когда прощались, сказал:

– Окончательный состав группы я определю завтра, когда выпишусь из госпиталя, но народ начните гонять по полной уже сегодня. Утром рано устройте подъем по тревоге и не менее десяти кэмэ с полной выкладкой! Посмотрите, кто сойдет с дистанции – тех отшить. С собою их брать нельзя. Кто выдержит – на список, и будем выбирать… Джоник, вечером сам проверь все оружие, в расчете на десять человек. Брать только «бесшумки» и одну «СВД». Без нее нам тяжко пришлось, когда нужно было работать на длинные дистанции. Пулеметов приготовь два. Саперов отбери троих толковых. Жаль, что Экстрима нельзя взять…

– Как это нельзя? – пробасил Джоник. – Да он как конь скачет около новой «хлорки»[1], что взамен Никифоровны прислали. Пойдет как миленький!

– Вот это радует! Хотя я еще посмотрю на него. Нагрузки в горах несколько отличаются от постельных нагрузок…

Глава 2

Ханкала. Штаб группировки. Двумя днями ранее

Капитан Мухин сидел в курилке около штаба и поглощал одну сигарету за другой. Когда он распечатал вторую пачку, его наконец позвали на «ковер»…

В насквозь прокуренном кабинете командующего группировкой было столько генералов, что у бедного капитана от звезд зарябило в глазах и стало дурно. Если бы кто-то не подставил ему стул, он бы плюхнулся на пятую точку прямо посреди кабинета.

– Капитан Мухин! – гаркнул кто-то басом, и капитан вскочил, приняв стойку «смирно». – Доложите нам, как вы умудрились оставить противнику совершенно секретное оборудование, представляющее на сегодняшний день государственную тайну!

Капитан беспомощно оглянулся и увидел, что вопрос задал замкомандующего авиацией группировки. Пребывая в шоке от услышанного, он прокашлялся и осипшим голосом спросил:

– Я, прошу прощения, не понял вопрос: что я сделал?

– Повторяю, капитан! – Генерал вскочил, едва не опрокинув стул. – Спасая свою жизнь, вы оставили на подконтрольной врагу территории совсекретное оборудование, которое обязаны были вынести даже ценой собственной жизни!

Мухин, оглушенный и растерянный, не в силах понять, что от него требует его непосредственный воинский начальник, переводил отупевший взгляд с одного генерала на другого, затем на третьего… Он совершенно не был готов к ТАКОЙ постановке вопроса и словно полностью лишился дара речи.

– Ладно, сынок, сядь и успокойся. – Из-за стола вышел огромный дядька с обритой наголо головой, с погонами генерал-полковника на выгоревшей камуфлированной куртке. Он подошел к Мухину и выщелкнул из пачки сигарету. Чуть подрагивающей рукой капитан взял сигарету и прикурил от огня зажигалки командующего.

Положив тяжелую ладонь на плечо капитана, генерал сказал будничным тоном:

– Мы тут, капитан, из-за чего копья-то ломаем? Нам крайне важно доискаться до причины, по которой твой, акцентирую, именно твой вертолет был сбит в этом треклятом ущелье. И здесь нам без твоей помощи, как ты понимаешь, не обойтись. Поэтому давай мы так построим нашу беседу: ты начнешь прямо с начала – с монтажа на твоей машине секретного оборудования. Затем – постановка задачи на облет района и непосредственно полет. Нам нужно знать, на каком именно этапе подготовки и выполнения задания могла произойти утечка информации. Специально ли «духи» вели охоту за твоей машиной или их обстрел – чистая случайность…

Ободренный отеческим тоном генерала, капитан быстро взял себя в руки и ровным голосом начал доклад:

– Товарищ генерал-полковник, можно сразу же отбросить первую часть поставленного вопроса, поскольку монтаж и отладка оборудования осуществлялись на авиабазе в Моздоке, в закрытом боксе, под усиленной охраной. С документацией оборудования мы стали знакомиться в самый последний момент, то есть назначение оборудования даже для нас было тайной за семью печатями практически до получения полетного задания. На этом этапе подготовки ни один посторонний человек, не задействованный в монтаже и настройке системы, не вошел и не покинул территории бокса до самого завершающего этапа работ…

– Так, это уже хорошо! – сказал командующий. – Дальше, капитан.

– К полету нас готовил непосредственно начальник разведки группировки и командир группы авианаводчиков. На нашей полетной карте были обозначены разным цветом предполагаемые базы боевиков и точки расположения баз, нуждающиеся в проверке посредством нашей аппаратуры. Во время первого облета района я обратил внимание на утес, с которого позже мы были обстреляны, поскольку он присутствовал на карте как вероятная огневая точка противника. Но при первом облете техник, прапорщик Алексеев отрицательно помотал головой, показывая, что «духов» на утесе нет. Мы продолжили выполнение задания, но на обратном пути я решил зависнуть над утесом и дать время Алексееву более подробно рассмотреть его подножие. И вот когда я завис над утесом, прапорщик доложил, что там находится «ДШК» и к нему бегут «духи». Я начал маневр с одновременным набором высоты, и в этот момент прозвучала пулеметная очередь, повредившая хвостовую часть вертолета и рули управления. Я смог увести поврежденную машину на десять километров от места обстрела и посадить ее с минимальными разрушениями. На земле мы немедленно занялись демонтажом оборудования и укладкой его в специальные прорезиненные чехлы. При посадке, как вы знаете, серьезно пострадал прапорщик Алексеев. Но даже и он, раненый, помогал нам разбирать и прятать приборы…

– То есть мы опять приходим к тому, что вертолет был сбит случайно, и вы спокойно могли пролететь мимо этого чертового утеса, не зависая… – подытожил командующий. – Ну что ж, эту тему считаем закрытой. Переходим к более насущному вопросу – как нам теперь это оборудование вызволить и вернуть на базу. Прошу, товарищи, высказывайте свои соображения. Владислав Юрьевич, – командующий кивнул начальнику разведки, – давай, пожалуй, начнем с тебя.

Глава 3

Начальник разведки группировки шагнул к стене и раздвинул шторки, скрывающие панорамную аэрофотосъемку района лощины. Взяв указку, он уверенно начал доклад:

– Согласно рапорту командира разведгруппы, разведчики, имея при себе надлежащим образом упакованный секретный груз, вышли вот сюда, к этой лощине, чтобы по ней подняться выше на плато, где была возможность принять вертолеты для эвакуации группы. Но к этому времени в действия разведчиков, которые уже были отягощены ранеными, вмешался еще и погодный фактор в виде дождя с туманом. Дальнейшее продвижение стало невозможным, и командир принял единственно верное решение – переждать дождь в природной складке местности, укрыв раненых от непогоды.

– Прям кисейные барышни какие-то, а не разведчики… – пробурчал замкомандующего авиацией. – По дождику не ходят, боятся ножки промочить…

– К этому времени в горах шел уже настоящий ливень, превратив лощину в русло бешеного потока, – не обращая внимания на колкости авиатора, продолжал разведчик. – Видимость сократилась до нескольких метров. В такой обстановке командир решил атаковать лагерь НВФ, чтобы максимально сбить погоню. Вылазка была проведена успешно, и группе был обеспечен относительно безопасный подъем.

– Вы красиво все здесь излагаете, Владислав Юрьевич! – не унимался генерал-авиатор. – Но покажите же мне наконец место, где спрятан наш груз, за который мы все в равной мере несем ответственность перед командованием!

– Ну а здесь мне нужна будет помощь вашего капитана Мухина. Поскольку на местности присутствует не одно ответвление старого русла – ну, или лощины, если хотите, – а три. И все они примерно одинаковы, поскольку в доисторические времена были перекатами реки, пробитыми в скальных породах на пути реки с гор в долину. Капитан?

Мухин подошел к стене и долго рассматривал снимок. Затем взял указку и начал помогать себе сориентироваться, указкой повторяя изгибы пути.

– Вот здесь мы поднимались, – скорее для себя, чем для окружающих, шептал он. – В это время уже шел дождь, на лощину упал туман… На пещеру мы наткнулись случайно, просто сползли в нее по грязевому потоку. Командир осмотрел ее внутри и приказал оборудовать место для раненых. Внутри у дальней стены было сухо, дождь туда не залетал, и там я решил разместить раненых и груз. А остальные разведчики ушли минировать подходы.