Не герой ее романа - Элиза Барра

Карина, которая не могла себя заставить обращаться к нему по выдуманному прозвищу, заменявшему мужчине имя.

- Я ее себе сам дал, - просто сказал Митяй. – Всегда ненавидел свое имя, все эти обидные дразнилки «Богдашка-какашка», «Богдашка-промокашка», - досадливо поморщился он. – А потом узнал, что моя настоящая мать отказалась от меня сразу после рождения. Имя придумала сердобольная пожилая санитарка в роддоме, а отчество дали в честь врача, который принимал роды. С кого-то перепугу решили, что имя может как-то помочь мне устроиться в жизни. Богом дан, - презрительно скривил губы Митяй, - это же просто насмешка над никому ненужным выродком, которому было бы лучше никогда не рождаться.

- Не говори так, - ломким голосом попросила Карина, кожей чувствуя, как Митяй весь напрягся и внутренне ощетинился. В его голосе сочилась едкая горечь, с головой выдававшая застарелую душевную боль. – Ты не пытался узнать что-нибудь о своей настоящей матери? Не искал ее?

- В моем свидетельстве о рождении указаны данные, взятые из ее паспорта. Митяева Светлана Константиновна, 1958 года рождения, - монотонно перечислил Митяй. – Это была не малолетняя соплюха, которая залетела и с перепугу отказалась от ребенка, а потом всю жизнь слезы лила по отданному чужим людям сынишке. Нет, она была зрелой женщиной, которой просто был не нужен ребенок. Зачем мне ее искать? Я ей был не нужен, а она не нужна мне.

- Каждому нужна мама, - тихо проговорила Карина и робко указала ему на очевидный факт, - единственное, что тебе досталось от матери, это ее фамилия. А ты не просто оставил ее себе, но и сделал из нее для себя новое имя.

- Ну, начались теории заговоров уровня РЕН ТВ. «Совпадение? Не думаю», - саркастично протянул Митяй. – Все, хватит разговоров, лучше иди ко мне.

Он пересадил к себе на колени Карину и впился в ее губы требовательным поцелуем, словно пытался заставить замолчать девушку самым простым и доступным способом. Карина не разделяла его пыла, но поддалась напору мужских губ, с трудом успевая отвечать на поцелуи. Вволю помучив ее губы, Митяй стянул с нее через голову футболку, а так как бюстгалтер на девушке отсутствовал, то его руки тут же накрыли два нежных полушария и принялись играть с чувствительными сосками. Карина невольно заерзала у него на коленях, чувствуя бедром, как постепенно в мужчине нарастает возбуждение.

Устав от возни на стуле, Митяй поднял Карину на ноги и, не разрывая объятий, повел ее в спальню. Девушка очень быстро оказалась лежащей на постели, пока с нее нетерпеливо сдергивали бриджи вместе с нижним бельем. Движения Митяя были порывистыми и немного грубоватыми, будто он сердился на Карину за то, что она разбередила в его душе незаживающие раны. Он с каким-то остервенением набросился на ее шею и грудь, оставляя на белой коже отметины от губ и зубов. Извиваясь в капкане его цепких рук, девушка ойкала и ахала от ощутимых укусов, которые мужчина сразу же зацеловывал, превращая свою бессознательную месть в любовную игру.

Карина ничего не могла поделать с тем, что он умело разжигал в ее податливом теле страсть, вынуждая уступать своим желаниям. Ее сознание как будто раздвоилось: одна часть была затянута пеленой вожделения, а другая вполне себе сохраняла ясность. Она словно со стороны наблюдала за тем, как Митяй наскоро натягивает презерватив и нетерпеливо погружается в нее, пока они оба не сплетаются в единое целое, изнывая от остроты ощущений. Мужчина резкими толчками входил в ее тело, выбивая из нее громкие стоны. Словно одержимый он не щадил ни ее, ни себя. Каким-то шестым чувством Карина понимала, что с помощью секса он хотел забыться, раствориться в ней, чтобы спрятаться от гнетущих мыслей и своего беспросветного одиночества, в котором провел долгие годы.

И Карина отдавала ему всю себя: свое тело, нежность, ласку, так необходимые ему. Она испытывала скорее моральное удовлетворение от их соития, чем сексуальное. Наверное, впервые ни он, ни она не заботились о том, чтобы Карина достигла пика, потому что оба были слишком сосредоточены на удовольствии Митяя. Карина ласково гладила его по плечам и широкой спине, качая бедрами навстречу сильным толчкам внутри себя. Ей хотелось стать невесомым облаком, чтобы плотнее окутать его со всех сторон, но она могла лишь обвить его поясницу ногами, чтобы еще теснее прижаться к горячему мужскому телу. Именно тогда она в полной мере осознала, что ее симпатия к Митяю проросла во что-то гораздо более сильное и прочное, чем ей хотелось бы.

Когда Митяй запрокинул голову и хаотично задвигал бедрами, уже слабо контролируя себя, Карина в упоении ловила малейшие проявления его оргазма. Митяй издал глухой протяжный стон и, сместившись, рухнул рядом с ней, освобождая от веса своего тела. Повернувшись к нему, она сняла губами несколько бисеринок пота, проступивших на раскрасневшемся мужском лице, и счастливо улыбнулась. Как оказалось, любовь это не только про то, когда тебе хорошо с любимым человеком, но и когда ему хорошо с тобой.

Глава 9. «Ты - летящий вдаль беспечный ангел»

Глава 9. «Ты - летящий вдаль беспечный ангел»

Митяя сильно тряхнуло в кузове грузового автомобиля, отчего он в который раз ощутимо приложился затылком о тент и досадливо поморщился. Сгорбившись на жестком сидении, он постарался принять максимально устойчивое положение, чтобы не так сильно трясло. Жесткая подвеска грузовика и ухабистая дорога делали поездку максимально невыносимой, но мириться с неудобствами помогала мысль о том, что они возвращались домой. Закрыв глаза, Митяй погрузился в радужные думы, планируя, как проведет свое свободное время, пока их не зашлют в новую командировку.

Разумеется, в первую очередь он подумал о Карине и неожиданно спохватился о том, что они встречаются уже неприлично долго. По его меркам, так просто запредельно долго. Изнутри его уже царапали неприятные предчувствия, что воцарившаяся на его личном фронте идиллия подходила к концу. Наличие постоянной любовницы было пределом мечтаний Митяя. В юности он был больше зациклен на «охоте», рассматривая женский пол исключительно в качестве трофеев, но со временем он начал ценить то, что после возвращения из обычно неспокойной и немирной обстановки, в тихой гавани его ждала красивая женщина, с которой у него была отличная совместимость в сексе. «Вот так незаметно подкрадывается старость», - с грустью подумал Митяй, припомнив о своем грядущем тридцатилетии.

Заканчивался апрель, а они все еще были вместе. Карина все