Зеленые человечки - Кристофер Бакли

– Правда? – осведомился Банион, прибавляя шагу.

– Да, сэр. И вы не обнаружите этого в новой книге Линды Молтон Хау. И знаете, почему?

– Нет, не совсем.

– Потому что ее интересует только то, что мычит или блеет. Ей наплевать на людей.

– Да? Что ж, спасибо за…

– …Она похожа на этих чертовых борцов за права животных. Какие-то норки ее волнуют больше чем люди.

Тип просто обезумел. Банион пустился наутек.

– Нам нужны такие, как вы! – закричал ему вслед тип. – От вас они не посмеют отмахнуться. У вас собственное шоу. Задайте им жару! Вы – наша единственная надежда!

– Вы так добры, – сказала Роз, когда они спускались по эскалатору, – другие бы на вашем месте не были столь терпеливы.

– В Вашингтоне я встречал и более странных субъектов, – его удивило то, с какой легкостью он упомянул о собственной работе.

– Хотела бы я посмотреть, как президент Никсон показывает Джеки Глисону тела инопланетян, – хихикнула она.

Ум, красота, чувство юмора. Баниону вдруг захотелось взять ее под руку. Он с трудом сдержался, напомнив себе, что он человек семейный.

В зале было темно. Доктор Хау, привлекательная, хорошо одетая дама с повадками профессорши, показывала слайды, взглянув на которые Банион порадовался, что не успел пообедать, одновременно сомневаясь, сможет ли он вообще в ближайшее время проглотить хоть один кусок. Но еще хуже то, что рядом с ним сидит обворожительная женщина, а он вынужден таращиться на коров и овец с вырезанными внутренностями. Но, похоже, Роз нисколько не смущали душераздирающие картины. Ум, красота, чувство юмора и железные нервы.

В гробовой тишине доктор Хау говорила о том, что надрезы на телах животных были удивительно ровные: более ровные, чем хирургические надрезы. Что еще более удивительно, исследования показали, что надрезы производились с помощью лазера. Разумеется, неотесанные фермеры со своими грубыми инструментами не могли сделать такие надрезы. И потом, даже сатанисты не в состоянии умертвить такое количество домашних животных. (Что же нас ждет, подумал Банион, если сатанисты стали частью нашей культуры!)

У доктора Хау была собственная теория, объясняющая рост числа умерщвленного скота. По ее мнению, телячьи внутренности пришлись по вкусу представителям внеземных цивилизаций, сделавшись излюбленным деликатесом; своего рода суши. Банион содрогнулся, зарекшись никогда больше не заказывать суши. Доктор Хау высказала предположение, что правительство решилось на этот шаг, чтобы задобрить пришельцев.

Во время мрачных откровений доктора Хау Банион украдкой поглядывал на Роз, пытаясь понять, какое впечатление на нее производят эти теории. Но видел только непритворные зевки.

– Хотите чаю? – спросил он, когда наконец, моргая от непривычно яркого света, они выбрались в фойе.

– Не откажусь.

Ресторан был набит битком. Их мигом окружила толпа поклонников, жаждущих получить автограф или поделиться с ним сенсационными сведениями, полученными из космоса. Банион хотел предложить перекусить у него в номере, но испугался, что это покажется ей преждевременным.

Дорогу преградили всполошенные доктор Фалопьян и полковник Мерфлетит. Они были похожи на двух нянюшек, потерявших свое чадо. Где он пропадал? Почему исчез, не предупредив их? С ним хотели поговорить очень важные люди.

Банион представил им Роз. Они посмотрели на нее с нескрываемым презрением – подумаешь, еще одна поклонница. Только этих двух одержимых, подумал Банион, может оставить равнодушными такая сногсшибательная красотка.

Доктор и полковник вцепились в него, умоляя пойти с ними. Не стоит заставлять важных людей ждать.

– Не хотите составить нам компанию? – спросил Банион у Роз.

Доктор Фалопьян и полковник Мерфлетит возмущенно переглянулись. Полковник зашептал на ухо Баниону, что встреча предстоит чрезвычайно деликатная.

– Было приятно познакомиться, – сказала Роз, поняв намек полковника.

– Идемте с нами, – решительно проговорил Банион. – Я настаиваю.

– Ну, если это удобно…

– Все в порядке. – отвечал он, обменявшись многозначительными взглядами со своими надзирателями.

Доктор Фалопьян и полковник Мерфлетит дулись всю дорогу, до самого номера полковника, возле двери которого околачивались трое громил-охранников. Интересно, кого они охраняют, подумал Банион. Пленного инопланетянина?

Дверь отворилась, явив его взору двоих русских. В номере было накурено так, что хоть топор вешай.

Банион закашлялся. Их представили: тот, что постарше – доктор Коколев, помоложе – полковник Радик. Баниона поразило их сходство с Фалопьяном и Мерфлетитом. Доктор Коколев, отец советской ракетной техники, разработчик ракеты-носителя «Пушкин-4», кавалер ордена Ленина, был в свое время советником Сталина по вопросам НЛО. Человек по фамилии Радик, полковник ВВС в отставке, сбил на своем истребителе «Миг» неопознанный летающий объект, зафиксированный в воздушном пространстве СССР.

– А вы уверены, что это не был гражданский самолет? – осведомился Банион. Он так и не смог простить русским сбитый ими в середине восьмидесятых корейский пассажирский лайнер. Однако его попытка сломать лед не увенчалась успехом. Полковник был явно не расположен шутить.

Доктор Коколев, физик, выглядел немного поприветливей: он был похож на добродушного русского медведя. Доктор рассказал, как несколько месяцев спустя после происшествия в Росвелле в июле сорок седьмого его посреди ночи вызвали в Кремль и отвели к Самому, к Иосифу Виссарионовичу Сталину. Одна из ракет доктора Коколева только что взорвалась на пусковой площадке в районе Алма-Аты, и он решил, что Сталин собирается самолично его расстрелять.

Но вместо этого вождь подтолкнул через стол маленький кусочек какого-то блестящего материала и потребовал выяснить его происхождение. По его словам, это был обломок неопознанного летающего объекта, разбившегося в Росвелле, добытый в результате сверхчеловеческих усилий КГБ. Совсем тогда еще молодой доктор Коколев понял, что от его ответа зависит многое, в том числе и его жизнь. Он попытался выяснить мнение самого Сталина по этому вопросу. (В те времена было очень важно знать, что думает вождь и во всем с ним соглашаться.)

Похоже, Сталин действительно верил, что этот обломок был внеземного происхождения; отчасти потому, что американские военные сначала заявили, что в Росвелле и вправду разбилась летающая тарелка, но потом, буквально на следующий день, отказались от собственных слов, уверяя, что на самом деле это был обломок метеорологического зонда.

Да, кивнул доктор Коколев, он тоже об этом слышал.

Анализ должен быть произведен немедленно, сказал Сталин. Мы пошлем человека за необходимыми приборами.

Если вождь говорил «немедленно», ему нельзя было ответить «это невозможно, мне потребуется неделя». Приборы Коколева доставили в Кремль. Сделав все, что было в его силах (учитывая обстоятельства), доктор Коколев в самых запутанных и витиеватых выражениях доложил, что поскольку ему так и не удалось точно определить происхождение объекта, не остается никаких сомнений в том, что этот объект (он задержал дыхание) внеземного происхождения.

– Так я и знал! – воскликнул Сталин. – Американцы владеют секретами инопланетных технологий!

Он добавил, что эта информация подтверждает сведения, полученные из других источников в Америке. Резидент КГБ в Вашингтоне недавно доложил: существует некая секретная организация МД-12, состоящая из двенадцати глав крупных военных и аэрокосмических ведомств США. Ее основная задача – держать в тайне посещения инопланетян и, перенимая их технологии, наращивать военный потенциал, чтобы в ближайшее время обогнать Советский Союз.

Коколев догадывался, что Сталин делится с ним этой сверхсекретной информацией отнюдь не из дружеских чувств. Несомненно одно: ему придется распрощаться с ракетостроением и начать карьеру на ином поприще. Сталин объявил ему, что отныне человека по фамилии Коколев не существует. В тот же день его вместе с блестящим обломком отправили на забытый богом остров, расположенный за Полярным кругом, настолько заброшенный, что здесь даже гагары дохли от тоски.

Там он оставался до самой смерти вождя. Шесть лет прожить на острове, где температура опускается до минус шестидесяти градусов! Шесть лет исследовать структуру чертова блестящего обломка летающей тарелки. Шесть лет бояться сказать Сталину правду – расслабьтесь, это всего лишь обломок метеорологического зонда!

Вскоре после смерти Сталина Коколева отпустили. Хрущев, извинившись перед ним за причиненные неудобства и отмороженные пальцы ног, поставил его во главе крупнейшей исследовательской НЛО-лаборатории под кодовым названием «Кабель-3». В течение длительного времени они изыскивали нетрадиционные способы преодоления гравитации, правда, без особого успеха.