Бордель: Призови мою боль - Lion_official

как он легко окунулся в меню, девушка посмотрела по сторонам: Скотт снова испарился. Как можно сказать сейчас такое про контракт, а затем делать вид, что день продолжается.

— Ты ведь подпишешь…? — не знала, как правильнее вернуться в то русло беседы. Он вроде закрыл тему.

— Хочешь, чтобы я продлил контракт с UFC? — поднял брови и отвлёкся наконец от меню.

— Это не от моего желания зависит. Ты ведь любишь MMA, тебе и решать. — Теперь она уткнулась в меню.

— Тереза, — выдохнул неспешно её имя, — они прислали контракт, я прочёл. Он оказался кабальным.

— Что это значит? — почувствовав себя глупой в подобных терминах, она чуть ли не вжала голову в плечи.

— Крайне невыгоден мне.

— Расскажешь? — мягко попросила, а он глазами указал на меню, — Мне любой салат, кофе и всё.

— Десерт не будешь?

— На диете, — отрицательно мотнула головой.

— Значит, будешь. — подмигнул и подозвал взглядом официантку.

Заказ был оговорён быстро, но не так, как хотелось бы. Ханна, взяв бразды правления, настаивала на своём. В итоге ей принесут детский бургер и черничный десерт. А ещё газировку. Всё вредное, что не нравилось Гарри.

— Ещё хочешь услышать про мой контракт? — поинтересовался, и она лишь кивнула головой в ответ, — Условия таковы: гонорар за бои они повышают, количество их уменьшают. Звучит вроде нормально, но мне нельзя будет больше заниматься в моём тренажёрном зале, так как это будет реклама. Никаких известных спортивных брендов носить нельзя. Только символику UFC, они отбирают право использовать видеоматериалы боя с моим участием навсегда. Плюс ко всему хотят отправить на промо MMA по всему миру.

Она не знала прежние условия, поэтому сравнить было невозможно, но ощущение складывалось, что это вообще далеко от идеала, от того контракта, к которому он привык. Видимо, даже если ты влиятельный спортсмен, тебя тоже могут поджать, как и начинающего.

— Что думаешь? — девушка говорила очень мягко, с сопереживанием.

— Отказываться. Такой контракт на пять лет я не потяну.

— Это пять лет ада. — Поддержала его, — Но ты не пожалеешь?

— Финансово ещё дети Ханны будут отлично жить.

— Я не об этом. Бои — это то, что ты любишь. Тренировки не восполнят нужду, тебе хочется выливать адреналин.

— Вот поэтому я тяну время, но, по правде говоря, чем дольше думаю, тем меньше хочу соглашаться, — он посмотрел на Ханну, которая на своём детском стульчике занялась раскрасками, — Если подпишу, то она вообще перестанет видеть меня дома. Через пять лет ей будет девять, а об отце она ничего знать не будет. — Кто бы мог подумать: Гарольд записался в семьянины.

— А что с ней будет, если не подпишешь? Вечно недовольный отец? Это не лучшая перспектива для растущей девочки.

— Тереза, что бы ты сделала на моём месте?

— Этот контракт подписывать бы не стала. Ты влиятельный спортсмен, на которого уже равняются миллионы. Потерять тебя — будет их серьёзной ошибкой. Попробуй через адвоката поменять или хотя бы смягчить условия.

— Ты не только красивая, но ещё и умная. — Нагло улыбнулся и подмигнул ей. Снова от серьёзной темы они ушли во что-то более приятное. Флирт.

— Да, я такая! — откинув волосы за спину, она всем видом показала, что он должен локти кусать.

А что ещё ему оставалось? Сидеть, ждать еду и кусать локти в перерыве, когда она мельком мазала взглядом по нему.

* * *

— Я тебя ненавижу! — воскликнула девушка, как только их отцепили от кресел.

— Всем нужно немного адреналина, а твои глаза просто просили меня! — Гарри искренне начал смеяться, оглядывая потрёпанную причёску.

Как и предполагалось, когда Ханна уже обкатала все понравившиеся горки, она изрядно устала. И этим не мог не воспользоваться Гарольд. Он принялся уговаривать Терезу прокатиться на какой-нибудь с ним, якобы составить компанию. Деваться было совсем некуда. И после долгих отказов, она согласилась, о чём вскоре пожалела. Выбор пал на самую крутую, с огромным количеством мёртвых петель и резких поворотов. Отказываться времени не было: их быстро пристегнули к сидениям, раздался сигнал и понеслась.

Она визжала, казалось, громче всех остальных. А мужчина смеялся над её испуганным выражением лица и во время поездки, и, когда они уже вышли.

— Ты гад, больше никогда не соглашусь на подобные идеи!

— Да ладно тебе, — протянул в ответ и обнял её, закинув руку за шею, — Не будь такой вредной. Точнее будь, но в меру. — Гарри слегка подтолкнул её к себе, и они двинулись с места.

— Стоит ли тебе ещё раз повторить, что распускание рук карается?

— Хм, а это чем-то карается? — он мягко чмокнул её к висок.

— Смертной казнью. — Ворчливо отозвалась.

— Плевать. Мне с тобой классно.

Они подошли к Скотту, который держал спящую малышку на руках.

— Поедем домой? — Тереза погладила нежно темноволосую голову, замечая, что кепка у Скотта в руках.

— Поедем, а то Ханна уже вымоталась. — Отец заботливо забрал девочку к себе, и они устало направились к выходу. Уже темнело.

Жары не бывало. Парк совсем немного опустел. Какие-то аттракционы прикрыли. Даже на парковке были свободные места, наверняка не дождавшиеся новых гостей парка.

— Куда ты лезешь? — недовольно шикнула на мужчину, когда он полез на заднее сидение рядом с Ханной, — Иди вперёд. Сейчас не время терроризированию. — Она стойко решила не отступать.

— Садись уже, — закатил глаза, — Только тебя ждём.

— Этой ночью я тебя либо придушу, либо прирежу… — донеслось до него крайне недовольное настроение.

— Делай, что хочешь. — Пожал якобы безынтересно плечами, но только Тереза оказалась рядом с ним, ручки шаловливые полезли.

— Это видел? — вытянула навстречу его наглой морде сжатый кулак.

— Ты стала такой бойкой, — посмеялся, но пока что придержал руки в стороне, — Мне нравится.

— Хотела сказать, что накостыляю тебе, но боюсь обидеть после аварии.

— Мелкая ещё, чтобы накостылять.

— Возможно, но у тебя есть талант выбесить человека, что все демоны внутри проснутся. Ещё одно движение, Стайлс, и я пущу их наружу.

Машина выехала в парковки. Скотт старался не замечать перепалку на задних сидениях, но всё шире и шире улыбался доносящимся фразам.

— Вдарю! — злобно прошипела, когда его рука всё же оказалась на другом её плече, и она бесследно пропала в тёплых объятьях мужчины.

— Ты слышала что-нибудь про синдром чужой руки? Так и моя живёт сама по себе. — В дело пошёл отчаянный флирт.

— Мне даже сказать больше нечего, — отчаянный флирт сработал.

— Куда завтра поедем, дорогая? — наглый тон не заставил себя долго ждать.

— Я на работу, а ты — не знаю.

— Но как же Ханна? С кем ты её решила оставить?

— Я не забыла про твои