Тысяча ударов меча - Степан Вартанов

Лодка подошла вплотную к берегу, и эльф легко в нее запрыгнул. Орки— оставшиеся в живых— как по команде вложили в ножны мечи и взялись за луки. Они были хорошими солдатами, эти орки, и эльфу здорово повезло, что их было относительно немного. Если бы идущий по берегу за «Громом» отряд не отстал, продираясь сквозь густой кустарник, к ним присоединилась бы тысяча гоблинов…

— Нет, ну этого просто не может быть! — пробормотал Роджер, наблюдая, как стоящий на носу уходящей от берега шлюпки спасаемый подставляет под стрелы свою сумку. Ни одна стрела так и не попала ни в него, ни в гребцов, зато сумка теперь напоминала дикобраза.

— Все, кто не гребет! — скомандовала Джейн. Взять арбалеты.

Эльф легко спрыгнул с высокого борта на палубу и поклонился, главным образом Джейн и выбравшейся из каюты Уне.

— Благодарю вас за мое чудесное спасение, — с чуть заметной иронией произнес он. На вид эльфу было лет шестнадцать…

— Позвольте представиться, — произнес Кирк. — Меня зовут…

— Я знаю, — перебил его эльф. — Я услышал про ваш поход, будучи в Иситраре, но, к сожалению, не успел предложить свои услуги. С тимманцами же я знаком по тому, что они натворили в Аталете. Эльфы зовут меня Локар.

Говорил эльф легко, без тех пауз, которые обычно делали его сородичи, обдумывая, что именно и в какой форме сообщить инородцам. Тиал год отвыкала от этой манеры.

— Услуги? — спросил Роджер.

— То есть ты шел за нами из Иситрара? — перебила его Уна. — Зачем?

— Вы, наверное, Командир Уна. — Эльф поклонился. — Весть о вашем… подвиге уже, наверное, дошла до Тиммана.

— По существу, — фыркнула тимманка.

— По существу… — Эльф пожал плечами. — Ну что же! Я тоже хотел бы задать пару вопросов— как оракулу, так и Зирту Смертоносному. Можно сказать, нам с вами по пути.

Роджер смотрел на стоящего перед ним юношу, и пытался понять, что же его смущает. Открытое лицо, спокойный взгляд… Тут его тронули за рукав.

— Если я могу посоветовать… — тихим шепотом произнес дзай, и Роджер отметил про себя, что дипломат стоит так, чтобы движение его губ не было видно эльфу.

— Советуй.

— Спросите, сколько ему лет, так же тихо сказал дзай, — и Роджер понял наконец, что же так смущало его в странном госте. Движения и интонации взрослого. Тело подростка.

— Подождем, — прошептал он. — Спасибо, однако. — Дзай кивнул и так же тихо отошел.

— Где ты научился так фехтовать? — Илиси надоело играть в дипломатию, и он задал вопрос, более всего его волновавший.

— У меня… — Эльф задумался. — У меня было много… учителей. — Он принялся выдергивать из сумки торчащие в ней стрелы. Вид у него при этом был очень недовольный, и можно понять почему. Что бы он ни носил в этой сумке, оно было теперь пробито заговоренными стрелами.

— А выбор оружия?

— Так ведь оно же лучше! — искренне изумился Локар. — Какой смысл пользоваться плохим мечом, когда можно иметь хороший?

— Реже будут придираться патрули? — предположил Роджер.

— Это верно, — кивнул эльф. — В Аталете только и делали, пришлось… доказывать. Могу я вас попросить? Скажите своим людям, чтобы они перестали целиться в меня из арбалетов. Я буду вести себя тихо.

— Начали! — тихо скомандовал Акут-Аргал, и гоблины налегли на рычаги, разворачивая трофейную катапульту. — Не промахнитесь, оно у нас одно…

«Оно»— яйцо гатора, метровый шар, распространяющий вокруг себя жуткое зловоние. Тухлое яйцо. Редкость.

— Сначала стрелу!

Ули-Ар, лучший стрелок в отряде, а возможно, и вообще в Кристалле, поднял лук и прицелился. Бойцы на «Громе» вели себя грамотно: они прятались за щитами на борту и не подставлялись под выстрелы. Впрочем, — насилие это признак слабости. Великий сказал есть другие методы.

Стрела сорвалась с тетивы и вонзилась в мачту корабля.

— Записка! — удивленно сказала Джейн. — Она развернула кусочек пергамента, пробежала глазами текст и нахмурилась, кусая губы.

— Локар, — спросила она наконец, — там, на берегу, у тебя что— были враги?

— Нет, — удивленно ответил юноша, — только друзья. А в чем дело?

— В этой записке.

— Возможно, если я буду знать, что в ней написано…

— Читай сам. — Джейн протянула эльфу клочок бумаги. Тот принял его с легким поклоном, прочитал и негромко выругался. Похоже, он был зол.

— Локар?

— Там написано, что от меня пахнет тухлыми яйцами, — бесцветным голосом сказал Локар. — И подпись Норт.

— Тот самый Норт? — удивился Роджер.

— Да. Тот самый. Великий Программист, как вы, демоны, его зовете. По мне, так великого в нем только нахальство…

— Что случилось?

— Я имел неосторожность выкупить его из рабства в Джиу, но, видите ли, был недостаточно любезен!

— А при чем тут тухлые яйца? — осведомилась Уна, и в этот миг ответ на ее вопрос со свистом пересек пространство, отделяющее корабль от берега, ударил в мачту и расплескался по палубе и по всем, кто имел неосторожность на ней находиться. Затем, минутой позже, катапульта на берегу совершила еще один выстрел, и на палубу шлепнулось огромных размеров осиное гнездо.

— И освежились, и взбодрились, — прокомментировал наблюдавший за событиями из прибрежных кустов Акут-Аргал. — Ишь забегали!

— Вуот?

Дзай вздрогнул и обернулся. На Роджера уставилась пара светло-голубых, почти белых, глаз. Очень неприятные глаза у этого народа.

— Слушаю.

— Я хотел бы поговорить с тобой об этом эльфе…

— Я так и понял, — кивнул Вуот.

— Что еще ты заметил в его облике? И заметил ли что-нибудь?

Роджер долго колебался, прежде чем решился поговорить с пленником. Дзай славились своими способностями к интригам, и то, что он скажет, не обязательно будет правдой. Однако особого выбора у них не было. Либо узнать как можно больше о необычном пассажире, либо— точка зрения Джейн— высадить его на остров бэньши и спокойно двигаться дальше.

— Он мастер клинка, — медленно произнес дзай. — Черные мечи слушаются его, а значит… Возможно…

— Он подчинил магический меч в поединке? — Роджер поежился. — Возможно, ты прав… Что еще?

— Он странно говорит, — сказал дзай. — Хотя, возможно, это мне лишь кажется.

— Как странно? — не понял Роджер. — Нормально говорит.

— В том-то и дело, — что нормально. Без акцента. Сравните с тем, как говорит Тиал…

— И верно. — Роджер с уважением посмотрел на пленника. Дзай стремились довести политику до уровня боевого искусства— чтобы выходить победителем из любой интриги. Не то, чтобы у них особенно получалось, правда… Однако в наблюдательности ему не откажешь.