Фея придёт под новый год (СИ) - Лакомка Ната

— Слопал всё, — сказала он весёлым шёпотом, говоря, конечно же, о малыше Логане. — Я налила ему полную тарелку — ни капли не оставил.

— Это чудесно! — сказала я, продолжая подниматься по ступеням.

— А куда вы?.. — Джоджо застыла на том же месте, где только что стояла я, мечтая о чем-то непонятном.

— Скоро вернусь, — пообещала я ей. — Ведь надо готовить ужин.

— Точно, не забывайте про ужин, — Джоджо вытянула шею, беспокойно глядя мне вслед, — между прочим, я сегодня за вас во всех комнатах убиралась и…

Но я уже не слушала её. Взбежав на одном дыхании до чердачной двери, я распахнула её и сразу увидела Логана — он сидел на крае постели, вытянув ноги, и строгал перочинным ножичком какую-то деревяшку.

Когда я появилась, мальчик испуганно вскинул голову и вскочил, одергивая поношенную курточку с застиранным воротником. Почему-то именно этот воротник растрогал меня сейчас чуть ли не до слёз. Но я заставила себя казаться весёлой и ласково сказала:

— Послушай, Логан, мне очень нужна твоя помощь. Не мог бы ты пойти со мной? Это ненадолго.

Он долго молчал, словно обдумывая то, что услышал, а потом тихо произнёс:

— Тётя не разрешает спускаться с чердака.

— Но это же по важному делу, — ответила я так же серьезно. — Если что, я всю вину возьму на себя. Но уверена, что тётя ничего не скажет.

Вот в этом я не была слишком уверена, но сейчас самым главным мне казалось вывести малыша с этого ужасного темного чердака, чтобы он вдохнул свежего зимнего воздуха и побегал с остальными детьми.

— Где твоя куртка? Шапка? Рукавицы? — я деловито нашла и то, и другое и третье, лежавшее на каких-то сундуках, выставленных вдоль стены, и принялась одевать ребёнка сама.

Он даже не сопротивлялся, но смотрел на меня так, будто я пообещала ему явление ангелов небесных.

Повязав ему шарф, я повела Логана вниз, крепко держа за руку и намереваясь победить всякого, кто встанет на нашем пути.

Но спускаясь по лестнице, мы никого не встретили. Пока Логан обувал сапожки, я тоже оделась, взяла метлу, и мы с мальчиком вышли на улицу.

После полутьмы дома пришлось зажмуриться, потому что белый свет и белый снег слепили глаза. Я посмотрела на Логана, который щурился, как новорожденный котенок и задирал голову, подставляя лицо падавшим снежинкам. Только сейчас я хорошо разглядела, какой он маленький, щуплый и бледный. Кожа у него была смуглой, и волосы торчали из-под шапки, как черные соломинки, но на щеках не играл румянец, и губы казались бескровными.

— Каждое утро я выношу золу, — заговорила я тихо, будто поверяла ему огромную тайну. — Но смотри, как быстро снег засыпал тропинку. Поможешь мне расчистить её? Я возьму лопату и пойду вперёд, а ты будешь мести следом за мной. Хорошо?

— Хорошо, — ответил он, еле шевельнув губами.

У меня не было рукавиц, но я понадеялась, что не замерзну и без них.

О да! Замерзнуть, расшвыривая снег, было бы трудно, но я тут же больно натерла ладони с непривычки. Ничего, немного можно и потерпеть.

Зато Логан орудовал метлой с таким воодушевлением, что уже обметал мне пятки.

Через четверть часа щеки у него стали красными, как осенние яблочки, и глаза заблестели.

— Передохнем немного, — мне даже не надо было притворяться — ладони горели и были такими же красными, как щеки мальчугана.

— Я не устал, — заверил он меня, шмыгая носом. — Давайте мне лопату, я сам почищу.

— Ну нет, — запротестовала я, посчитав, что такая работа слишком тяжела для мальчика. Даже мне она не доставляла удовольствия. — Я с лопатой — ты с метлой. Чтобы не замерз — можешь пока побегать. Или слепи снеговика — смотри, какой липкий снег.

Это очень больно смотреть на ребенка, который не привык играть.

Я с трудом сдержала слезы, глядя, как Логан неуверенно прислонил метлу к стене дома, потоптался рядом со мной, а потом так же неуверенно, оглядываясь на каждом шагу, пошёл между кустов, засыпанных снегом, явно не зная, что делать. Бросив лопату, я слепила снежок и швырнула Логану в спину — не сильно, просто играя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но эта забава почему-то испугала его. Он вздрогнул и оглянулся резко, как затравленный зверёк, готовый спасаться бегством.

— Ты что? — удивилась я. — Это же игра…

Он показал, что понял, улыбнувшись уголками губ, ещё потоптался на месте побрел дальше — тихонько, будто стесняясь, дергая кусты за нижние ветки, чтобы с них сыпался снег.

Я готова была придушить госпожу Бониту, а заодно и её брата, к которому совсем недавно испытывала чувство благодарности. Какая благодарность, если он видит, что происходит с ребенком, как с ним обращаются, и допускает это?!.

Дверь открылась, и на крыльце появились Черити и близнецы. Признаться, одеты они были не лучше Логана — добротные, но поношенные и заплатанные курточки, явно сшитые на вырост, или доставшиеся от старших детей, на девочках — домотканые платки, какие носят крестьянки.

Остроглазая Черити тут же заметила брата и не преминула заявить своим пронзительным голоском:

— Логан спустился! Ух, ему и влетит.

Логан вздрогнул и метнулся к крыльцу, явно собираясь бежать на чердак, но я остановила его и прижала к себе. Он приник ко мне, и даже через верхнюю одежду я почувствовала, как он дрожит. Да как можно было так запугать ребёнка?!.

— Он помогает мне чистить дорожку, — сказала я Черити, которая смотрела на нас во все глаза. — Это я велела ему спуститься. Логана за это никто не накажет.

— Будто бы, — выпятила девочка нижнюю губу.

Близнецы, стоя за её спиной, с интересом наблюдали за нами, не произнося при этом ни слова. Я заметила, что они сняли рукавицы с правых рук и косились друг на друга, каким-то особым образом скрещивая пальцы, а потом дружно захихикали.

— Они умеют говорить или нет? — спросила я, озадаченно.

Черити оглянулась и презрительно сказала:

— Умеют. Иногда говорят. Когда мастер Берт о чем-нибудь спрашивает.

— Вот как… — пробормотала я.

Что ж, дети не были глухонемыми — и то ладно. Но от этого они не становились менее странными.

— Ладно, мы займёмся дорожкой, — сказала я, ободряюще похлопывая по плечу Логана, жавшегося ко мне. — А ты, Черити, не хочешь к нам присоединиться? Или, может Мертин захотят помочь?

Близнецы прыснули и умчались куда-то за дом, держась за руки, а Черити, оставшись одна, сначала с обидой посмотрела вслед Огастину и Мерси, а потом — раздражённо — на нас.

— Нет, — заявила она, наконец, — я не хочу работать. Мой папа — первый богач в городе. Я не должна работать.

— Ах, вот как, — только и сказала я в ответ на это спесивое высказывание.

— Я буду лепить снеговика, — заявила Черити и соступила с крыльца в снег, который покрывал землю уже на фут.

— Хорошо, а мы тогда немного поработаем, — сказала я, с мысленным стоном берясь за лопату.

В отличие от меня Логан взял метлу чуть ли не с радостью и снова принялся работать с таким рвением, что вскоре начал обметать мне пятки.

А Черити и правда взялась лепить снеговика — пыталась что-то катать, но промочила рукавицы и сердито застыла, стряхивая снег, а потом сунула руки в рукава, пытаясь согреться.

— Тебе помочь? — спросила я словно между делом. — Логан мог бы сделать снежный ком.

— Обойдусь, — девочка демонстративно отвернулась, постояла, а потом опять начала возиться в снегу.

— Помоги ей, — сказала я тихонечко Логану и подмигнула. — Покажи, как надо лепить снеговиков.

Он сомневался, но я забрала у него метлу и подтолкнула к сестре.

Черити взглянула на брата и повернулась к нему спиной.

— Покажи! Покажи! — крикнула я ему громким шепотом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

У Логана получилось гораздо ловчее, чем у сестры, хотя он и был младше. Когда снежный ком стал размером с большую головку сыра, Черити соизволила посмотреть.

— Кати сюда, — велела она Логану, утаптывая снег возле крыльца, — снеговик будет стоять здесь.

Логан послушно подкатил снежный ком туда, куда указала Черити, и принялся за второй.