Кодекс Крови. Книга Х - М. Борзых

Сегодня сяду расписывать сложную сцену, которую все вы ждёте:). В одну главу она явно не поместится, поэтому, скорее всего, будет 1 день пропуска в выкладке, чтобы вы получили удовольствие одним большим куском. С уважением и благодарностью за поддержку, ваш полуподвальный автор.

Глава 8

Артефакт для контроля силы корвусами находился на нижних этажах Цитадели. Из-за разломов они больше всего пострадали. Но сам агрегат остался цел. Почти.

— Это что? — сморщив нос, разглядывала Агафья странный агрегат с обилием мелких трубочек с иголками на конце. Трубки вели к макру, созданному из крови и находящемуся внутри постоянно вращающейся системы с зеркалами, лупами и ещё боги знают какими элементами.

— Модулятор, — пожал я плечами и принялся счищать паутину с поверхности агрегата. Здесь же хватало и листьев с каменной крошкой, попавших сквозь трещины в стенах и полу. Каменная кладка лаборатории заросла мхами и лишайниками. Стоило провести ладонью по их поверхности, как в воздух поднялась туча комаров.

Я сцедил крови в небольшую плошку и оставил для подкормки. Как оказалось, я успел даже соскучиться по комарихам. В очередной раз попробовал призвать своих разведчиц, но не вышло. То ли силы Комаро здесь были слабы, то ли магия Рассвета глушила другие проявления магии.

— На капельницы похоже, — рассматривала Ольга трубки с иголками, — а эта штука модель Солнечной системы напоминает.

— Чего? — вопросительно уставились мы с вампиршей на эмпатку.

— Ну, Солнечной системы. Мы живём на планете Земля, центр нашей системы — звезда по имени Солнце, а вокруг него, кроме Земли, вращаются ещё восемь или семь планет, там учёные никак не определятся, к планетам или астероидам Плутон относить. Здесь так же, центральный макр — это Солнце, а вокруг него по орбитам движутся всякие зеркала, лупы и прочая муть, как-то влияя на силу в макре.

Наши брови с вампиршей отправились в путешествие куда-то на лоб. Мы и половины не поняли из сказанного, но то, что закономерность чётко прослеживалась, уловили. А Ольга тем временем вручную выстроила все части агрегата в одну линию, так, чтобы гипотетическая сила проходила через все зеркала, линзы, лупы и прочее.

— А вот это состояние у нас называлось полным парадом планет. Чрезвычайно редкое явление, чуть ли не раз в две сотни лет случалось. Считалось, что в этот момент происходили всякие переломные для мира события, чуть ли не магия просыпалась.

— Эм-м-м… — я отмер, реагируя на положение частей агрегата. — В такую позицию узлы нельзя выстраивать, это ничего не даст. Часть узлов на уменьшение потока силы работает, часть — на увеличение, часть — на фокусирование, часть — на расфокусирование и так далее.

— Жаль, если бы их сначала сфокусировать, а потом кратно увеличить и лишь после расфокусировать на площадь, можно было бы попробовать мою способность масштабировать и повторить… — она запнулась, подбирая слова, — … повторить былую мощность.

Идея была более чем здравая. А ведь до этого я собирался задействовать кое-что или кое-кого другого, но если объединить силы… То это будет что-то с чем-то. И резню устраивать не придётся.

— Только нам воздействие нужно мирное, — вклинился я, чем заслужил удивлённый взгляд двух магичек. — Что? Если можно усыпить легионы и выкачать из них магию для возврата владельцам, то зачем вырезать почти пятьдесят тысяч человек?

Агафья чуть ли не пальцем у виска крутила, а Ольга напротив взглянула на меня уважительно. Она видела, что я и пальцем не тронул легион Альба, поэтому более адекватно восприняла предложение.

— Я не хочу стать сумасшедшим магом, который уничтожит полсотни тысяч человек ради мести, даже если они сами пришли на порог его дома. Я видел, как Восьмая и Одиннадцатый вырезали целые миры и пантеоны молодых богов. Я не хочу стать таким же. Если есть возможность этого избежать, я попробую.

— Они в долине поместятся, — рассуждала вслух Ольга, вспоминая видения о разрушении Обители. — Но растяну ли я на такую площадь приказ… Вопрос.

— Я постараюсь договориться с помощницей для тебя.

— Вы — сумасшедшие, но здравое звено в ваших словах есть. Попробую разобраться, — вздохнула вампирша. — Ольгу мне оставь для экспериментов, а сам не стой над душой.

Когда я уходил, то слышал, как ворчит Агафья, возмущаясь, что артефакторика — творческий процесс, который требует времени.

Ольга же со свойственным ей спокойствием ответила:

— Либо получится, и выйдет гениальное творение, либо не получится, и придётся устраивать резню. Но лучше бы, чтоб получилось. Отбиваться от дюжины легче, чем от полсотни тысяч разом. Да и хоронить потом накладно.

* * *

Пока магички объединились в решении одной задачи, мне предстояло решить несколько других. И первой из них были переговоры с заточённой душой, прихваченной из дома.

Что ни говори, а Эквадо Тортугас был гениальным в своей отвратительности творцом. Одно из его творений я и прихватил с собой. Для того, чтобы пообщаться с бриллиантом в коллекции Эквадо, пришлось вновь подниматься в Башню. На этот раз на седьмой уровень. Именно там находились лаборатории для знакомства с душами.

Башня была в гораздо лучшем состоянии. Если в Цитадели порядок поддерживался силами самих корвусов, то обитателей Башни было гораздо меньше, потому порядок здесь наводила магия, а именно артефакты аспидов. Здесь не было лишней пылинки или паутинки, воздух благоухал горной свежестью, и даже светильники срабатывали лишь при приближении посетителя.

На меня нахлынула ностальгия. Я обожал Башню за её атмосферу. Казалось, здесь было всё, что душе угодно. Она выполняла любые желания уставших магов. Но этим же чаще всего она и развращала. Это было одно из неявных испытаний, которое многие из вчерашних корвусов не проходили.

Дайте мужчине секс после воздержания, дайте ему вдосталь еды после голода и алкоголя после вынужденной трезвости. Дайте праздности после ежедневного труда и тогда увидите, что большинство захочет купаться в роскоши и наслаждаться достигнутыми результатами, а не ущемлять душу и тело ради дальнейшего развития и возвышения.

Я любил Башню, но пользоваться её дарами нужно было в меру. Благодаря вывертам пространства здесь находилось столько уголков на каждом