Вокруг Света 1993 №05 - Журнал «Вокруг Света»

Пропавший архив

После знакомства с теми работами, которые мне показал профессор Ха Ван Тан, мне еще больше захотелось посетить Национальную библиотеку Вьетнама в Ханое, которой, как я где-то читал, Виктор Голубев подарил перед смертью хранившиеся у него картины Н.К.Рериха и завещал свой архив.

Разыскав Юру Ясносокирского и его жену, я рассказал им о своих проблемах, и Инна стала моей постоянной спутницей — сначала в библиотеке, а затем и в бывшей Французской школе Дальнего Востока. Библиотека располагалась в середине огромного двора, занимающего полквартала в центре города. Двор с одной стороны был ограничен книгохранилищем, с другой — зданием Государственного архива, от улицы его отделял забор с красивыми узорчатыми металлическими воротами в характерном колониальном стиле.

Во дворе стояли каменные лавочки, нагревавшиеся за день, пестрели цветами ухоженные клумбы, росли тенистые деревья. Все располагало к неторопливым раздумьям... В огромном зале библиотеки было довольно прохладно даже в самую жару.

Листая «Бюллетени Французской школы Дальнего Востока», издававшиеся ежегодно с момента ее основания, я обнаружил, что сотрудники откликались на смерть своих коллег обязательным некрологом. Я, конечно, тут же начал искать «Бюллетень» за 1945 год — когда умер сам Голубев. Но тщетно. В более поздних томах о смерти ученого тоже ничего не говорилось. У меня закрались сомнения, действительно ли Голубев умер в Ханое в 1945 году.

Во время первых же посещений библиотеки я познакомился с заместителем ее директора Ха Тху Кук. Она не только показала имеющиеся в библиотеке работы Голубева, но и, к моей огромной радости, подарила мне последнюю книгу Виктора Викторовича, издание которой ему удалось подготовить за несколько месяцев до смерти и в которой он объединил тексты трех выступлений и двух статей под общим названием «Монахи и паломники на земле Азии».

Из расспросов Ха Тху Кук о Викторе Голубеве и судьбе его архива, к сожалению, выяснилось, что в библиотеке ничего, кроме некоторых изданных работ Голубева, нет. Она предложила отвести меня в Государственный архив, который расположен рядом с библиотекой.

Но и там меня ждало разочарование: ничего, относящегося к В.Голубеву, найти не удалось, видимо, все было вывезено во Францию.

Ну что ж. Оставалась еще надежда на бывшую Французскую школу: там теперь находится Институт научной информации по общественным наукам.

Нгуен Тхи Бао Ким, заместитель директора института, оказалась не менее любезной, чем другие мои новые знакомые. Она показала остатки картотеки, по каким-то причинам не вывезенной французами. В картотеке удалось найти не только каталог многих работ Виктора Голубева, но наконец-то и некролог. Он был написан другом В.Голубева и его коллегой-ориенталистом, хранителем Ангкора Генри Маршалом. Этот некролог и стал путеводной нитью для моих дальнейших поисков. В небольшом предисловии к некрологу Голубев назван «великим Французом, который испытывал к этой стране и ее народу только любовь и преданность».

А знакомство с фотоархивом, хотя и небольшим, но великолепной сохранности, позволило найти несколько фотографий В.Голубева. На одной из них — он в окружении своих коллег по Школе.

Семья

«У Надворного Советника Виктора Федоровича Голубева и законной жены его Анны Петровны, обоих православных и первобрачных, сын Виктор родился тридцатого января (по новому стилю 12 февраля.— В.Р.), а крещен двадцать третьего марта тысяча восемьсот семьдесят восьмого года». Так записано под номером восьмидесятым в метрической книге С.-Петербургского Казанского собора за 1878 год, как свидетельствует документ, представленный при поступлении будущего ориенталиста в столичный университет. Виктор был самым младшим в семье: сестра Мария родилась в„ 1873 году, брат Лев — в 1875-м. Сам отец Виктора родился в семье нижегородского дворянина.

В 1903 году в возрасте 62 лет Виктор Федорович умер и был похоронен в своей родной Пархомовке. Дети построили церковь-усыпальницу, пригласив для разработки ее проекта архитектора В.А.Покровского. В 1906 году большой заказ по росписи к тому времени церкви по просьбе Виктора Голубева взял на себя его университетский друг Николай Константинович Рерих, к тому времени уже известный художник. Однако Рериху удалось сделать только эскизы мозаик и росписей интерьера, которые он и передал Виктору Голубеву. Где теперь эти 12 картонов — неизвестно.

Особо надо сказать о старшем брате Виктора Федоровича, дяде будущего ученого-ориенталиста.

В 1900 году в Омске Западно-Сибирским Отделом Императорского Русского Географического общества был выпущен биографический очерк «Александр Федорович Голубев». Он начинался словами: «Имя Александра Федоровича Голубева, мало знакомое современному русскому обществу, занимает выдающееся место в ряду имен первых ученых путешественников и исследователей Средней Азии...»

Век Александра Федоровича был очень скоротечен: он умер в возрасте 34 лет, подорвав здоровье в экспедициях. Поездка в Италию на лечение его не спасла, и он скончался от чахотки 28 февраля 1866 года в Сорренто. Там его и похоронили.

1859 год стал годом первой экспедиции капитана А.Ф.Голубева, во время которой он провел важные астрономические наблюдения в Заилийском крае и Семиречье, в районах озера Иссык-Куль и Кульджинской провинции Западного Китая. Именно здесь и было подорвано его здоровье...

В 1862 году А.Ф.Голубев вновь отправляется в Среднюю Азию, в район озера Алакуль, с целью установить границы между Западным Китаем и Россией. Но вновь резко обостряется болезнь...

Учеба

Но вернемся к молодым годам будущего ориенталиста.

«Имею честь покорнейше просить Ваше Превосходительство разрешить сыну моему Виктору Викторовичу Голубеву, окончившему полный курс реального училища, слушание лекций в С.-Петербургском Императорском Университете по факультету естественно-математических наук».

Виктор Голубев, поступив в С.-Петербургский Императорский университет по факультету естественно-математических наук, посещает лекции известных профессоров. Но пока ничто не говорит о его увлечении Востоком. Впечатление такое, что молодой человек целенаправленно готовит себя к сельскохозяйственной работе. Проучившись так четыре курса, Виктор Голубев, уже губернский секретарь, в 1900 году пишет следующее прошение: «Прослушав, на положении постороннего слушателя, лекции на Естественном отделении физико-математического факультета в течение 8 полугодий (с 1896 года) и отправляясь в настоящее время за границу, в Гейдельберг и другие университетские города, для дальнейших занятий и предполагаемой защиты диссертации на степень доктора философии, я имею честь покорнейше просить Ваше Превосходительство о выдаче мне удостоверения в том, что я в течение 4 лет слушал лекции на физико-математическом факультете».

Так Голубев оказывается в Германии и поступает в старейший Гейдельбергский университет. Время, проведенное в этой средневековой резиденции князей Рейн-Пфальца на реке Неккар, дало знания не менее капитальные, чем в столице на Неве. В 1904 году он заканчивает и этот университет, получив за свою диссертацию о немецких переводах французского писателя XVIII века Мариво звание доктора филологии, специализирующегося в изучении искусства и археологии.

Обширные знания, свободное владение английским, итальянским, немецким и французским языками давали Голубеву возможность чувствовать себя как дома во многих странах, где он вел поиск художественных редкостей или занимался археологическими изысканиями. Не случайно современники Виктора Голубева сравнивали его с гуманистами эпохи Возрождения.

Жизнь в Париже

По окончании Гейдельбергского университета двадцатишестилетний Виктор Голубев с молодой женой и маленьким сыном отправляются в Париж, где обосновываются довольно прочно. Здесь у него много друзей. С этим эрудитом и светским человеком искали знакомства завсегдатаи различных художественных и литературных салонов, представители научных и политических кругов.

Работа в Лувре и Британском музее дала ему возможность удовлетворить интерес к культуре эпохи Раннего Возрождения — венецианскому кватроченто и опубликовать в Брюсселе обширную работу о рисунках Якопо Беллини, главы целой семьи итальянских живописцев венецианской школы. Эта публикация, кстати, свела его с замечательным издателем Жераром ван Оэстом; в дальнейшем судьба связала их настолько тесно, что Голубеву довелось писать и некролог на смерть друга.

В Париже Голубев организует путешествие в Турцию и Египет. А в 1910 году вместе с писателем Шарлем Мюллером и другими друзьями Виктор Голубев отправляется в археологическую экспедицию в Индию, где изучает главным образом монастырский комплекс Аджанты. По возвращении оттуда на следующий год ученый привез с собой, как сам он пишет, «более 1500 фотографических клише, 300 из которых были сделаны в пещерах Аджанты, живопись которых тогда была известна только по посредственным копиям Джона Гриффитса. К этим фотографиям прибавилась часть древней китайской живописи, приобретенная у антикваров Дели». Через несколько лет, в 1918 году, парижское издательство «Фламарион» выпустило книгу, написанную Шарлем Мюллером, Виктором Голубевым, Абелем Германтом и другими участниками этой поездки,— «Путешествие в Индию».