Неожиданный наследник 2 (СИ) - Яманов Александр

Успокоив себя такой мыслью, я даже улыбнулся, чем сразу вызвал подозрение принцессы. Ничего, мы ещё посмотрим, кто кого перевоспитает.

— Учёт очень важен, Иоганн, — продолжила супруга, — Поэтому завтра необходимо перевезти все подарки в наш дворец. А ещё я хотела обсудить с вами ближайшие перспективы. Вам пора прекращать жить, будто отшельник. Мы должны посещать приёмы и балы. И нам не мешает самим устроить званый вечер, пригласив гостей. Немного позже я решу, кого мы позовём.

Это не мелочность, а скорее бережливость представительницы не самой богатой фамилии Германии. А касаемо выбора гостей, мне уже не смешно. Тут к нам подошли очередные дворяне с поздравлениями, и супруга перевела внимание на них. Я же не могу понять, почему всё это надо обсуждать именно сегодня? О чём и спросил, когда парочка гостей откланялась.

— Может, мы обсудим столь важные вопросы позже? Сегодня такой знаменательный день, и я не вижу смысла говорить о чём-то другом.

Каролина сначала заподозрила иронию, что на самом деле, правда, но затем улыбнулась, признав мою правоту.

— Вы правы. У нас ещё будет много времени. Если честно, то я устала и хочу есть. Но боюсь, что нам придётся провести здесь ещё часа два.

Впервые за сегодня немка стала похожа на обычную девушку, испытывающую обычные чувства. Я этим особо не проникся, но мне стало её немного жалко. Ведь она ещё и боится, хотя умело это скрывает. Сжимаю её руку и получаю удивлённый взгляд. Затем меня одаривают благодарной улыбкой. В любом случае мне придётся как-то с ней жить. Почему не попробовать установить дружеские отношения? Развязать войну можно в любой момент.

— Вас ждут, — произнесла служанка, которых сейчас во дворце немало.

Иду вслед за девушкой по тёмной анфиладе, едва освещаемой двумя свечами, одна из которых расположена возле нужной двери. Захожу в комнату, где гораздо светлее. А ещё здесь жарковато из-за печи, которую затопили по требованию Каролины. При этом на улице достаточно тепло. Таким образом, мы на дровах разоримся, едва сдерживаю смешок. Ведь я тоже взволнован. Всё-таки первая брачная ночь!

Супруга замерла на краю кровати, натянув лёгкое одеяло чуть ли не до глаз. Но ведь продолжение рода — это наша обязанность. Ради этого всё и задумано. Поэтому в сторону сомнения. Сбрасываю халат и ложусь рядом. Если честно, то, кроме неожиданно проснувшейся похоти, я не испытываю к немке никакого влечения.

Дотрагиваюсь до сжавшегося тела и неожиданно осознаю, что начинаю возбуждаться. Это предательство по отношению к Анне, но уже не могу остановиться. Преодолеваю лёгкое сопротивление молчащей Каролины, и задираю её ночную рубаху. Задерживаюсь на небольшой груди до тех пор, пока не затвердеют соски, и опускаюсь ниже. Дыхание супруги участилось, но она крепко сжала ноги. Под её всхлип дотрагиваюсь до лона и начинаю нежно его поглаживать.

Далее стягиваю с жены мешавшую рубаху и тянусь к её губам. Поцелуй вышел какой-то скомканный, ещё и неумелый со стороны жены. Но ничего, дело уже пошло. Возвращаюсь к грудям и постепенно перемещаюсь на горячее тело. Во второй раз Каролина уже не сжимала ноги, наоборот, медленно их раздвинула. Провожу ещё раз рукой по влажному лону и вхожу в него под тихий вскрик.

Всё закончилось достаточно быстро. Чего-то я перевозбудился или тело соскучилось по женской ласке. Хотя не думаю, что мы оба получили какое-то незабываемое наслаждение, особенно Каролина. Она продолжала молчать, выдавая своё присутствие учащённым дыханием. Думаю, на сегодня хватит, сажусь на кровати и начинаю искать халат. Свет двух свечей, стоящих на трюмо, почти не доходит до нашей части спальни.

— Останьтесь, — тихий голос нарушает молчание, — Не хочу сегодня ночевать одна. И вообще, супругам положено спать вместе, мы ведь не настолько старые и уставшие друг от друга.

Что это? Попытка пошутить и одновременно шаг к сближению? Я совершенно её не понимаю. Но и не обращать внимания на просьбу — лучший способ получить обиженную жену, если не врага.

— Надо позвать служанку, чтобы сменила бельё, — поворачиваюсь к Каролине и беру её за руку, — И я полностью одобряю ваши мысли. Раз уж мы поженились, то нечего прятаться по своим покоям.

Лёгкое пожатие показало, что, возможно, мы найдём с женой общий язык. Только меня не покидало ощущение, что это скорее временное перемирие, чем заключение союза.

Следующий месяц пролетел почти незаметно. Надо заметить, что первую неделю после венчания мы почти не вылезали из кровати. И причиной были отнюдь не проснувшиеся во мне чувства. Немка оказалась на удивление чувственной и страстной особой.

На следующее утро после первой брачной ночи я сразу убежал на занятия с испанцем. А за завтраком подвергся самому настоящему натиску. Каролина вроде невзначай, но решила полностью перекроить моё расписание. По её мнению, ближайшие три дня я обойдусь без учителей, да и других посетителей лучше отвадить. Попытку отменить уроки фехтования я пресёк на корню, но с остальным предпочёл согласиться. И чтобы жена больше не спорила, а сразу потащил её в спальню, где мы занялись более приятным делом. Оно так понравилось принцессе, что меня просто заездили.

Отдохнуть удалось только в Шушарах, куда Каролина отказалась ехать, сославшись на более важные дела.

С тех пор мы после завтрака мы занимались домом, далее гуляли, а перед обедом, скажем так, предавались быстрому разврату. Затем у меня шли занятия. Супруга тоже не бездельничала, занимаясь каждый день изучением русского языка, обычаев и законов страны. Уроки проводил Бакмейстер и пожилая дама из остзейских немцев.

После ужина у нас была очередная прогулка, далее чтение и обсуждение литературы, а затем сон. Вернее, часа два мы не могли уснуть, ибо занимались вполне понятным делом.

Если учитывать, что супруга ненавязчиво пыталась повлиять на мой выбор одежды, то в нашей жизни царила полная благодать. Благо с едой не возникло никаких сложностей, и меня не заставляли есть всякие паштеты. Каролина действительно оказалась бережливой особой и не требовала десятка перемены блюд. Просто застолья стали более изысканными и длились дольше.

Я же начала уставать. Тяжело жить по такому распорядку. Ведь через неделю после свадьбы мы начали посещать приёмы и балы. После которых ложились спать позже, что не отменяло постельных утех.

Никто не против совместных ночей, но всё хорошо в меру. Или Каролина думала таким способом привязать меня к себе? Не встреть я Анну, то может, у жены бы получилось. Только наша физическая близость не подкреплена никакими чувствами. Поэтому я не против ночных проделок, но есть и другие дела.

Если прибавить к моему распорядку утренние занятия с испанцем, то через две недели я основательно вымотался. Нет, тело ещё справлялось, а вот мозг требовал разнообразия. Пока спасали перерывы на поездку в Шушары. Но там тоже становилось неспокойно, так как шла подготовка к первому появлению Лизы в свете. Меня замучили сотнями вопросов, а ещё приходилось постоянно успокаивать испуганную сестрёнку. Хорошо, что Фёдора Орлова отправили по какому-то делу в Ригу, и он пока не досаждал нашей семье. Вернее, сестрёнка расстроилась, но в усадьбе невозможно долго грустить. А ещё отец провёл с ней беседу, убедив не спешить в подобных делах.

Неожиданно появился человек, о котором я уже начал забывать. Вернее, события последних недель немного притупили мою тоску и жажду мести. Только я ни о чём не забыл. Тут вдруг Пафнутий встретил меня после утренних занятий. Обычно умываться мне помогал слуга, а не камердинер. Значит, есть какой-то важный повод. Я оказался прав, и со мной хочет встретиться некий господин, желающий сохранить инкогнито. Понятно, что речь о Шешковском.

Забавно, но разговор с камердинером имел своё продолжение. Я уже и начал обдумывать предстоящую встречу, как Пафнутий рухнул на колени, изрядно меня удивив.