Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

Айриэ сочувствующе хмыкнула, чтобы поддержать разговор. Хотя в общем и целом была согласна. Вот то-то и оно, управлять своими землями герцог Файханас умел превосходно. Не выбери он такой неприглядный способ избавиться от короля Кайнира и не увеличь тем самым нестабильность магической оболочки мира, Орден, скорее всего, не стал бы вмешиваться. Цинично, но практично. Просто потому, что драконьих магов ничтожно мало, на всех не хватит, а Айриэннис и вовсе тут одна такая… Однако Запретная магия — то, что без внимания не оставишь, слишком большую опасность она несёт для всего Акротоса. Маги, способные использовать эти грязные заклинания, к счастью для этого мира, рождались редко, даже не каждое столетие. Но любого чёрного мага необходимо было выследить и уничтожить как можно скорее.

Усмехнувшись смущённо, мельник продолжил:

— Я тогда уже несколько лет как вдовел, но хозяйку новую в дом брать не хотел. А Зари, думал, служанкой будет, потом замуж за кого-нибудь пристроим. Я-то стар для неё слишком… а она, вишь, меня выбрала. Да не ради денег, она и тогда от моих подарков отнекивалась, и сейчас обновок с побрякушками не просит. Так как-то оно у нас само сладилось, Зари — она же как котёнок ласковый, доверчивый. Ей не золото с серебром ценно, а доброе отношение. За то и полюбила, говорит… Детям моим если не матерью, так сестрой старшей стала, они в ней души не чают. Повезло нам с ней, мэора, она ж как солнышко в дом наш вошла.

Айриэ кивнула, а мельник, спохватившись, извинился:

— Совсем заболтал я вас, мэора, а ведь вы, наверно уж, не мои россказни послушать пришли. Простите, что докучаю. У вас какое-то дело ко мне, мэора?

— Да не то чтобы дело, спросить хотела, брай мельник, а не замечали вы в последнее время ничего необычного? Слышали, что на ферме брая Нарваса случилось?

— Был я с утра в лавке, так там об этом лишь и треплются. И каждый своё рассказывает, а толком-то никто ничего не знает. Но вы-то, мэора, лучше всех знать должны…

Айриэ коротко рассказала о случившемся и добавила:

— Та тварь, что Бакаса похитила, ушла под воду, а вынырнула, судя по магическому следу, где-то возле вашей мельницы. Вот я и хочу спросить, не видели вы ничего… странного?

Мельник насупился и снова почесал нос, на сей раз чуть ли не с ожесточением.

— Вы, мэора, уж не меня ли, часом, подозреваете, что я эту тварь прикормил, да на людей спускаю?

— Да богини с вами, брай, и в мыслях не было! — замахала руками магесса.

— А-а, — чуть подобрел мельник, — а то я уж подумал… У людей же, сами знаете, про мельников всегда куча баек припасена. И с нечистой-то силой мы знаемся, и колдовские дела всякие на мельницах творятся… тьфу!

— Брай, а знаете, сколько баек про магов рассказывают, ещё почище тех, что про мельницы сочиняют? — усмехнулась Айриэ. — И ничего, живём как-то. Если все глупости, что люди от нечего делать придумывают, близко к сердцу принимать, так и жить некогда будет!

— Ваша правда, мэора. Пусть их болтают, — хохотнул мельник. — Ну а касаемо вашего вопроса, так не видел я ничего странного. Но если уж, как вы говорите, нечисть начала среди бела дня шастать, злые времена настают.

— Нечисть я выслежу и уничтожу, но ещё больше хочется побеседовать с её хозяином, — прищурилась магесса. — Знать бы ещё, кто он… Вы как, брай, не знаете случайно, кто в Кайдарахе может магией баловаться? Ничего такого не слышали?

— Разве что про меня брешут, я уж говорил, — криво улыбнулся мельник. — А так не слышал, мэора. Знахарка у нас, так она сроду людям вредить не думала, всю жизнь только добро от неё и видели. Лечит она больных травками, да слабенькими заговорами, вот и всё колдовство. Ну а про мэора Мирниаса сами знаете, наверно.

— Ну и как он вам? — с любопытством спросила магесса.

— Ну как… — неопределённо покряхтел мельник, трогая нос. — Он у нас, конечно, всего год живёт, но видно, что человек вроде неплохой. Молодой ещё, так это пройдёт. Не сказать, чтоб он сильно усердствовал в работе, но магические штуки заряжает, они исправно работают, а чего ещё от мага надо? А про то, чтоб он каким чёрным колдовством баловался, так я не слышал, да и кто другой — навряд ли.

— А что прежний маг, который герцогам служил?

— Магистр Стейриг? Так он умер, года три уж как. Но маг был хороший, сильный, только вот перед деревенскими немного нос задирал, не на всякую работу соглашался. Как же, сам из благородных, да ещё герцог наш его чуть не за родню свою держал, оно и понятно. Раньше-то, в молодости, мэор Стейриг, говорят, немало всякой нечисти истребил — на севере Дилиании, в болотном краю порезвился. А у нас тут, богини миловали, спокойно было до сих пор. Мэор Стейриг герцогам долго служил, лет десять. А потом завёлся какой-то упырь в старом герцогском склепе — опасный, говорят, особенно если б ему в силу войти дали. Мэор упыря того убил, раньше чем люди пострадали, но и сам жизнь геройски положил. Про упыря-то и узнали потом только, когда маг погиб, а его светлость мэора Стейрига героем объявил.

Мельник помолчал и помялся, словно размышляя, рассказывать дальше или нет. Магесса его не торопила, рассчитывая, что так мужчина быстрее решится.

— Так, мэора, вроде всё гладко да складно выходит. Да только служила в замке племянница моей покойной жены, кухарке помогала. И вот сказывала девка матери своей, будто нечисто в замке что-то. В подвалах древних под замком, куда слугам хода нет, вой иногда раздаётся по ночам, а то и крики нечеловеческие… Оно, конечно, может, это всё девка придумала, или просто со страху померещилось чего, в коридорах-то тёмных. Ну или подшутил кто, из озорства.

— Всё может быть.

— Ну да, мэора. Только слышал я те рассказы, и сдаётся мне, девка верила в то, что говорила. А ещё, всё там одно к одному, мэор Стейриг часто запирался где-то в тех подвалах. Говорили, мол, своими колдунскими опытами занимается, чтоб, значит, лучше герцогу служить и защищать замок в случае нужды. Мастерство, дескать, повышал.

— И что, он сам монстров создавал, чтобы потом уничтожать… для тренировки? — невинно осведомилась магесса.

— Да нет, мэора, о таком никто не болтал, — неохотно признал мельник. — У нас раньше нечисть по Кайдараху днём не бегала. Вот в давние времена, да, было дело, если сказки не врут, а потом повывели, редко какие твари страшные появляются. Да только знаете что, мэора, ведь если так подумать, то вроде неоткуда тому упырю в склепе завестись было. Ладно б, умер кто недавно, да не просто, а дурной смертью, тогда да. А так всё тихо-мирно было, мы ж о том упыре вообще задним числом узнали. Он никого не убил, никого не порвал… собаки какие разве бродячие пропадали, так кто ж их считает? Откуда же мэор Стейриг о нечисти узнал? Заранее, что ли, угадал? Так после смотритель кладбищенский, который заодно и за герцогским склепом фамильным приглядывает, говорил, что ничего, мол, не видал и не слыхал. Ни на кладбище, ни в самом склепе. Кому и знать, как не ему.