Один в поле не воин - Сергей Тармашев

– Может, ты и прав, – здоровяк неопределенно пожал плечами. – Просто я всегда представлял себе справедливость совсем по-другому… но так никогда своими глазами и не видел. – Он безнадежно махнул рукой: – Ладно, твоя взяла. Что надо делать?

– В первую очередь доставить его в Москву, – Рентген кивнул на Ферзя. – Пока он не повредился мозгами. И сделать это необходимо втайне от Белова. Раз с момента событий прошло два года, мне лучше не устанавливать связь с Москвой прежде, чем я там окажусь. Слишком неясен текущий расклад сил на политической арене. Времени до возвращения к Салмацкому самостоятельности остается всё меньше. Вы можете оперативно доставить нас в аэропорт?

– Та ещё задача, – Медведь посмотрел на Раса: – Что скажешь?

– До Приемного Пункта может дойти любой, это не проблема, – молодой сталкер задумчиво потер подбородок. – Оттуда на Большую Землю ходят автобусы двух типов: для Нормальных и для Зависимых. Перед входом и выходом из автобусов проводится проверка документов, там нужно сразу сообщить о Зависимости, если она есть, и назвать место и цель поездки. Всё контролируют сотрудники ФСБ, в автобусе всегда находится вооруженный патруль, и по прибытии на место тебя передают с рук на руки встречающим лицам, которые будут тебя всюду сопровождать, даже в сортире. Так что этот вариант отпадает. – Рас насупил брови, размышляя. – Можно закосить под Нормальных, но это тоже вряд ли: нужны левые документы и отметка о трудоустройстве, это долго. А ещё все нормальные, которые на Нейтралке работают, друг друга в лицо знают, хотя их ФСБ тоже проверяет. Короче, это тоже не для нас. Остается нелегальное пересечение Нейтралки. Замутить такое раньше можно было относительно несложно, были бы деньги, но теперь все Болта ищут в мыле днем и ночью… Народ нервный стал. Мне после всего могут и не поверить, поймают и посадят в зиндан. Нужно выход мутить через кого-то, кто к нам отношения не имеет. И так, чтобы без грима, сейчас всех за усы-бороду дергают, и в каждый рюкзак залазят, вдруг там волшебный пень спрятан.

– Кошель отпадает, – заявил Кварц. – Он ведет двойную игру, это однозначно. Остальные контакты использовались нами втёмную, никто не знает, что мы из ОСОП. Со всеми ними я встречался в гриме, с сильно измененной внешностью. Нужен другой вариант.

– А давайте Непров попросим, – предложил Медведь. – Которым мы обезьянку лечили. Они же оставляли координаты, где их искать, предлагали помощь, в случае чего. Дадим им ещё лекарств или в чем там они нуждаются, я не знаю… заодно и выясним. Они хоть и скрываются от всех, но воду, еду, и прочее где-то берут. Наверняка без контрабанды не обошлось.

– Тогда нужно прямо сейчас выходить, – Айболит достал из кармана блокнот и принялся листать исписанные странички: – Туда по Зеленой Зоне ехать часов шесть, и ещё столько же пешком идти придется. Я с вами пойду. Осмотрю ребенка и пострадавшего, нужно подробно зафиксировать результаты воздействия препаратов.

– В таком случае, предлагаю собираться, – немедленно заявил Рентген. – Времени у нас мало.

– А давайте на машине Болта доедем! – глаза Раса возбужденно сверкали. – Напрямик, через Жёлтую! За три часа доберемся! Болт, можешь нас довезти?

– Не знаю… – вопрос поставил сталкера в тупик. – Надо посмотреть… Я ведь всё время по дороге ехал, которая из машины видна. Понятия не имею, откуда она взялась, но проселок идет по прямой. Ровно от той норы инопланетянской до вашей Базы. Сворачивать не требовалось. Надо подумать… – Он машинально коснулся груди в том месте, где под одеждой висел оберег, и на мгновение умолк. – Оберег говорит – доедем. Так что сначала я в душ. Уж больно он у вас хорош! Особенно после горячей кашки!

Народ засмеялся, и серьёзная тишина делового собрания сменилась веселым многоголосым говором. Кто-то собрался идти за чистыми полотенцами для гостей; кто-то предлагал подыскать для них на складе одежду, чтобы было в чем ходить, пока отстирается от крови их собственная, потому что выходить из Ареала в заляпанной кровавыми пятнами одежде не самое разумное решение; и Бэмби уже направлялась к выходу, подготавливать стиральную машину.

– Скажите, Рентген, как вы планируете добираться до Москвы? – вопрос профессора Николаевой почти потонул во всеобщем шуме. – В аэропортах пассажиров проверяют на предмет Полтергейста, остальные виды транспорта идут довольно долго. Зуд не помешает вашим планам?

– Что, прошу прощения, помешает? – обернулся контрразведчик. – Я вас не понял.

На камбузе мгновенно воцарилась тишина, и Медведь перевел взгляд на Болта:

– Валера, ты, что, не рассказал им про Зуд? – здоровяк мгновение смотрел на растерянного сталкера, после чего философски изрёк: – Забыл, да? Конечно, забыл. У тебя же его нет.

– Что такое Зуд? – Лаванда скользила взглядом по хмурым лицам. – Что-то дерматологическое? Новая болезнь, возникшая в Ареале? Как она передаётся? Насколько это опасно?

– Ерунда, – невесело улыбнулся Водяной. – Пока ты не вышел из Ареала. А вот потом… – Он поморщился от воспоминаний об ощущениях, рассказать о которых могут более тридцати тысяч человек, и обернулся к санинструктору: – Айболит, рассказывайте вы. Вы всё-таки врач…

Собрание завершилось спустя десять минут. Рентген, узнав подробности, заявил, что ему необходимо время на размышление, и угрюмые люди разошлись по своим делам. Медведь объявил на Базе по случаю появления гостей банный день, чтобы не дать всеобщему настроению упасть ещё ниже, и взялся за решение задачи о перераспределении жилой площади. С момента появления Бэмби, на Базе не осталось свободных комнат, и нужно понять, где и как поселить вновь прибывших. Здоровяк вооружился рулеткой и принялся бродить по коридорам, проводя замеры.

– Планируешь завоз крупногабаритной мебели? – со стороны душевых шел Туман с банным полотенцем в руках, и попутно стараясь вытряхнуть попавшую в ухо воду.

– Угу, – прогудел здоровяк. – Боюсь, двуспальная кровать не пролезет в ваш с Лавандой президентский люкс. Вот ищу, где стену сносить. Вы вдвоем жить планируете, или с Дикобразом?

– Тогда уж с Осьминогом, – коротко усмехнулся Берёзов. – Когда стало ясно, что мы сидим внутри инопланетного корабля в режиме компрессии времени, она очень переживала о своём Осьминоге, что остался в её лаборатории. Жалела, что не выпустила его на свободу в своё время.

– Ничего, он теперь в надежных руках, – Медведь невесело ухмыльнулся. – О нём теперь генерал Воронцов заботится. Так что можешь её успокоить, Осьминога в обиду не дадут.

– Генерал Воронцов? Наш МЧСник? – нахмурился Туман. – Которого Белов приказал уничтожить в ЛП-32 вместе со спасательным отрядом? Он стал Бродягой?