Остров любви - Кэт Мартин

Корабль скрипел и покачивался на волнах, поначалу это успокаивало Глори. Но после чтения в душной каюте она почувствовала себя нехорошо. Ей во что бы то ни стало нужно было подышать свежим воздухом, пока не сделалось еще хуже. Выйдя из каюты, девушка направилась к трапу в кормовой части корабля, надеясь найти там кого-нибудь из указанных сопровождающих. Соленый морской воздух помог прийти в себя.

Внимательно осмотрев палубу, Глори не обнаружила ни одного из трех мужчин. Уверенная в том, что кто-то из них скоро появится, она подошла к борту.

– Какая роскошная малышка, – раздалось у нее за спиной. Хриплый голос принадлежал почти такому же, как Николас, высокому мужчине с мощным торсом и густыми рыжими волосами. Глори улыбнулась.

– Вы не видели, случайно, мистера Пинтассла или капитана?

Незнакомец, казалось, не слышал ее. Взгляд мужчины был прикован к груди девушки, и она почувствовала, что от столь откровенного разглядывания покраснела.

– Я спросила, не видели ли вы мистера Пинтассла.

– Я слышал, что вы спросили, ангелочек. Меня зовут Джаго. Джаго Додд. А вас?

– Мне действительно нужно срочно найти мистера Пинтассла, – тревожно сказала Глори.

Его нисколько не удивило то, что девушка Уклонилась от ответа на вопрос. Моряк не ожидал, что такая леди вообще будет разговаривать с ним. Он удивился, что эта женщина не развернулась и не убежала. Со шрамом через всю щеку, с трехдневной щетиной, Джаго Додд не производил впечатления джентльмена.

– Меня зовут Глория Саммерфилд, – сказала девушка, протягивая руку. – Я из Чарлстона.

За всю жизнь Джаго Додд никогда еще так не удивлялся. Некрасивое лицо мужчины расплылось в широкой улыбке, и он еще раз, уже более миролюбиво взглянул на элегантно одетую женщину. Ему никогда не приходилось разговаривать с настоящей леди, но незнакомка не побоялась и полностью разоружила этим. Теперь Джаго хотелось стать защитником и помощником доверчивой молодой женщины, которая по-доброму улыбалась, глядя в его обезображенное шрамом лицо.

– Я помогу вам найти его, – сказал он, прекрасно понимая, что не должен оставлять работу. Но следующий матрос, которому улыбнется эта девушка, может оказаться и негодяем.

Они направились на нос корабля. Проходя мимо матросов, Джаго Додд посматривал по сторонам. Суровое выражение его лица отбивало охоту всех желающих отпустить соленую шутку вслед девушке. На носу корабля они обнаружили капитана, а не его старшего помощника. Взгляд Николаса был красноречивее всех слов. Джаго подвел Глори к капитану и неохотно вернулся на свой пост.

– Вы, кажется, обещали не выходить на палубу одна, – резко сказал Николас.

– Мне стало нехорошо, и я хотела выйти на палубу подышать свежим воздухом, надеясь найти одного из вас троих.

Николас продолжал хмуриться, глядя вслед Джаго Додду. Из всех мужчин, с которыми можно было встретиться на палубе, Джаго представлял наибольшую опасность. Неужели эта женщина не понимает, что на уме у таких мужчин? Он выругался про себя и пожалел, что проявил мягкость перед отплытием.

– Сейчас я занят. Идемте, поищем Джошуа. – Николас взял девушку за руку и отвел к Джошуа, с радостью вызвавшегося составить ей компанию и погулять по палубе. Николас нахмурился и с недовольным видом ушел.

Глори и Джошуа быстро нашли общий язык.

– Мне нравится быть предоставленной самой себе, – призналась девушка, впервые с момента бегства вспоминая о доме. – Я и представить не могла, что свобода так чудесна, и уже почти совсем не хочу возвращаться домой.

– Мне знакомо это чувство, – отозвался Джошуа, – эта одна из причин, по которой я отказался работать вместе с отцом. По крайней мере, не сейчас. Хочу побыть самостоятельным, хоть на какое-то время, это поможет узнать, что мне нужно на самом деле.

– Да, – согласилась с ним Глори. – Сейчас, когда отец умер, в нашем поместье все стало совсем по-другому. Чего-то не хватает. Раньше я об этом не задумывалась.

– Я почти не знал вашего отца, но о мистере Саммерфилде много говорил капитан, восхищаясь им.

– Да. – Глори отвернулась. Садилось солнце, окрашивая небо в багряные тона.

– Скоро стемнеет, – сказала девушка, не желая говорить на тему, от которой ей всегда делалось грустно. – Думаю, мне пора возвращаться в каюту. – Они направились в сторону кормы, к трапу, и столкнулись с Натаном.

– Извините меня, мистер Пинтассл, я на минуточку отойду к… моему слуге.

– Конечно.

Убедившись, что поблизости нет никого, кто мог бы их услышать, Глори оттолкнула Натана в сторону.

– Все в порядке? Они хорошо к тебе относятся?

Натан улыбнулся, и его ослепительно белые зубы сверкнули на фоне темного лица.

– Да, мисс Глори. Все просто замечательно. Меня накормили соленой свининой и овсяной кашей. Это, конечно, не ветчина из Виргинии, но все же.

Глори невольно улыбнулась.

– Не слишком-то увлекайся, хорошо?

– Да, мисс Глори.

Оглянувшись, девушка резко ткнула брата в бок.

– Брось свои идиотские штучки.

– Нет, правда, Глори, у меня все в порядке. Сплю я с членами экипажа. – Он бросил взгляд на палубу, туда, где ожидал Глори красивый светловолосый старший помощник. – Еще одна победа?

– Мистер Пинтассл – просто очень хороший человек.

– Я уверен в этом, и по выражению его лица могу предположить, что он уже присоединился к толпе твоих воздыхателей.

Глори недоверчиво посмотрела на брата.

– Натан, клянусь тебе, ты с каждым днем все больше напоминаешь папу.

Услышав это, молодой человек улыбнулся, и Глори показалось, что он даже невольно расправил плечи.

– Я и так уже заставила себя ждать. Увидимся завтра.

– Да, мисс Глори.

Укоризненно покачав головой, девушка вернулась к старшему помощнику, проводившему ее до каюты. Теперь, увидев Натана, Глори чувствовала себя гораздо увереннее. Похоже, с ним и в самом деле не могло случиться ничего плохого. Пока он сыт и не страдает от дурного обращения, его положение выгодно отличается от недавней жизни в поместье Саммерфилд. Глори спрашивала себя, как отреагировала мать на их бегство. Конечно, она рассердилась, пришла в ярость. Еще неизвестно, что с ней, Глори, будет по возвращении. Но главное сейчас было отвезти Натана в Нью-Йорк, все остальные проблемы казались не такими уж и значительными. Девушка была уверена, что мать поймет: уехав с плантации, Натан навсегда исчез из ее жизни.

Как только стемнело, Николас зашел за Глори, чтобы сопровождать на ужин. Девушка приятно удивилась, увидев на нем темно-серый фрак и строгие синие брюки. Серьги в ухе капитана уже не было. Глори подумала, что Блэкуэлл снял это пиратское украшение только потому, что на борту судна пребывала она.