Последний из рода (СИ) - "ANSandDL"

Я медленно и неспеша приходила в сознание. Как ни странно, очень реалистичные ощущения боли пропали, осталась только всепоглощающая пустота. Открыв глаза, которые сразу закрыла, ведь вокруг было слишком ярко. Но тут до меня дошло, что скорее всего я просто слишком долго провела с закрытыми глазами, поэтому спустя пару секунд попыталась их снова открыть. Я оказалась права, ведь на этот раз боль и неприятные ощущения отсутствовали. Осмотревшись, увидела спящего в кресле-качалке отца, скорее всего он не отходил от моей кровати.

Мне хотелось сильно пить, поэтому потянувшись за стаканом, нечаянно задела что-то и это что-то громко звякнуло, конечно же разбудив уставшего отца. Тот сразу же встрепенулся, посмотрел на меня, а потом начались расспросы.

— Дочь, что произошло? Тебя кто-то отравил? Ударил? Ты только скажи, я порву этих уродов на части! — закончив свой спич, папа обратил вопросительный взгляд на меня.

— Занятие по французскому подошло к концу, после чего репетитор вышел из кабинета. Всё было хорошо, пока в один момент в моём теле появилась дикая усталость, как будто я пробежала огромное расстояние, а потом появилась боль. Сначала она была небольшой и терпимой, но спустя мгновение меня просто парализовало от страха, ужаса и от смертельной боли. Вот только на мне не было никаких ран, вообще. Потом появился ужас от глупой и такой страшной смерти. После чего замелькала чьи-то лица, я точно помню твоё обеспокоенное лицо. А затем наступила темнота, ужасная боль ушла, и я провалилась в беспамятство. — я старалась отвечать максимально честно, не утаивая от обеспокоенного отца, вообще ничего.

— Как же ты сейчас себя чувствуешь? Только говори правду, если что сразу вылечим! — отец выглядел настырным, но его можно было понять, ведь его дочь ни с того ни с сего почувствовала себя плохо, и кричала от боли. Он ничего не понимал, и это его пугало.

— В данный момент боль полностью отсутствует, как будто её и не было, но в груди какая-то пустота, как будто исчезла очень важная частичка меня. Папа, что это такое было? — на княжну было грустно смотреть, сейчас из-под маски аристократки выглядывал напуганный ребёнок, который хотел понять, что вообще произошло.

— Если бы я мог знать, дочь. Ни один из врачей так ничего и не нашёл, все они говорили, что ты в полном порядке. Каждый из них недоумевал, из-за произошедшего с тобой. Ты помнишь у нас завтра ужин с князем Воронцовым? Ты сможешь поприсутствовать на этом мероприятии? Я уверен, если ты не сможешь, он не обидится. Он один из ближайших соратников, поэтому он воспримет такой поступок без всякой обиды. — отец был неестественно бледен. Он боялся происходящего, ему к некому было обратиться за помощью, но также он должен был вести себя так, как подобает аристократу, и не забывать про свои обязанности и договорённости.

— Папа, успокойся! Со мной всё хорошо! Боли больше нет, они исчезли, как будто из и не было. Я просто чувствую усталость, поэтому проблемы с ужином не будет. Я спокойно смогу просидеть эти пару часов в присутствии твоего друга. Это ведь все, кто будут присутствовать? Или будет кто-то ещё? — я говорила чистую правду, ведь чувствовала всего лишь усталость и зияющую пустоту после пережитых событий. Это даже было слегка странно, но кроме этих ощущений не было ничего другого.

— Хорошо, хоть одной проблемой меньше. С твоим странным состоянием и вчерашними событиями мы разберемся, будь уверенна. А пока я покину тебя, всё-таки дела рода не ждут. А копятся, пока я с ними не разберусь. Поэтому ты уж прости меня, но дела не ждут. — после этих слов я осталось в своей комнате одна.

Попив воды, за которой изначально и потянулась, я легла обратно в кровать и попыталась поспать. Но ничего не получилось, в голову лезет разные мысли о том, что со мной что-то не так. Повторятся ли такие приступы? Насколько они будут сильны? Смогу ли я их вообще пережить?

Вот так мечась от одной плохой мысли к другой более ужасной, я и уснула. Даже сама не заметила, как пришло спокойствие и тишина, как мысли ушли куда-то на задний план, и как ободряющий сон поглотил меня.

Вечером следующего дня, одна из столовых особняка Рюриковичей была украшена максимально дорого и изысканно. Приличных размеров зал был приведен в своё лучшее состояние за последние десять лет. Мебель была расставлена максимально гармонично и уютно. Декор, такой как несколько картин и растений, был не многочисленным, но приятно радовал глаз.

Если бы кто-нибудь спросил князя, всегда ли тут так красиво, то ответ конечно был бы положительным. И только самым доверенным лицам он бы рассказал, какое количество сил было вложено в это помещение, сколько денег было потрачено, и сколько нервов потратил он сам, контролируя весь процесс.

Про меня отец не забывал, он постоянно появлялся в моей комнате, проверяя моё состояние и не стало ли мне хуже. Его страхи были мне понятны, поэтому я не злилась из-за его настырности. И вот спустя целый день папиных нервов и стресса, мы сидели за столом в этом самом помещении.

Мой отец, князь Рюрикович, сидел во главе стола, я же находилась сбоку от него. Отец был одет в строгую тройку синего цвета, а меня одели в синее платье. В другом конце стола расположился князь Воронцов, которого многие мои знакомые характеризовали строгим и жёстким мужчиной, но со мной он почему-то был добр и обходителен, как будто не хотел или боялся обидеть резким любым выражением. По бокам от него сидели два его сына, представительные мужчины лет тридцати и очень похожие на своего отца. Темноволосые, кареглазые, смуглые и жилистые, они двигались бесшумно, все их движения были выверены, как будто у машин, сразу было видно могучих воинов. Одеты все трое были в костюмы тройки черного цвета, которые очень неплохо смотрелись на княжеской семье.

За столом шел разговор ни о чём, а именно обсуждались последние сплетни, события, непристойное поведение некоторых аристократов империи. В основном разговор поддерживали князья, мне же и княжичам оставалось только слушать разговор, пытаясь вычленить интересную информацию.

Внезапно раздался мерзкий треск стекла, а после одно из огромных окон в помещение просто разлетелось на десятки осколков. В столовую залетело магическое нечто белого цвета, напоминающее письмо. Объект пролетел круг почета над всеми гостями, а потом завис перед моим лицом. Дальнейшие события были похожи на фантастические, ведь такой магией не пользовались долгие столетия. Письмо заговорило голосом какого-то мужчины, хотя нет, скорее голосом юноши.

— Привет, Ангел. Оказалось, мы с тобой связаны, а я вспомнил это только сейчас, в такой хреновый момент. Если бы не вспомнил, то ты бы скорее всего умерла вместе со мной. Да, ты всё правильно поняла, я уже на сто процентов мёртв. Как же это произошло? Почему последний представитель рода умирает, где-то посреди ледяной пустыни? Почему тот, кому было уготовано величие, оказался слабаком? Куча вопросов, а ответов на них нет. Мой отец ошибся, я оказался недостоин фамилии Романов. Из-за череды случайностей я оказался в одиночестве в Сибири, из-за невезения именно за мной погналась сначала одна стая, которую я успешно уничтожил, потратив при этом весь свой источник. А потом не прошло и суток, как за мной неслась стая монстров в разы больше, чем первая. Так мало было этого, насколько я смог понять, к стае во время погони присоединялись одиночки и группы поменьше. Спустя десять часов погони, я больше не мог бежать, пришлось принять бой, против меня вышло не менее десяти тысяч монстров. Они были намного более сообразительными, намного более опасными, чем в первой стае. Я уничтожил их всех, каждого превратил в прах, но превысил свои возможностей, поэтому моё тело медленно, но уверенно умирает. По ощущениям мне осталось буквально два или три часа. Удивительным оказалось другое, в момент сражения я вспомнил последний кусочек воспоминаний, у меня в голове сложился весь паззл. Был бы он у меня с самого начала, то скорее всего я был бы жив, ведь сейчас я прекрасно понимаю, что от меня хотели избавиться, именно поэтому меня послали учиться к отшельникам. Отец доверился не тем людям, они только навредили мне. А что же было в последнем паззле? Оказалось мой папа в тайне от всех связал мою жизнь и твою, если бы умер я, то умерла бы и ты. Всё это было сделано для твоей же безопасности. Ведь всё могло сложиться намного хуже, я мог не поехать в Новгород, а попытаться самому во всём разобраться. Из-за этого, возможно, я стал бы максимально враждебным по отношению к аристократам империи. Я мог возненавидеть вас всех и попытаться уничтожить, и при попытке убить тебя, я бы не смог этого сделать. Но это всё мои соображения и теории. Именно из-за нашей связи скорее всего недавно тебе было ужасно плохо, а теперь у тебя в груди зияет дыра, просто пусто, как будто чего-то не хватает, чего-то важного. Мне хватило сил, чтобы разорвать нашу связь, именно это стало причиной боли и твоим спасением. Надеюсь, у тебя всё сложится намного лучше, чем у меня. Удачи тебе, Александра Рюрикович! Прощай…