Земля! Визит родственников - Олег Геннадиевич Белоус

из его изножья контейнер с носимым аварийным запасом, откинул крышку. Автомат? Пожалуй, короткоствол сейчас будет лучше, да и привычнее. Еще через миг в руке угрожающе блеснул пистолет ПЛ-15, в другой – фонарик. Стоит ли его включать? Да черт с ним, чего бояться? Если пришелец до сих пор не прореагировал на его посадку, то есть надежда, что не прореагирует и дальше.

– Жди, инопланетянин, я иду в гости! – произнес шепотом.

Узкий луч выхватил из мрака желтовато-белую дорожку, немного не доходящую до аппарата пришельцев. Сотня шагов по звонко и загадочно хрустящему снегу – и уже можно коснуться рукой корпуса. Свет фонаря уперся в черную матовую поверхность, суматошно запрыгал по ней. Явно не стальная или алюминиевая, а скорее керамическая. С некоторой опаской приблизил ладонь к корпусу – вдруг он под напряжением или каким-либо защитным полем?

Дотронулся пальцем. Ничего не произошло. Корпус был гладкий и ледяной.

…Лезть было легко, выступы на корпусе через полметра, словно специально приспособленные для ног и рук похожего на человека существа, позволяли ботинку входить на глубину ранта. Несколько ударов сердца, и он оказался наверху. В последний раз подтянувшись, перебросил ногу через край крыши. Встал на колени и, вновь включив фонарик, взял в другую руку пистолет. Узкий луч света выхватил из тьмы примерно посредине корпуса непрозрачный купол, с фонарем наверху, периодически озарявшим красными вспышками все вокруг. Через широкие трещины в куполе не виделся, а скорее угадывался неясный силуэт. Гулко и нетерпеливо застучало в голове, выдавая волнение.

Он направил в сторону пришельца пистолет и десяток секунд выжидал, но вражеский пилот, если это был пилот, не шевелился.

Несколько минут ощупывал купол и узкую полоску корпуса вокруг него в поисках замка. Инженерная логика, которая, как он надеялся, была одинакова для любых миров, подсказывала, что кабина пилота должна открываться как изнутри, так и снаружи.

Ему повезло. Под пальцами едва слышно хрустнуло, появилась щель между корпусом и куполом, медленно, словно нехотя, купол поднялся почти вертикально.

На пилотском кресле перед десятком мертвых, но вполне узнаваемых дисплеев и приборов непонятного назначения сидела вполне человекообразная фигура. Две ноги, две руки, одет в некое подобие белого, плотно обтягивающего тело комбинезона, голова закрыта глухим черным шлемом. Ранений не видно, но это ничего не значило – пришелец при падении мог вдребезги разбить и внутренние органы, и позвоночник, конечно, при условии, что он у него есть. «Так вот ты какой, инопланетный захватчик… Да я войду во все учебники истории как первый настоящий контактер!»

Краем сознания отметил, что рука с пистолетом не дрожит, но сердце стучит так же громко, как колотит в ворота замка гонец со срочной вестью в сумке.

С некоторой опаской притронулся стволом к шлему пилота. Никакой реакции. Подумал с досадой: наверное, мертв. Ни раскаяния, ни сожаления по убитому пришельцу он не испытывал. Туда ему и дорога! Кровь за кровь, смерть за смерть!

Попробую снять шлем, хоть посмотрю, какие они, инопланетяне.

Сергей присел на гладкую поверхность корабля пришельцев, положил пистолет в карман, взял фонарик в руки. Свет бликовал от черной поверхности шлема. Свободной рукой принялся осторожно ощупывать его основание.

Сам удар он едва заметил, а тем более не успел парировать. С виду несильный толчок в грудь опрокинул на спину… Покатившись по гулкому корпусу, Сергей больно ударился локтем и едва остановился на самом краю.

В ушах еще гремел звонкий крик то ли «Кайя» то ли «Айя», с которым ударил пришелец, когда, пылая яростью, вскочил на ноги. До соседа-спецназовца ему, конечно, было далеко, но готовясь к военной службе, два года ходил в секцию самбо. На противоположном краю мелькнула гибкая фигура в белом комбезе, с ходу полезла вниз.

Вскочил.

– Стой, пришибу гада! – яростно рявкнул, на миг забыв, что инопланетянин не понимает по-русски, и ринулся следом, рука полезла в карман за пистолетом.

Только когда подбежал к краю и заглянул вниз, понял, что пистолета в кармане нет. На миг в растерянности замер, в груди суматошно билось сердце. Видимо, выронил оружие, когда кувыркался по корпусу корабля. Пришелец, плотно прижимаясь к отвесной поверхности, ловко, словно паук, лез вниз и успел спуститься не меньше чем на метр – ни рукой, ни ногой не достанешь. Что делать? Искать пистолет, скорее всего валяющийся в снегу с другой стороны корабля? За это время инопланетянин сбежит, и не факт, что для него сибирский мороз не все равно, что для людей комфортные двадцать градусов тепла. Ищи его потом – свищи. Еще через миг весь подобрался. Хотя сердце все еще продолжало биться учащенно и неровно, но от недавней беспомощной растерянности не осталось и следа. «Сам прозевал, сам и поймаю!» – подумал, испепеляя беглеца пронизывающим взглядом и еле сдерживая готовое прорваться наружу холодное, ледяное бешенство. Повернувшись спиной, стремительно спустился.

Спрыгнул в неглубокий сугроб и помчался изо всех сил за оторвавшимся метров на двадцать чужаком. Морозный полярный воздух забил в горло бешеной волной. Тяжелое дыхание почти заглушало звуки шагов.

Бежать было трудно, с каждым шагом он глубоко зарывался в снег, но помогла еще не забытая курсантская выучка.

То ли условия Земли не подходили пришельцу, то ли давала себя знать жесткая посадка, но через пару минут человек бежал в трех метрах позади. На бегу пришелец оглянулся, и Сергей едва не прозевал удар. Тело инопланетянина молниеносно взлетело вверх, словно подброшенное мощной пружиной, одновременно разворачиваясь к человеку лицом, а нога по круговой траектории ударила в голову.

К чему-то похожему Сергей был готов и поднырнул под удар, а когда его прыгучий соперник приземлился в снег, но еще не успел обрести устойчивость, изо всех сил ударил по-боксерски круговым ударом по шлему, вложив в него все силы.

Костяшки пальцев обожгло, несмотря на перчатку.

Изломанной куклой, в которой, казалось, не было ни одной целой косточки и мышцы, пришельца бросило вниз. Он остался недвижно лежать на снегу.

Сергей позволил рукам расслабленно повиснуть. «Это тебе не прыгать козлом». Презрительная улыбка скользнула по губам. Подхватил пришельца под мышки – оставить его без наблюдения он не рисковал, потащил неожиданно легкое, не больше пятидесяти килограммов, тело к своему пилотскому креслу. Волочащиеся по снегу ноги пленника оставляли в тундре длинную борозду, с легкостью заносимую ветром с Ледовитого океана. Недавно испытанный страх, собственная готовность умереть остались позади. Сергей уже не воспринимал врага несколько абстрактно, как это было до гибели товарища. Вот он, и ему хотелось отомстить врагу. Отомстить за пережитый страх, за мысли