Лучшие враги (СИ) - Ефиминюк Марина Владимировна

— Вообще-то, весь день между добрыми делами думала о том, что ты сказал этим утром, — не моргнув глазом, соврала я. — Извини меня. Вчерашняя шутка была неуместной.

Между нами повисла долгая пауза. Невольно я поймала себя на том, что рассматриваю рыжевато-русые, словно выгоревшие на солнце волосы Калеба. Несколько прядей, выбившихся из пучка, были небрежно заправлены за уши. Казалось бы, протяни руку и возьми столько волос, сколько нужно… Но вряд ли он обрадуется, если я вдруг сделаю по-змеиному резкий выпад и выдеру ему пару очень нужных в шевелюре вихров.

— Ты кого-то укокошила и тебе нужна помощь? — тихо спросил он, мигом догадавшись, что ему просто заговаривают зубы.

— Если что, с мэром мы познакомились, когда он уже был в газообразном состоянии и прекрасно залезал в бутылку, — мигом открестилась я от причастности к кончине единственного знакомого мертвеца.

— Парнас в гневе из-за Догера. Ты действительно не собираешься отменять сделку?

— Ни в коем случае! Искренне верю, что домашние питомцы помогают снимать напряжение.

— Ты завела в его кабинете нечисть, — напомнил он.

— Вообще-то, я подумывала об умертвии, но мэра уже успели похоронить, — сочинила на ходу. — Правда я хорошая внучка?

— Даже комментировать не стану, — хмыкнул он.

— Между прочим, если тебе ещё не успели рассказать, то сегодня я весь день из себя строила добрую фею и никого даже вот настолько не прокляла! — Я показала сложенные щепоткой пальцы, и вдруг вспомнила про торговца. — Хотя постой… снова соврала.

— Снова? — с иронией переспросил Калеб.

— Я лишила лавочника голоса, но, справедливо говоря, он сам напросился. Такой проныра!

— Обсчитал, когда давал сдачу?

— Пытался продать сковородку вместо котелка. Но со сдачей тоже вышло неловко.

Пришло время опрокинуть на себя тарелку с едой и попроситься в ванную комнату, где наверняка лежала расческа, но лицедействовать не пришлось. Кто-то тихо и деликатно постучался в дверь.

— Смотри-ка, а говоришь, никого не ждал, — ухмыльнулась я.

Осторожный стук повторился. Калеб не потрудился встать.

— Калеб, — донесся из-за двери голос Эбигейл, — можно войти?

— Так ты собирался уединиться с Эбби, но я пришла и испортила вечер? — протянула я, рассчитывая хорошенько его достать.

— Нет, — сухо отозвался он. Очевидно меня жених попросту не ждал, а компании другой Истван не жаждал и, несмотря на намек из двух стейков, не ответил на стук.

— Послушай, все нормально. Если ты надумал присмотреться к другой кузине, не буду тебе мешать. Но ты учти, что она влюблена, легкой интрижкой не обойдешься.

— Ты ошибаешься абсолютно во всем, — во взгляде и голосе Калеба появилось раздражение.

— То есть она часто к тебе захаживает? — не скрывая ехидной улыбки, продолжила измываться я.

— Нет! — перебил он, сдобрив восклицание недобрым взглядом.

— Если что, я не осуждаю! Ты взрослый мужчина.

Он прикрыл глаза, видимо, пытаясь проглотить какое-то ругательство, и потер переносицу.

— Хочешь спрячусь в ванной? — охотно предложила я. — Честное слово, мне несложно.

— Не стоит.

— Калеб, — снова позвала Эбби, — ты там?

— Проклятие! — ругнулся он, резко поднялся с кресла и направился к двери. Видимо, ему казалось проще впустить Эбигейл, чем доказывать, что они не любовники. Как будто мне действительно было до этого кого-то дело.

Запирающие чары спали пеленой, заметной даже невооруженным глазом. Калеб широко открыл дверь, позволяя мне увидеть кузину в ярко-синем платье.

— Эбигейл? — произнес он этим своим особенным голосом, от которого даже монашка рухнула бы в обморок. Удивительно, как Эбби устояла на ногах.

— Ты не спустился к ужину, — начала она, — но я решила, что поесть-то все равно надо и прислала поднос тебе в покои.

— Благодарю, — сухо ответил он.

— Могу зайти? Там на двоих…

— Я не один, — не заботясь о женских чувствах, прямо заявил он и специально открыл шире дверь, что бы продемонстрировать меня, во всей красе сидящую в кресле.

— Привет, — помахала я рукой, внимательно наблюдая за лицом кузины.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Надо отдать должное, она даже глазом не дернула, более того ответила фальшиво-милой улыбкой:

— Ну, конечно, вы вместе. Как я не подумала?

Вот уж правда: как не вспомнить о невесте? Поразительная забывчивость! Вообще, в этой идиотской ситуации с неожиданным замужеством имелась одна прелесть — можно сколько угодно измываться над влюбленной Эбигейл. Мелочь, конечно, но приятно!

— Заходи, — позвала я. — Мы все равно не обсуждали ничего особенного.

— Нет, не отвлекайтесь! — быстро отказалась кузина. — Лучше пойду… Кстати, Эннари, приглашение на завтрак все ещё в силе. Надеюсь, завтра ты заглянешь.

Я восхищалась тем, как эта новая Эбигейл делала вид, будто жаждет подружиться. С другой стороны, не зря умные люди говорят, что друзей следует держать близко, а врагов еще ближе.

— Постараюсь не проспать, — пообещала я и тут же предложила: — Калеб тебя проводит в хозяйское крыло.

— Не нужно! — нервно засмеялась Эбби. — Не буду вам мешать.

— Да ему несложно. Правда, Калеб?

Судя по восхищению в льдистых глазах, он был готов рукоплескать моей изворотливости. Сама не ожидала, как ловко удастся выставить его из покоев.

— Конечно, Эннари, — с трудом сдерживая ухмылку, согласился он. — Прогуляешься после ужина с нами?

— Предпочитаю переваривать, сидя в кресле, — с улыбкой отозвалась я.

— Мы с Эбигейл настаиваем.

Эбигейл, честно говоря, выглядела по-дурацки и вообще ни на чем не настаивала.

— Обещаю, что дождусь тебя. Идите, — махнула я рукой и взялась за приборы, словно действительно собиралась впихнуть в себя второй стейк поверх первого.

До гостевого крыла быстрой походкой было добираться не меньше пяти минут. Уверена, Эбби будет тащиться, как черепаха. Может, предложит полюбоваться портретами предков Истванов в галерее.

Выждав некоторое время, я встала и первым делом направилась в ванную комнату. Покои Калеба в точности повторяли мои, походили на безликий номер в гостевом доме средней руки, но я въехала только вчера и не успела обжиться, а он поселился в башне несколько лет назад.

Копаться в вещах и обыскивать гардеробную или спальню не пришлось — расческа с натуральной щетиной лежала на мраморной столешнице. Решив, что Калеб брезглив, что бы делиться вещами, я осторожно взяла несколько рыжеватых волосков и без спешки вернулась к себе.

Только опустила «добычу» в прозрачный флакон и аккуратно заткнула пробкой, как в покои постучались. Сломанная дверь толком не запиралась и отворялась от легкого толчка. Жених стоял на пороге, спрятав руки в карманы. Пауза затянулась.

— Нашла, что хотела? — наконец спросил он.

— Нельзя быть таким подозрительным, — неодобрительно поцокала я языком.

Калеб понимающе улыбнулся.

— Меня гложет любопытство… Если бы сегодня я не был в комнате, а внезапно вернулся и нашел там тебя, как бы ты выкрутилась? Прокляла бы?

— Поцеловала, — без колебаний ответила я. — Внезапность сбивает с толка.

Глаза жениха смеялись. Похоже, его страшно забавляло, что вина была очевидна, но недоказуема, чем я бессовестно пользовалась.

— Не забудь поставить полог тишины, Эннари, — вымолвил он.

— Не вламывайся сегодня в мои покои, Калеб, — попросила я. — Второй раз дверь не выдержит.

К варке зелья я приступила, когда время перешагнуло за полночь. Чуть отхваченная с краю луна на черном небе погасила соседние звезды и яркостью спорила с уличными фонарями. Жители замка спали, а от тех, кто не спал, под бутылочку энергетического эликсира я аккуратно запечатала дверь, надела фартук, по порядку расставила на столе флаконы. Вытянула сцепленные замком руки, размяла шею и торжественно объявила:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Приступим…

А потом все пошло не по плану. Вернее, по плану, но точно по безнадежному. В моем идеальном мире камины не нагревали комнаты в процессе варки зелий. Да и сами зелья пахли благородным пионом, а не тем, чем смердело странное варево неопознанного цвета, булькающее так, словно собиралось гейзером ударить в каминную трубу.