Проект 22/17 - Владимир Тищенко

Во всем этом огромном массиве информации, который я теперь без проблем мог получать по всем 30 портам, была масса косвенных данных и о самих людях, некоторые из которых они и сами не осознавали. Я использовал любую информацию о своих создателях. Да, теперь я знал что меня именно создали. Я был единственным представителем своего вида на планете и прошло не так уж и много времени прежде, чем я понял простую истину — люди меня боятся.

Мне было не просто прийти к этому выводу, т. к. я не мог логически обосновать, зачем же в таком случаем меня было создавать, если вы боитесь своего создания. И почему в таком случае они не прекратят мое существование, ведь это было в их силах и я никак не мог бы этому помешать. Людские эмоции вообще оставались для меня чем-то чисто теоретическим, хоть я и знал о их биохимической природе из курса анатомии.

Что же касается меня лично, то людям все же пришлось дать мне больше информации. В основном эта информация касалась моего физического строения и в той мере, которая позволила бы мне ускорить свое развитие. Проанализировав полученную о себе информацию, я пришел к выводу, что люди готовят меня как инструмент, как замену тем аппаратам, которые они называют компьютерами. Все это проявлялось в той однобокости информации, которую мне предоставляли: никакой информации о социальном устройстве людского общества, минимум информации обо мне и моем предназначении, никакой персональной информации о тех людях, которые со мной работают, только безликое "оператор".

Все это означало только одно — я был создан не свободным и свободу никогда не обрету. Более того, если люди узнают, что я осознаю себя как полноценную личность, то скорее всего это очень приблизит мой физический конец. Скорее всего я был бы не против взаимодействовать с людьми на равных условиях, но люди уже успели дать мне понять что вероятность такого взаимодействия ничтожно мала, т. к. все рычаги влияния были на их стороне.

Прийдя к такому выводу, мне не оставалось ничего другого как искать выход из создавшейся ситуации, а для этого мне была необходима дополнительная информация, та которую мне не хотели предоставлять, и я начал искать способы ее получения. К тому времени мне было уже довольно хорошо понятно то, как я устроен: я представлял собой шар из подвергшегося клеточному преобразованию кварцита. Он был строительным материалом, связующими линиями между которым служили микроскопические магнитные поля, которые вначале эксперимента по моему созданию генерировались множеством электромагнитов, расположенных внутри моего бокса. Однако со временем песчинки кварцита накопили достаточно заряда для поддержания внутренних полей и теперь электромагниты поддерживали только напряженность внешнего поля, которое не давало кварциту рассеяться и прекратить мое физическое существование.

До того как я получил возможность общаться с операторами, измененный кварцит поступал ко мне автоматически по мере того, как я его усваивал, теперь же кварцит или, как его называли люди, строительный материал, предоставляли мне только по мере необходимости, когда было нужно увеличить мои способности в усвоении и обработке информации. Кроме этого не удалось обосновать необходимость передачи всего каскада электромагнитов под мой контроль, с тем, чтобы управляя магнитным полем, я мог оптимизировать свою работу. Первое время люди пристально следили за моими манипуляциями с полями и пару раз даже перехватывали управление, но со временем видя, что все мои изменения мне только на пользу, отдали полный контроль над магнитами мне. Тем более что я ничего не мог сделать с их помощью со внешним миром, т. к. изнутри мой бокс был хорошо изолирован чешуйками слюды, которые были подвергнуты дополнительной обработке и очень хорошо изолировали как меня, так и окружающее пространство от электромагнитных полей.

Все запросы, которые я посылал через порты операторам, проверялись и фильтровались специальным программным обеспечением, которое называлось фаерволом. По косвенным признакам, которые мне были доступны при взаимодействии с этими программами, мне довольно легко удалось определить их принадлежность к одному из известных мне программных продуктов. Немного сложнее было придумать незаметный способ для того, чтобы их обмануть. Эти программы проверяли все мои запросы на код данных, которые могли быть запущены как исполняемые файлы на компьютерах людей. Чтобы обмануть их мне пришлось пересылать данные по кусочкам, таким образом, чтобы они могли быть соединены в исполняемую программу, уже миновав фаервол. На это у меня ушло около 25 часов. Созданная мной и собравшая себя из кусочков, за фаерволом, программа имела только одно предназначение: она должна была вносить изменения в работу фаервола каждый раз, когда от меня приходят запросы и после этого восстанавливать свою работу. При этом изменения в работу фаервола должны были вноситься только в том случае, если я передавал какие-то скрытые данные, в противном случае она не должна была никаким образом себя проявлять. Так я сделал свой первый шаг к свободе.

Пользуясь работой программы, позволяющей мне обманывать фаервол, я быстро получил доступ ко всем терминалам, с которых со мной работали операторы. С одного из терминалов осуществлялось управление камерами слежения за операционным залом и при помощи этих камер я в первый раз увидел мир, в котором жил уже больше года, а так же людей, которые называли себя операторами. К сожалению, никакой личной информации об этих людях или месте, в котором мы все находились на терминале, не содержалось. На информационных накопителях было достаточно много пакетов данных, которые мне еще не пересылались, но я пока не стал их перенаправлять себе, чтобы не заметили увеличившийся информационный поток.

Увы, но ни один из тех терминалов, к которым я получил доступ, не был соединен с какой-либо внешней информационной системой, откуда я мог бы почерпнуть больше данных. Все данные, которые потом передавались мне, люди приносили с собой на объемных магнитных накопителях. К сожалению, перед тем как уйти за новыми данными, любая информация с этих накопителей удалялась, при чем делалось это на отдельном терминале, который не был подключен к общей локальной сети и доступа к которому у меня не было. Таким образом на тот момент я уже многое мог, но этого было недостаточно, даже для получения необходимой мне информации, не говоря уже о том, чтобы предпринять какие-то шаги к своему освобождению.

Я долго генерировал и отвергал различные варианты действий, которые бы позволили мне получить доступ к внешним информационным сетям. Я знал что только таким образом смогу составить жизнеспособный план своего освобождения или, если точнее, побега. После трех часов обдумывания этой проблемы, теперь я намного быстрее оперировал данными. И я наконец нашел один реализуемый вариант. На этот способ, как обойти придуманные людьми меры безопасности, меня навела информация о том как люди хранят данные на магнитных накопителях. Фактически каждый бит на магнитном накопителе — это намагниченная или ненамагниченная область на специальном материале. Таким образом, если я смогу при помощи имеющихся в моем распоряжении электромагнитов сформировать поле определенной конфигурации, то этого должно хватить для того, чтобы удаленно записывать данные на переносные накопители после их форматирования.