Где цветет омела - Триша Дэвид

— Ты сам забрался сюда, — возразила Бетти. — Сам и выбирайся.

— Ты ведь не хотела этого говорить?

— Хотела. — Бетти гордо выпрямилась — настолько гордо, насколько позволяло предательски затягивающее болото.

— Попавшие в западню девицы обычно помогают, — жаловался Келл. — Во всех книжках написано.

Губы Бетти дрогнули, но она покачала головой, изо всех сил стараясь сохранять строгое лицо — и не дать голосу дрожать от переполнявших ее чувств.

— Ты вспоминаешь ту историю, где герой взывал: «Рапунзель, Рапунзель, подай мне свою косу»? — смогла проговорить Бетти. — Ты знаешь ее, Колокольчик? — спросила она, оглянувшись, и снова повернулась к Келлу. — Каждый раз, когда я слышу эту историю, я не говорю: «Как романтично!» Я думаю: «Ух ты! Эта история прямо про меня». Так что, мистер Халлам, тебе стоит поискать другую девицу в западне.

— Я не рассчитываю использовать вместо веревки твою косу. Она слишком красива. Я лишь прошу протянуть мне руку, дражайшая Бетти, чтобы я мог выбраться на берег и унести двух моих дам в безопасное место. — Увидев, как Бетти непоколебимо сложила на груди руки, он переключился на племянницу: — Ну, если Бетти не хочет вытаскивать меня из воды, может, ты поможешь мне, Колокольчик?

— Ни за что, Келл! — нахмурилась встревоженная Бетти. — Кати ни за что не подойдет близко к воде. — Она крепко взяла ребенка за руку.

— Но ты не помогаешь мне, Бетти, — грустно проговорил Келл. Лишь его голова возвышалась над поверхностью воды — с парой озорных, блестящих глаз.

— Нет. И Кати не будет.

— Ты позволишь мне утонуть?

— Ага! — Эти проклятые смеющиеся глаза творили с ней что-то несусветное.

— Кати, и ты позволишь своему дяде Келлу остаться здесь навсегда, чтобы его заживо съели лягушки и речные тритоны? — грустно вопрошал Келл. — Ты не поступишь так со своим дядей Келлом, правда, Колокольчик?

— Келл, даже не смей просить Кати о помощи. — Бетти покосилась на девочку и увидела, что ту раздирают сомнения. — Это нечестно, Келл Халлам.

— Кати могла бы спасти меня.

— Она не может…

— Конечно, я помогу ему, — вызвалась Кати и сделала шаг вперед.

Бетти решительно потянула ее назад.

— Кати, не подходи к воде.

— Но, Бетти, если ты не позволяешь мне спасать моего дядю Келла, тогда спасай сама, — встревоженно проговорила Кати. — Там правда очень, очень глубоко. Он утонет.

— Только не он!

— Бетти, Кати беспокоится обо мне, — вкрадчиво проговорил Келл. — Если ты не позволяешь моей племяннице протянуть мне руку помощи, то ничего не остается, как предоставить прекрасной девице самой заниматься своим спасением. А я бы спас тебя, как обещал.

— Не думаю, что девицы должны были предоплачивать собственное спасение, — желчно проговорила Бетти и снова посмотрела на обеспокоенное личико Кати. Почва уходила из-под ее ног — в прямом и переносном смысле. Наконец она осторожно шагнула вперед. — Кати, не смей сходить с этого места. А ты, Келл Халлам… это просто шантаж.

— Но я преуспел в нем, не так ли? — ухмыльнулся Келл. — Не нужно смотреть с таким отвращением, дорогая. Мои намерения совершенно невинны.

— Я начинаю сомневаться, были ли у тебя когда-нибудь в жизни невинные намерения, — с горечью проговорила Бетти — и тут воспоминания о прошлой ночи обрушились на нее с такой силой, что она споткнулась. Краска залила ее лицо.

— Давай, давай, — подбадривал Келл, словно не замечая ее колебаний. — Я уже устал бороться с течением.

— Ну, а я уже устала от этой липкой грязи.

— Иди, Бетти, — торопила Кати. — Торопись, пока он не утонул.

— Он — водяная крыса, — строго проговорила Бетти. — Водяные крысы не тонут. — Но она сделала два более решительных шага и достигла твердого участка.

У самого края воды берег слегка поднимался, образуя небольшую дамбу, на которой могли выжить лишь самые упорные водные растения. Позади Бетти просочившаяся речная вода создала топкое болото, но здесь можно было хотя бы поставить ногу на твердую почву. Здесь Бетти была в безопасности. В безопасности — но по уши в грязи. И перед лицом Келла Халлама.

— Ты должна только протянуть руку, — подбадривал Келл. Его голова была в полутора футах от ее ног. — Просто присядь и протяни руку.

— Не знаю, не знаю, Келл Халлам. Я не доверяю тебе, — бормотала Бетти. Да и кто поверит этим озорным глазам, насмешливо поглядывающим на нее?

— Ну что я тебе сделаю?

— Измочишь меня.

— Разве?

— Да.

— Ах, какая ты недоверчивая! — Келл улыбнулся самой вкрадчивой и предательской улыбкой. — Дражайшая Бетти, просто присядь и подай руку, и я вознагражу тебя сторицей.

— Чем?

— Тем, что тебе действительно не помешает. — Келл решительно вытянул руку. — Хватит болтать. Спасай, пока я не утонул.

— Кто угодно утонет раньше… — все еще спорила Бетти, но присела и протянула руку — и в ту же секунду сильный рывок утащил ее в воду.

Через десять секунд Бетти вынырнула на поверхность, извергая негодующие возгласы и хватая ртом воздух. Келл заставил ее плюхнуться плашмя, и она ушла под воду, но коснулась илистого дна на глубине полутора футов.

Келл плавал на такой же мели. Неудивительно, что он так уверенно звал Кати на помощь! Должно быть, под мостом, где он нырнул, достаточно глубоко, но здесь так мелко, что потребовалось немалое мастерство, чтобы ввести своих спасателей в заблуждение.

Бетти открыла рот, чтобы высказать свое негодование, хлебнула речной воды и попыталась снова.

— Ах ты, жаба! — Слова вылились в одно негодующее бульканье.

Она едва не задохнулась, когда поняла, какую шутку сыграли с ней, и в слепой ярости сложила руки лодочкой и окатила Халлама фонтаном брызг. Потом, для полноты ощущений, перевернулась на спину и заколотила ногами, создавая настоящий водопад. Целую минуту не было видно ничего, кроме брызг… пока негодование Бетти не иссякло и она не улеглась на мелководье в воинственном молчании.

Келл выглядел невозмутимым, словно не было никаких фонтанов. Однако, когда поток прекратился, он провел рукой по слипшимся волосам и проговорил с неподдельной грустью:

— Ах, Бетти, ты меня намочила…

Это было уже слишком. Бетти, едва не задохнувшись, прыснула, подавила смех и расхохоталась снова. Сочные звуки ее смеха наполнили утренний воздух.

— Ты… ты… ты невыносим, Келл Халлам! Ты гадкий и подлый обманщик, и тебе должно быть стыдно!

— Почему мне должно быть стыдно? — невинным голосом спросил Келл. — Я старался ради твоей пользы.

— Какая же мне польза? — Бетти встала на колени на мелководье. Ее каштановые кудри рассыпались по плечам мокрыми завитками, а майка облепила хрупкую фигуру. Стоило бы надеть лифчик, внезапно запаниковала она, оглядев себя.