В поисках потерянного разума, или Антимиф-2 - С Кара-Мурза

В истории России (начиная с Московской Руси) было два периода, когда наше государство можно было по праву назвать солидарным: времена действия системы «государева тягла и службы» и «сталинский социализм». Один из крупнейших историков России В.О. Ключевский так охарактеризовал первый период: «Московское государство зарождалось в XIV в. под гнетом внешнего ига, строилось и расширялось в XV и XVI вв. среди упорной борьбы за свое существование. Оно складывалось медленно и тяжело. Можно отметить три его главные особенности. Это, во-первых, боевой строй государства. Московское государство - это вооруженная Великороссия, боровшаяся на два фронта. Вторую особенность составлял тягловый, неправовой характер внутреннего управления и общественного состава с резко обособлявшимися сословиями. Сословия различались не правами, а повинностями, между ними распределенными. Каждый обязан был или оборонять государство, или работать на государство, то есть кормить тех, кто его обороняет. Были командиры, солдаты и работники, не было граждан, т.е. гражданин превратился в солдата и работника, чтобы под руководством командира оборонять отечество или на него работать. Третьей особенностью московского государственного порядка была верховная власть с неопределенным, т.е. неограниченным пространством действия…»

То есть в отличие от европейского феодального солидаризма, в российском именно права прилагались к обязанностям. Тут местная специфика. Набор исторических, геополитических, климатических и целого ряда других факторов требовал от российских феодалов больше, чем от их европейских коллег. В Европе все их обязанности были ограничены и закреплены договорами и неписаными правилами. В Англии XIII века срок военной службы вассала колебался от 21-го до 40-а дней в году. Например, был такой обычай. Отправляясь в поход, рыцарь брал с собой копченый окорок. Кончался окорок, кончалась и служба. Феодал сворачивал шатер, делал королю ручкой и с чувством исполненного долга отправлялся домой. А если король начинал качать права и нести всякую «ахинею», мол, военная кампания в самом разгаре и тому подобное, то оскорбленный в лучших чувствах барон со своей дружиной просто отъезжал на службу к более покладистому государю. В России такие штуки не проходили. Из-за перманентно тяжелой ситуации на границах и существенно более низкой продуктивности сельского хозяйства (климатический фактор!) от элиты требовалось куда большее напряжение сил, а привилегий ей полагалось существенно меньше. С четырнадцати лет на коня и в поход, и так до безвременной кончины или полной инвалидности. Объемы и сроки службы без ограничений. Сколько царь-батюшка прикажет, столько и паши. Царские воеводы могли писать челобитные в Москву с просьбой распустить по домам отощавшее от голода войско, но этот вопрос решался только в Кремле. Иван III, когда ему доложили, что несколько детей боярских самовольно на несколько дней покинули ряды войска, повелел виновных бить кнутом на рыночной площади. Фельдмаршал Шереметев, перешагнув за шестидесятилетний рубеж, обращался к царю со слезной просьбой отпустить его на покой в подмосковную вотчину, которая «разоряется без хозяйского присмотра». Петр эти прошения игнорирует.

Ясное дело, значительной части российской элиты данная ситуация представлялась совершенно нетерпимой. Тем более, рядом Европа. Польша под боком с ее шляхетским гонором и «вольностями». А мы чем хуже? Живут же люди, как сыр в масле катаются. И никаких тебе «нагрузок». Кто виноват? Царь-деспот и ленивое «быдло», которое неспособно обеспечить «красивую» жизнь своему руководству. А народ? Уж он-то хорошо знал, к чему в России приводят боярские вольности: голод, смерть, вторжение иноземных войск и прочие прелести жизни. И ставил свечки за здоровье государей, которые ограничивали аппетит бояр и заставляли их заниматься делом. Неудивительно, что Иван Грозный в точности, как и Сталин четырьмя веками позже, вошел в писаную летописцами историю как кровавый деспот и тиран. Ну, как же, ведь они покусились на самое «святое»: на «право» элиты ничего не делать и при этом потреблять в три пуза. А кто эту историю писал? Да как раз прикормленные элитами историки. Ликвидация системы «государева тягла и службы» началась с «Манифеста о даровании вольностей российскому дворянству» Петра III и «Грамоты на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» Екатерины II, которые отменили большую часть обязанностей для благородного сословия. Плюс реформа («Белая революция») 1861 года, которая сняла с дворянства остатки его ответственности перед обществом. Основной смысл вольностей сводился к следующему: если раньше дворянство, получив от государства поместья и освобождение от податей, было обязано постоянно их отслуживать (собственной кровью и выставлением по требованию соответствующих вооруженных отрядов), то теперь эта обязанность ликвидировалась. То есть, если раньше у нерадивого дворянина, не выставившего на очередной смотр ополчения нужного количества вооруженных воинов, поместье могли запросто отнять, то теперь оно поступало ему в полную собственность. Вместе с крестьянами, разумеется. Его можно стало продать, завещать, подарить и тому подобное. Дворяне теперь служили Родине не за свой счет, а за жалование. Угадайте на кого расписали увеличившиеся накладные расходы? Правильно! На податные сословия (дворяне в их число не вошли). А нагрузка эта была довольно приличной. Мало того, что налоги платить, так ведь еще и бар содержать приходилось. Согласно Ключевскому, под конец царствования Анны Ивановны на 100 податных душ приходилось:

Дворян потомственных - 7.5 Дворян личных и служащих - 3.0 Духовенства - 4.5

Пятнадцать паразитов на сотню работников! Кстати, о духовенстве. В православных губерниях его было в шесть раз больше, чем в католических привислинских, и почти в шесть раз больше, чем в протестантских остзейских. Неудивительно, что сразу крестьянские восстания начались. Ведь для обеспечения «вольностей» пришлось резко ужесточить крепостное право и распространить его на ранее свободные группы населения. Есть смысл провести параллели с нашими временами. Стоит ли право бар свободно ездить за границу (раньше было нельзя) ужесточения крепостного права и расширения рекрутских наборов? Говорят, культура и искусства расцвели. Да только вот народ не спросили, согласен ли он оплачивать вот эту «культуру», к достижениям которой этот народ и не был допущен! Ведь абсолютное большинство «простого народа» было неграмотным. И во тьме невежества его держала как раз элита. Конечно, у бар масса досуга появилась: можно стишки в альбомы писать да театры с балетами заводить. Для удовлетворения новых, «культурных» запросов элиты потребовалась соответствующая инфраструктура: актеры, антрепренеры и прочие деятели культуры. Да и число дворни пришлось увеличить: всех этих камердинеров, мажордомов и прочих лакеев. Лишь очень немногие, буквально единицы действительно создали то, что позже назвали классикой, да и то с ними не всё ясно. Проповедники нравственности, сами в своей личной жизни были, мягко говоря, не эталонами. Последнее особенно важно, в смысле, что дворянство наше, утратив смысл своего существования, в качестве компенсации собственной бессмысленности придумало миф о своем «Высшем Предназначении». Мол, будем мы «Высокие Идеалы» в народ продвигать, свободу и демократию пестовать. Но, пожалуйста, без ответственности за результат претворения в жизнь наших идей. Эта проза жизни нас не интересует, слишком мелка.

А эпопея с отменой крепостного права и решением земельного вопроса? Это же просто спектакль ужасов какой-то. В отчете III отделения за 1858 г говорилось: «Одни (помещики) переносили крестьянские усадьбы на новые места или переменяли у них земляные участки, иные переселяли крестьян в другие свои имения, уступали их степным помещикам не только за бесценок, но и даром, третьи отпускали крестьян на волю без земли и вопреки их желанию; сдавали их в рекруты в зачет будущих наборов, отправляли в Сибирь на поселение, одним словом, вообще употребляли разные средства, чтобы избавиться от излишнего числа людей и чтобы сколь возможно меньшее их число наделять землею».

Неудивительно, что дело, в конце концов, кончилось революцией. Можно конечно утешаться мыслью, что именно введение «вольностей» стало началом конца дворянства, само существование которого потеряло всякий смысл. Но народу-то от этого не легче. Думается, что и февральская революция была затеяна вовсе не для того, чтобы облегчить народу жизнь. Ее основной целью было избавить российскую элиту от последней ответственности перед собственным народом, которая на тот момент еще оставалась моральной.

Не может Россия обеспечить своей элите такую же вольготную жизнь,как за бугром. Просто не в состоянии. По вполне объективным причинам. А элита как раньше не понимала этого печального факта, так и сейчас не понимает. Отсюда и все коллизии с взаимным «непониманием» народа и элиты. В начале прошлого века «не поняли» - дело кончилось революцией. А чего ждали? Что можно загнать на экспорт хлеб, которого не хватает собственному народу и спокойно развлекаться в Ницце или в Швейцарии? Поставлять на фронт солдатам сапоги с картонными подметками и на вырученные деньги пьянствовать в роскошных кабаках? Не получилось! И слава Богу!