Краткое изложение Евангелия - Лев Толстой

И после этого Иисус сказал: теперь встаньте и пойдемте; уже идет тот, кто предаст меня (Мф. X X V I, 46).

И только что он сказал это, — вдруг показался Иуда, один из двенадцати учеников, и с ним большая толпа народа с дубьем и ножами (Мф. X X V I, 47). Иуда, сказал им: я приведу вас туда, где он с учениками, а чтобы нам узнать его изо всех, то смотрите: кого я первого поцелую, то это он самый (Мф. X X V I, 48). — И тотчас же подошел к Иисусу и сказал: здравствуй, учитель! И поцеловал его (Мф. X X V I, 49).

И Иисус сказал ему: товарищ ты зачем здесь?

Тогда, стража окружила, Иисуса и хотела. взять его (Мф. X X V I, 50).

И тут Петр выхватил нож у архиерейского слуги и рассек ему ухо (Мф. X X V I, 51).

Иисус сказал: не надо противиться злу. Оставьте это. — И сказал Петру: отдай назад меч тому, у кого взял. Кто возьмется за меч, тот мечем и погибнет (Мф. X X V I, 52).

И после этого обратился Иисус к толпе и сказал: зачем вы, как на разбойника, пришли на меня с оружием? Я ведь каждый день был среди вас во храме и учил вас, и вы меня не брали (Мф. X X V I, 55). Теперь же ваш час и власть тьмы (Лк. X X I I, 53).

Тогда увидав, что он взят, все ученики разбежались (Мф. X X V I, 56).

Тогда начальник велел солдатам взять Иисуса и связать его. Солдаты связали его и (Ин. X V I I I, 12) повели сперва к. Анану; это был тесть Каиафы, а Каиафа был первосвященником в этом году и жил на одном дворе с Ананом (Ин. X V I I I, 13). Это был тот самый Каиафа, который придумал, как погубить Иисуса. Это он придумал, что полезно для народа, погубить Иисуса, потому что, если не погубить Ииcyca., то будет хуже всему пароду (Ин. X V I I I, 14). И Иисуса привели на двор того дома, где жил первосвященник, (Мр. X I V, 53).

Когда Иисуса вели туда., то один из учеников Иисуса, Петр, шел издали за ним и смотрел, куда его поведут. Когда Иисуса ввели во двор первосвященника, и Петр вошел туда же, чтобы видеть, чем все кончится (Мф. X X V I, 58). И одна девочка на дворе увидела Петра и говорит ему: ты тоже с Иисусом Галилейским! (Мф. X X V I, 69). Петр испугался, чтобы и его не обвинили, и при всем народе громко сказал: не знаю, что ты говоришь! (Мф, X X V I, 70). — Потом, когда Иисуса повели в дом, и Петр вошел с народом в сени. В сенях женщина одна грелась у огня, и Петр подошел. Женщина поглядела на Петра, и говорит народу: смотрите, этот человек, похоже, что был тоже с Иисусом Назарянином (Мф. X X V I, 71). — Петр испугался еще больше и поклялся, что никогда не был с Иисусом и не знает, что это за человек — Иисус (Mф. X X V I, 72). Немного погодя подошли к Петру люди и говорят: однако по всему видно, что ты тоже из этих бунтовщиков. По гонору тебя можно узнать, что ты из Галилеи (Мф. X X V I, 73). — Тогда Петр начал клясться и божиться, что никогда не знал и не видал Иисуса.

И только что он сказал это, запел петух (Mф. X X V I, 74). И вспомнил Петр слова, которые говорил ему Иисус, когда Петр клялся, что если все отрекутся, то он не отречется от него: до петухов нынче ночью три раза отречешься от меня. И пошел Петр со двора и заплакал горько. Он плакал о том, что он впал в соблазн. Он впал в один соблазн — борьбы, — когда начал защищать Иисуса, и в другой соблазн — страха перед смертью, — когда отрекся от Иисуса (Mф. X X V I, 75).

И сошлись к первосвященнику правоверные архиереи, начетчики и начальники. И когда все собрались (Мр. X I V, 53), привели Иисуса, и первосвященник спросил его, в чем его учение, и кто ею ученики (Ин. X V I I I, 19).

И отвечал Иисус: я всегда при всех все говорил миру и говорю, и ни от кого ничего не скрывал и не скрываю (Ин. X V I I I, 20). Об чем же ты меня спрашиваешь? Спроси тех, кто слышал и понял мое учение. Они скажут тебе (Ин. X V I I I, 21).

Когда Иисус сказал это, один из архиерейских слуг ударил в лицо Иисуса и сказал: ты с. кем говоришь? Разве так отвечают архиерею? (Ин. X V I I I, 22).

Иисус сказал: если я дурно сказал, — скажи, что я дурно сказал? А если я дурного не сказал, так не за что меня бить (Ин. X V I I I, 23).

Правоверные архиереи старались обвинить Иисуса и сначала не находили улик против него таких, за что бы его можно было приговорить (Мф. X X V I, 59). Потом нашли двух доказчиков (Мф. X X V I, 60). Эти доказчики сказали про Иисуса: мы сами слышали, как этот. Человек говорил.: я; говорит, уничтожу этот ваш рукоделанный храм и в три дня сострою другой храм Богу, — не рукоделанный (Мр. X I V, 58). Но и этой улики было мало, чтобы обвинить (Мр. X I V, 59). И потому архиерей стал вызывать Иисуса и сказал: что же ты не отвечаешь на их показания? (Мф. X X V I, 62). Иисус молчал и ничего не сказал.

Тогда архиерей сказал ему: так скажи же: ты ли Христос, сын Бога? (Mф. X X V I, 63).

Иисус отвечал ему и сказал: да, я Христос, сын Бога… И вы сами теперь увидите, что сын человеческий равен Богу (Мф. X X V I, 64).

Тогда архиерей закричал: ты хулишь! И теперь нам не нужно никаких улик. Мы все слышим теперь, что ты богохульник! (Мф. X X V I, 65). И архиерей обратился к собранию и сказал: теперь вы сами слышали, что он хулит Бога. K чему вы за это присуждаете его?

И все сказали: присуждаем его к смерти (Мф. X X V I, 66).

И тогда уже весь народ и стражи, все напустились на Иисуса и стали плевать ему в лицо и бить по щекам и царапать. Они зажимали ему глаза, били по лицу и спрашивали: ну-ка, ты, пророк, угадай, кто это ударил тебя?

Иисус. молчал (Мф. X X V I, 68).

Надругавшись над ним, связанного повели его к Понтию Пилату (Мф. X X V I I, 2). И привели в правление (Ин. X V I I I, 28).

Пилат, правитель, вышел к ним и сказал: в чем вы обвиняете этого человека?

(Ин. X V I I I, 29).

Они сказали: человек этот делает зло; за то мы и привели его к тебе (Ин. X V I I I, 30).

Пилат и говорить им: а если он делает зло вам, так сами и судите его по нашему закону.

А они сказали: мы привели его к тебе затем, чтобы ты казнил его, а нам не позволено убивать никого (Ин. X V I I I, 31).

И так сбылось то, что ждал Иисус. Он говорил, что надо быть готовым умереть на кресте от римлян, а не своею смертью и не от Иудеев (Ин. X V I I I, 32).

И когда Пилат спросил их, в чем они обвиняют его, они сказали, что он виноват в том, что бунтует народ, запрещает платить подати кесарю и сам себя ставить Христом и царем (Лк. X X I I I, 2).

Пилат выслушал их и велел привести Иисуса к себе в правление. Когда Иисус вошел к нему, Пилат сказал: так царь иудейский — это ты? (Ин. X V I I I, 33).

Иисус сказал ему: ты точно полагаешь, что я царь, или ты повторяешь только то, что другие сказали тебе? (Ин. X V I I I, 34).

Пилат сказал: я не Иудей, стало быть, ты не можешь быть моим царем, а твои привели тебя ко мне. Что ты за человек? (Ин. X V I I I, 35).

Иисус отвечал: я царь; но царство мое не земное. Если бы я был царем земным, то мои подданные бились бы за меня и не дались бы архиереям. А вот — ты видишь, что царство мое не земное (Ин. X V I I I, 36).

Пилат сказал на это: но все-таки ты считаешь себя царем? Иисус сказал: не только я, но и ты не можешь не считать меня царем. Я только тому и учу, чтобы открыть всем истину царства небесного. И всякий, кто живет истиной — тот царь (Ин. X V I I I, 37).

Пилат сказал: ты говоришь — истина. Что такое истина?

И. сказав это, повернулся и пошел к архиереям. Он вышел к ним и сказал им: по-моему, человек этот ничего дурного не сделал (Ин. X V I I I, 38).

Но архиереи стояли на своем и говорили, что он много зла делает и бунтует народ, и взбунтовал всю Иудею от самой Галилеи (Лк. X X I I I, 5; Мр. X V, 3).

Тогда Пилат при архиереях стал опять допрашивать Иисуса; но Иисус не отвечал. Пилат сказал ему: видишь ли ты, как тебя уличают, что же ты не оправдываешься? (Мр. X V, 4).

Но Иисус все молчал и не сказал больше ни одного слова, так что Пилат удивлялся на него (Мр. X V, 5).

Пилат вспомнил, что Галилея во власти царя Ирода, и спросил: что он — из Галилеи?

Ему сказали: да (Лк. X X I I I, 6).

Тогда он сказал: если он из Галилеи, то он под властью Ирода. Я его к нему пошлю.

— Ирод был тогда в Иepуcaлиме; и Пилат, чтобы отделаться от них, послал Иисуса к Ироду (Лк. X X I I I, 7).

Когда привели Иисуса к Ироду, то Ирод был очень рад увидать Иисуса. Он много слышал про него и хотел узнать, что это за человек (Лк. X X I I I, 8).

Ирод позвал его к себе и стал расспрашивать его обо всем, что ему хотелось знать. Но Иисус ничего не отвечал ему (Лк. X X I I I, 9). А архиереи и учители так же, как у Пилата, и перед Иродом обвиняли крепко Иисуса и говорили, что он бунтовщик (Лк. X X I I I, 10). И Ирод счел Иисуса за пустого человека и, чтобы посмеяться над ним, велел одеть его в красное платье и послал его назад к Пилату (Лк. X X I I I, 11). Ирод был доволен тем, что Пилат уважил его, послав на его суд Иисуса, и из-за этого они помирились, а то прежде были в ссоре (Лк. X X I I I, 12).

Вот, когда привели опять Иисуса к Пилату, Пилат позвал опять архиереев и начальников Иудейских (Лк. X X I I I, 13) и сказал им: приводили вы ко мне этого человека за то, что он бунтует народ, и я допрашивал его при вас и не вижу, чтобы он был бунтовщик (Лк. X X I I I, 14). Посылал я его с вами к Ироду, и вот, видите, — и там ничего не нашлось в нем вредного. И, по-моему, не за что казнить его смертью: а, не лучше ли наказать его и отпустить (Лк. X X I I I, 15, 16).