Страна Арманьяк. Книги 1-7 - Александр Вячеславович Башибузук

– Вот и пришли, мальчик мой. – Я разглядел на берегу большую кучу сушняка и уверенно потопал к ней.

– Э-э… монсьор, нам придется нырять? – Клаус опасливо потрогал воду сапогом.

– Надеюсь, нет. С отливом вода должна уйти.

– Слава Пречистой Деве…

– Воистину. Давай сумы, проверим, что там собрали нам монаси: что-то я проголодался не на шутку. Да не стой столбом, разжигай костер, факелы нам еще, возможно, понадобятся.

Святые братья на провизию не поскупились. Хлеб, сыр и ветчина в изрядных количествах, даже нашелся небольшой бурдюк с хорошим вином, так что голодать нам не пришлось. После еды Клаус задремал на песочке, а я, вороша палкой вспыхивающие рубиновыми звездами угли в костре, немного задумался.

Что дальше? Дальше – клятый урод ле Горжиа. Как он покинет этот мир, я еще не знаю, но хочется сначала заглянуть в глаза ублюдку. После того как это случится, мне кажется, бастард должен успокоиться. Проявления его остаточной памяти меня особо не беспокоят, но все же будет лучше, если я стану самим собой. Хотя вряд ли – самим собой я уже никогда не стану. К примеру, я искренне ненавижу Паука. Не бастард во мне, а именно я. Хотя Луи ничего плохого Александру Лемешеву не сделал. Получается, я сроднился с бастардом Арманьяком уже окончательно. Плохо это или хорошо? Даже не хочу задумываться, но я Паука достану. Когда и как? Не знаю, но время это обязательно придет. Как там сказал отец Георг – да свершится предначертанное? Да, именно так. Да свершится предначертанное…

Стоп! Если нас приютили действительно потомки тамплиеров, то тогда все сходится! Магистр ордена, Жак де Моле, перед тем как его сожгли, проклял французских королей страшным проклятием. И насколько я помню, его проклятие сбылось. Вот только в каком виде? Вроде как короли от этого мрут через определенное количество лет… Так или не так? Нет, не помню. Но уже знаю: если кардинал сватал меня в храмовники – я согласен. По одной-единственной причине – они враги королям Франции! Хотя какие на хрен тамплиеры? Блин, надо меньше пить, Жан Жаныч…

Как я задремал, не помню, но проснулся от воистину жуткого рева. Даже не знаю, с чем сравнить… Представьте себе звук, похожий на паровозный гудок пополам с визгом судового ревуна, хорошо разбавленный волчьим воем. Представили? А теперь добавьте хохот гиены. Вот что-то очень похожее я и услышал. Слава Богородице, Бонифаций об этом ужасе заранее предупредил, а то не миновать бы мне мокрых штанов, а может, еще чего похуже. А Клаус так вообще спросонья ломанулся прямо в бурлящее озеро и если бы я его не поймал за ногу, то сгинул бы как пить дать. А это оказался всего лишь отлив. Мать их за ногу, такие физические явления…

Вода в скором времени ушла, но не до конца. Так что пришлось выбираться наружу по пояс в ледяной воде. А в одном месте так и вообще подныривать под карниз. Но выбрались и оказались на берегу, покрытом скалами и разбросанными меж них валунами. Если судить по словам Бонифация, то мы сейчас находимся совсем недалеко от стоянки шебеки. Сравнительно недалеко – примерно в паре лиг. Но попробуй их еще пройти – по прибрежной дороге не попрешься, придется карабкаться среди скал, а если добавить еще дождь, временами срывающийся в настоящий ливень, и пронизывающий до костей ветер, то предстоящее путешествие никак приятным не назовешь. Слава богу, хоть догадались перед заплывом рясы снять, и теперь есть что накинуть сухое. Сравнительно сухое. Зараза, еще не хватало воспаление легких подхватить!

К счастью, дождь постепенно прекратился, и нам удалось немного подсушить одежду на костре. Вскоре удалось выбраться на сравнительно ровный пляж. Явное достижение: скалолаз из меня никакой, да и чертовы сапоги уже похожи на сандалии. Скорость передвижения значительно увеличилась, и к полудню мы добрели до места, где нас должен был ждать баркас. Вроде добрели…

– Ну и где они? – Я залез на валун и пытался высмотреть лодку. – То место, Санчо?

– Вроде то, монсьор… – с сомнением покрутил головой Клаус. – А может, и не то. Тут все одинаковое. И шебеки не видно.

– Одинаковое, раздери его тысяча чертей!!! – с чувством выругался я и спрыгнул с камня. – Топаем дальше. Что-то вот этой скалы я раньше не видел…

– Монсьор!!! – схватил меня за рукав Клаус. – Смотрите!

– Этого еще не хватало!.. – Я приметил в паре сотен метров от нас четырех вооруженных конников. И они направлялись в нашу сторону.

– Котты белые…

– Вижу, пошел в море. Попробуем перебраться вон на ту скалу. Да лезь ты, там нас не заметят…

– Господи…

Брести по горло в ледяной воде – еще то удовольствие. Особенно когда ноги вязнут в иле, а гребаные водоросли, подобно щупальцам спрута, стараются связать все движения. Но захочешь жить, еще не так раскорячишься, выхода другого у нас нет. На ровном пляже, против кавалеристов… Сомнут, не прилагая особых усилий. Даже если это обычный патруль, как пить дать задержат для выяснения обстоятельств. Дальнейшее развитие событий вполне предсказуемо. Где эти гребаные уроды с шебеки?! Вернусь – запорю сволочей. Тут господин лихо ведром черпает, а они неизвестно где прохлаждаются. Да что за…

– Монсьор!!! – Клаус, отфыркиваясь от воды, показал рукой в море.

– Твою мать!!! – Я наконец тоже увидел болтающуюся в волнах шебеку.

С нее как раз спускали на воду баркас. А где они раньше были? Да, что за млядство – пока посудина доберется до берега, пройдет не меньше пары часов, а клятые конники все ближе и ближе… Что?! Святые угодники!!! Да это начинается прилив!!!

Глава 23

– …ы-ы-х… – Я хотел выругаться, но не смог, так как челюсти свело, и они сразу стали неспособными воспроизводить обычную человеческую речь.

Тогда просто двинул кулаком по краю бочки с кипятком.

– Что, ваша милость? – угодливо склонился ко мне Веренвен.

– Убы бы…mlya!!!

– Господин грит: порвет вас, как старые шоссы… – перевела обер-адмиралу мои слова Лидка.

Перевела, прыснула в кулачок и, наведя на себя серьезный вид, продолжила поливать меня горячей водичкой.

– Господин если сказал, то обязательно сделает… – подлили масла в огонь близнецы. Они как раз притащили в каюту котел кипятка и принялись обхаживать Клауса. Парень замерз так, что уже шевелиться не мог.

– Дык за што? – впал в ужас Веренвен и на всякий случай бухнулся на колени. За ним по очереди попа́дала остальная корабельная интеллигенция. Андерсен так вообще втихомолку перекрестился. Приготовился, значит. К самому худшему.

Повинуясь моей судорожной жестикуляции, догадливая Лидка притащила из погребца фляжку с арманьяком. Набулькала в стопку и деликатно влила его мне в рот. Подождала пару секунд и повторила процедуру. Затем метнулась к столу и вернулась с ложкой паюсной икры.

– Мля!!! – Я сразу обрел дар речи, послушно слопал кусок красноватой, пахнувшей дымком массы и ткнул скрюченным пальцем в Веренвена. – Ты!!! Говори…

– Дык…

С каждым его словом я все больше понимал, что наказывать его вроде бы не за что. Действовал капитан вполне правильно, даже мудро. С мели шебеку сняли благополучно и сразу ушли в открытое море. Лишних встреч с судами избегали; курсировали, насколько ветер позволял, вдоль побережья. Баркас исправно ждал меня на берегу, но, когда по пляжу стали активно шастать стражники и прочий военный люд, он ушел назад, к шебеке. Тем не менее Веренвен активно мониторил берег, оставив наблюдателей, которые должны были при моем приближении подать сигнал дымом. В роли наблюдателей подвизались близнецы, категорично вызвавшиеся охотниками. И они таки сигнал подали – оказывается, я их не видел, но они-то нас разглядели едва ли