Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Она щелкнула зажигалкой, затянулась и сказала неожиданно горьким тоном:

– Оказывается, это совсем не забавно. Знаешь, это действительно очень болезненные ощущения…

Алексей медленно повернулся к ней.

– Ты не понимаешь, – покачал он головой. – Я не собирался причинять тебе боль. Между нами все остается по-прежнему. Просто из некоторых соображений мы должны быть сейчас подальше друг от друга. И это очень серьезно, поверь мне.

– Жена о чем-то догадывается? Мне кажется, тебя это никогда особенно не волновало.

– Жена тут ни при чем, – поморщился Алексей. – И я прошу тебя – не задавай дурацких вопросов! Если бы я мог объяснить, я объяснил бы все с самого начала. К сожалению, это невозможно, и я просто прошу мне поверить. Когда все кончится, я сразу тебе скажу.

– Что кончится? – холодно спросила Светлана. – Я не понимаю.

– Кончится этот неблагоприятный период, – уклончиво сказал Алексей. – Не забивай себе голову. В конце концов, у тебя же есть своя суета… – он слабо улыбнулся.

Светлана раздраженно фыркнула, выпустила носом табачный дым и заявила:

– Да, к счастью, мне есть чем заняться. А ты не боишься, что к тому времени, как закончится твой период, в моей суете уже не будет для тебя места?

– Боюсь, – признался Алексей. – Но еще больше я боюсь… – Он замялся, потом махнул рукой и продолжил: – Ну, не могу я ничего объяснить! Сам до конца не уверен. Но у меня предчувствие. Одним словом, все уже решено. Ты всегда была умной женщиной, пойми меня и на этот раз. Так будет лучше для нас обоих.

– Ну так, – решительно произнесла Светлана, затушив в пепельнице сигарету. – У меня больше нет времени. Я и так убила его на тебя целый вагон. Наверное, стоит заняться чем-то более разумным…

– Зря ты злишься, – мягко заметил Алексей.

– С чего ты взял, что я злюсь? – пожала плечами Светлана. – Подвезти тебя напоследок?

– Ты так ничего и не поняла, – поморщился Алексей. – Я же сказал, что пока нас не должны видеть вместе.

– Нас больше не увидят вместе, – сказала Светлана. – Ни разу. Это я тебе обещаю. Но если ты решил расстаться немедленно…

– Черт! Да, я решил расстаться немедленно! – неожиданно вспылил Алексей. – Если иначе твои мозги работать не могут… – Он сильно дернул за ручку дверцы. – Значит, понимай именно так!

Светлана внимательно следила за ним и в последний момент сказала совсем другим, почти умоляющим тоном:

– Остановись! Я готова выполнить все твои условия. Даже не буду больше спрашивать, почему и отчего. Все равно с моим умишком мне этого не понять. Я согласна не встречаться, пока ты не дашь команду. Видишь, я как преданная собачка… Но сегодня ты можешь уделить мне капельку внимания? Я нервничаю с самого утра, строю самые ужасные предположения… Я же видела, что ты приехал не на своей машине. Просто подброшу тебя до центра… Не хочется расставаться вот так – со злом…

Ее спутник, помрачневший и раздраженный, действительно задумался, убрал ногу, которую уже поставил на асфальт, и медленно захлопнул дверцу.

– Ладно, будь по-твоему, – сказал он, неловко усмехаясь. – А то действительно как-то не по-человечески… Только уговор – больше об этом ни слова. Лучше расскажи, чем собираешься сегодня заниматься?

– А! Есть один заказ, – ровным голосом произнесла Светлана, заводя машину. – Вчера позвонила дама и заявила, что желает обустроить свой участок. Она приобрела дом в каком-то новом элитном поселке – по Калужскому шоссе, кажется, – и теперь ей нужен модный ландшафт. Она так и выразилась. Кто-то из знакомых порекомендовал ей меня как дельного специалиста, и вот она позвонила нам в бюро и договорилась со мной о встрече. Так что еду сейчас к очередным нуворишам. Надеюсь, они не станут скупиться и отстроят ландшафт по полной программе. Знаешь, сейчас все помешались на ландшафтном дизайне, и каждый стремится перещеголять соседа. Один, например, загорелся отгрохать на своем участке точную копию Версаля! Правда, об этом мне только рассказывали – не знаю, насколько это соответствует действительности… Скоро начнут возводить на своих участках горы и высаживать кокосовые пальмы… – Она засмеялась. – Нам, собственно, это не в убыток…

Алексей рассеянно слушал ее – внимание его в этот момент сосредоточилось на высоком широкоплечем человеке с седыми висками, который садился в «Пежо», припаркованный неподалеку от ворот кладбища. На человеке был черный костюм, он скорбно стоял на заднем плане, пока гроб с телом Владимира Гладилина опускали в могилу, и он только что расстался с одной из тетушек покойного, но Алексей готов был поклясться, что к похоронам этот человек имеет самое косвенное отношение.

– Он что-то здесь вынюхивает, но что? – пробормотал он сквозь зубы. – Если бы знать…

Светлана с укоризной посмотрела на него.

– Мне казалось, что тебя интересуют мои планы, – сказала она.

– Что? Ну да, конечно, интересуют! – спохватился Алексей. – Просто я никогда раньше не видел этого человека. Наверное, кто-то из Володькиных знакомых… Знаешь, на похоронах были женщины, которых он еще вчера пользовал своими «лучами». Многие рыдали. Удивительно устроен этот мир! Им правят иллюзионисты. Они ведут за собой людей, они придумывают для них богов, и они же, в конечном счете, снимают все сливки…

– Ну, про твоего родственника уже трудно сказать, что он снимает сливки, – заметила Светлана. – По-моему, ему-то как раз не повезло. И очень сильно.

– Да, Володьке не повезло, – наклонил голову ее спутник. – Но это исключение, которое лишь подтверждает правило. Я начал с того, что Володьку боготворили женщины. Знаешь, за что они его любили? Он поставил в своем офисе несколько старых списанных генераторов, которые выпросил у меня еще года три назад, и назвал их излучателями квантов. Представляешь? Эти ящики даже в старом качестве не могли ничего излучать в принципе. У них только лампочки светились на панели. Но женщинам оказалось этого достаточно, чтобы почувствовать себя моложе и здоровее…

– В твоих словах я слышу торжество ярого антифеминиста, – заметила Светлана. – Наверное, дело было все-таки не в лампочках, а в той атмосфере внимания, которую создавал твой родственник. Женщинам этого вполне достаточно – атмосферы благожелательности и внимания… – Она на мгновение повернулась и серьезно посмотрела в глаза Алексея.

Тот нисколько не был смущен.

– То есть того, чего я тебе дать совсем не способен, – с иронией произнес он, кивая головой. – Наверное, так оно и есть. Ты сейчас к себе в офис?

– Нет, мы договорились, что я встречусь с клиенткой у памятника Маяковскому.

– Тогда высади меня, не доезжая Садового кольца, – попросил Алексей. – Мне пора.

– Опять в свою лабораторию?

– Ну а куда же? – улыбнулся Алексей. – Человек никогда не перестанет задавать вопросы и искать на них ответы…

– Интересно, когда я получу ответы на свои вопросы? – спросила она, подъезжая к тротуару и останавливая машину.

Он наклонился и поцеловал Светлану в щеку.

– Это время придет, – сказал он. – Только нужно чуть-чуть подождать.

Алексей открыл дверцу, вышел из машины и, не оглядываясь, зашагал в сторону Смоленского бульвара. Светлана смотрела на его сутуловатую широкую спину, спину усталого, но сильного и уверенного в себе человека, и ничего не могла придумать. В голове было необычно пусто. Такого поворота она не ожидала. Этот человек стряхнул ее с колен, как надоевшую кошку, пообещав, что, возможно, еще как-нибудь приласкает ее. В те туманные причины, на которые он ссылался, Светлана абсолютно не верила. Алексей был мастер на всякие риторические фигуры и никогда не желал прислушиваться к чужому мнению. Вселенная существовала только в его гениальном мозгу и должна была подчиняться только ему. Все, что ее населяло, являлось плодом его воображения, она, Светлана, в том числе. Когда она пыталась возражать, это попросту казалось Алексею смешным. Но с этим приходилось жить. Она любила сильных мужчин.

Когда высокая фигура Алексея исчезла в толпе прохожих, Светлана завела мотор и поехала на Триумфальную площадь. Она уже опаздывала и потому спешила – нельзя, чтобы из-за всех этих личных передряг страдал бизнес. Не те сейчас времена – если ты не самодостаточна и не крутишься как белка в колесе, ты никого не интересуешь. Ты действительно становишься как бы плодом чьего-то воображения. Реальность всему придают только деньги, зеленые хрустящие бумажки. Это они наполняют жизненной силой современный мир, что бы там ни говорили идеалисты.