Полное собрание сочинений - Юлий Гарбузов

принялась со свойственной ей аккуратностью расставлять стулья и наводить порядок на студенческих рабочих местах.

— Тоня, — обратился я к Булановой, — нам надо бы заставлять студентов оставлять после себя рабочие места в полном порядке, чтобы Лера каждый раз не возилась.

— Геннадий Алексеевич, — отозвалась улыбчивая Яненко, — все равно ничего из этого не получится. Так что лучше занимайтесь чем-нибудь другим, более результативным. А с этим я с Божьей помощью как-нибудь справлюсь.

— Получится или не получится, а нам, конечно же, в воспитательных целях нужно хотя бы призывать студентов к культуре поведения, — сказала Буланова, собирая со стола книги и бумаги. — Гена, может чайку попьем?

— С удовольствием, — ответил я, готовясь покинуть душную лабораторию.

— Ну и духота же здесь у вас! — вдруг послышался со стороны входа скрипучий голос Ампирова. Он, как всегда, появился совершенно неожиданно и незамедлительно начал деловой разговор. — Валерия Петровна, Вы бы окно открыли, что ли. Проветривать надо, а то задохнетесь тут

Лера, которая несла к мусорной урне ящик лабораторного стола, улыбнулась ему в ответ:

— Не успела еще, Валентин Аркадьевич. Вот уберу, — она указала на содержимое ящика, — и непременно проветрю.

— А это, Валерия Петровна, нужно было сделать до лабораторной работы. Студенты возьмут, да и откроют ящик, а там — гора скорлупок от семечек. Позор, Лера! Позор!

Лера снова улыбнулась:

— Было чисто. За время лабораторки успели намусорить.

— Безобразие, — возмутился Ампиров.

Он немного помолчал и уже посмотрел, было, на дверь, намереваясь уйти, но тут его осенила деловая мысль, и он снова обратился к Яненко.

— Скажите честно, Лера, когда Вы в последний раз заглядывали в этот ящик?

— Сегодня утром. Как раз перед началом лабораторной работы, когда проводники по рабочим местам раскладывала. После ухода студентов решила проверить, все ли на месте. И вот — нашла. — Она опять мягко улыбнулась.

— Точно? А кто проводил сейчас занятие?

— Мы с Геннадием Алексеевичем. А что? — всполошилась Буланова.

— Тоня, Вы помните, какие именно студенты работали там, где остался этот мусор? — сурово спросил Ампиров, глядя на нее поверх очков.

— Конечно, помню. Очень даже неплохие студенты.

— Срочно собираем заседание кафедры! Геннадий Алексеевич, обеспечьте присутствие преподавателей. А Вы, Антонина Саввична, приведите сюда, пожалуйста, этих самых «очень даже неплохих студентов». Только не говорите им заранее, по какому поводу их приглашают. И напишите мне, пожалуйста, их пофамильный списочек, — произнес Ампиров решительным тоном.

— Так не будет же и половины преподавателей. Одних еще нет, другие на занятиях, — попытался я возразить. — Мы кворума не обеспечим.

— Так. Без кворума, Гена. Пригласите тех, кто есть. У кого лабораторная, пусть придет один из ведущих. Другой пока поработает в одиночку, — Ампиров посмотрел на часы. — Пятнадцать минут Вам на сборы, как говорят в наших доблестных вооруженных силах.

— В какой комнате, Валентин Аркадьевич? — спросила Буланова.

— Желательно здесь же. Лера, на этой паре занятий тут нет, я надеюсь?

— Нет, Валентин Аркадьевич. До конца дня ничего нет, — ответила Лера, водворяя ящик на его законное место.

Через пятнадцать минут все, кому было сообщено, сидели в лаборатории в ожидании шефа. Трое студентов недоуменно переглядывались, не понимая, зачем их сняли с занятий и пригласили на нашу кафедру.

— А в чем дело? Что за срочность? — кипятилась Шорина. — Тут дел невпроворот, а он — заседание. Мы же заседали на этой неделе! Чего это ему вдруг снова неймется?

— Шеф, видимо, не в духе. Решил на кого-то разрядиться. Или какую-то «профилактику» устроить, — предположила Краус, не отрывая взгляда от своей тетради с формулами, схемами и графиками.

«Все же Аня — проницательная женщина. Так близка к истине», — отметил я про себя.

— Тогда студенты здесь зачем? — недоумевала Шорина. — Нет, это не иначе, как какой-нибудь приказ о поощрении или наказании студентов. Эти студенты — из группы, где я руководитель. А мы здесь для пущей важности. Увидите.

— Да что Вы гадаете? Сейчас придет шеф и сам все скажет, — блеснув очками, буркнул Исаков.

Вошел Ампиров и сразу же, усевшись за стол, обратился к присутствующим со сверхсерьезной физиономией:

— Здравствуйте. Я собрал вас в срочном порядке, чтобы по горячему следу рассмотреть возмутительное поведение у нас в лаборатории радиоцепей и сигналов кое-кого из здесь присутствующих. Антонина Саввична, Вы мне список приготовили?

Буланова, бойко отстучав каблучками вдоль лаборатории, протянула ему листок бумаги. Ампиров пробежал его глазами и назвал первую фамилию:

— Так. Челпанов. Кто это? Вы, молодой человек? Встаньте. Расскажите, нам, пожалуйста, почему Вы у нас в лаборатории ведете себя, как в стойле?

— В каком еще стойле? Что я такого сделал? — искренне возмутился студент.

— Давайте вести себя, как воспитанные люди. Я Вам вопрос — вы мне ответ. А то я Вам вопрос, а Вы мне — встречный вопрос. Некрасиво так, тем более — со старшими. Итак, слушаем Вас, товарищ Челпанов, — осадил его шеф.

— А я не как в стойле! Я…

— Не как в стойле, говорите?! — шеф ударил авторучкой о стол. — Что такое стойло, Вы знаете?

— Знаю.

— Тогда скажите нам, что такое стойло, продолжил Ампиров исключительно миролюбивым тоном. — Может быть, не все присутствующие это знают. Так что это такое?

— Ну, в хлеву, где скотина стоит, — подавленно пробубнил студент после небольшой паузы.

— И что она там, по-вашему, делает? — наседал Ампиров.

— Ну, ест, пьет, спит.

— А еще что? — не унимался шеф.

— Ну, все, как будто.

— Нет, не все. Подумайте, что еще?

Студент молчал, переминаясь с ноги на ногу.

— Не помните? Или стесняетесь сказать? Тогда я напомню: справляет естественные надобности. Так?

— Ну, так. Справляет, конечно.

— Тогда ответьте, пожалуйста, на поставленный Вам вопрос: почему Вы у нас в учебной лаборатории ведете себя, как в стойле?

— Я не веду себя, как в стойле…

Ампиров сорвался на крик:

— А мусор в стол складываете?! Семечки туда плюете?! Хозяева, мол, есть — пусть убирают. А я буду здесь справлять все свои потребности. Так?

— Нет…

— Как это нет? Как это нет!

— Я не справляю.

— А мусор в ящике лабораторного стола, повторяю, оставляете? Наши преподаватели, а вместе с ними я и заведующая лабораторией сегодня видели, что творилось на Вашем рабочем месте после занятия! Где еще так себя ведут, как не в стойле?

— Это не я.

— А кто? Скажите тогда, кто гадит на Вашем рабочем месте во время занятия, если не Вы?

— Откуда я знаю?

— Как! До занятий там все было чисто! Так, Валерия Петровна?

— Так, — смущенно подтвердила Яненко.

— Вот! Да вы еще и лжете! — вскричал Ампиров.

— Да не лгу я! Я просто не знаю, кто это насорил.

— Вы — бессовестный