Многоярусный мир: Создатель Вселенных. Врата мироздания. Личный космос. За стенами Терры. - Филип Фармер

Он вернулся в спальню и разбудил Анану, потом лег сам и велел поднять его примерно через час. Так она и поступила. Хотя ему и хотелось проспать остаток дня и еще полночи, он заставил себя встать.

Они еще раз поели и упаковали пищу в небольшую корзину. Потом двинулись через лес, где густые заросли чередовались с перелесками, и вышли на тропу, протоптанную мамонтами, на что указывали следы и помет. Кикаха и Анана направились по ней, прислушиваясь, не раздастся ли трубный глас животных. Здесь не досаждали ни мухи, ни москиты. Существовала лишь какая-то разновидность жуков, которыми кормились птицы.

Один раз они услышали грозное рычание. Путники остановились, но рычание не повторилось, и они пошли дальше. Оба узнали рев саблезубого тигра.

— Если это было поместье твоей семьи, то зачем твои родные держали поблизости больших и таких опасных зверей? — спросил Кикаха.

— Тебе следовало бы это знать. Властелины любят опасность. Она — единственная приправа вечности. Бессмертие — ничто, если нет риска в любой момент лишиться его.

Это была правда. Оценить такое могли лишь люди, обладавшие этим бессмертием. Но он иногда желал, чтобы острой приправы было все-таки поменьше. За последнее время он ни разу толком не отдохнул, так что нервы у него были как электроспирали, накаленные постоянным риском.

— Как ты думаешь, кто-нибудь еще знает о вратах в валуне?

— Ни в чем нельзя быть уверенным, — ответила она. — Но я не думаю. Неужели ты считаешь, Уртона догадывается, что мы направимся к валуну?

— Это кажется вполне возможным. Иначе он устроил бы нам ловушку в вашем домике. Я думаю, что он, возможно, даже желает, чтобы мы отправились именно к валуну. И второго Властелина он, вероятно, заманит туда же. Валун окажется местом встречи для нас и наших врагов.

— Это только твои догадки. Всему виной твоя подозрительность. Ты сам организовал бы такую встречу, если бы был Властелином.

— Забавно слышать, — улыбнулся он. — Осталось только назвать меня параноиком. Хотя, может, ты и права. Но я пережил столько хитрецов, что буквально слышу, как щелкают тумблеры в головах других людей.

Он решил, что лучемет следует передать Анане, а он будет держать наготове лук и стрелы.

На краю поляны Кикаха заметил странную выпуклость, словно там проходил заросший травой вал. Насыпь была примерно в четверть дюйма высотой в два дюйма в ширину. Она тянулась на расстояние в несколько футов, потом исчезала. Несколько ярдов Кикаха прошел большими зигзагами и, наконец, нашел еще один вал, который описывал малую часть очень большого круга, прежде чем исчезнуть.

Он вернулся к Анане, которая наблюдала за поведением с озадаченным видом.

— Тебе известно о каких-нибудь подземных работах, что здесь велись? — спросил он.

— Нет. А что?

— Может быть, это вызвано землетрясением, — сказал он и не стал обсуждать происхождение этих странных валов.

Валун оказался размером в однокомнатное бунгало и располагался неподалеку от края поляны. Он был из красно-черного граната, и привезли его сюда с севера вместе с тысячами других валунов, чтобы украсить ландшафт. Он находился примерно в ста ярдах к северо-востоку от смоляной ямы. Местная яма, как понял Кикаха, имела примерно те же размеры и находилась на том же месте, что и смоляная яма в Хенкок-парке на Земле номер один.

Они опустились на четвереньки и медленно поползли к валуну. Когда оказались ярдах в тридцати от него, Кикаха, передвигаясь по-пластунски, осмотрел огромный камень со всех сторон. Вернувшись, он сказал:

— Я не думал, что он будет настолько тупым, чтобы спрятаться за валуном. А вот спрятаться внутри, на той стороне врат — хороший ход. Или, может, он сидит в лесу и дожидается, когда мы откроем врата, поскольку он снабдил их ловушкой.

— Если ты прав, и он ждет третьего участника... — она внезапно оборвала фразу и стиснула ему руку. — Я заметила кого-то! Вон там!

Она указала через поляну на густой лес, где находился бы Окружной Художественный музей Лос-Анджелеса. Кикаха посмотрел, но ничего не увидел.

— Это был мужчина, я уверена в этом! — твердила она. — Высокий мужчина. Я думаю, это был Рыжий Орк.

— Ты заметила какое-нибудь оружие? Может, лучемет?

— Нет. Я увидела его лишь мельком, а потом он пропал за деревьями.

Кикаха почувствовал надвигающуюся угрозу. Он следил за птицами и заметил, что ворона каркала, как безумная, как раз неподалеку от места, где, по мнению Ананы, она видела Рыжего Орка. Вдруг птица рухнула с ветки, и больше ее не было ни видно, ни слышно. Кикаха ухмыльнулся. Властелин сообразил, что она выдает его, и подстрелил птичку.

В ста ярдах от них, недалеко от края смоляной ямы, несколько голубых соек устроили дикий крик, бросаясь на что-то в высокой траве. Кикаха наблюдал за ними, но через минуту из травы выскочила лиса и направилась на юг. Сойки полетели за ней.

Когда они затерялись, наступила относительная тишина. Лежать в высокой траве с острыми как пила стеблями было жарко. Иногда поблизости жужжало небольшое насекомое. Один раз к ним метнулась тень, и, подняв голову, Кикаха разглядел стрекозу, мерцавшую золотисто-зелеными крылышками. Она взмыла вверх, помахав крыльями в полудюйме от его лица. Время от времени до них докатывался трубный рев и далекий вой, похожий на волчий, а однажды над ними хрипло прокричала какая-то птица.

Ни он, ни она не замечали никаких признаков, что в лесу скрывается человек, которого Анана приняла за Рыжего Орка. И все-таки он, должно быть, находился где-то в чаще. Враг мог даже заметить их и ползти, чтобы подобраться поближе. Эта мысль заставила Кикаху поменять позицию около валуна. Они перемещались очень медленно, стараясь не колыхать высокую траву. Залегли под деревьями на краю поляны, и он решил:

— Нам следует рассредоточиться. Я отодвинусь назад, в лес, примерно ярдов на пятьдесят. Там я смогу получить лучший обзор.

Он поцеловал ее в щеку и уполз. Оглядевшись, он выбрал себе наблюдательный пункт за кустом на небольшом пригорке. За кустами росло дерево, которое скроет его от любого, кто станет приближаться к нему с той стороны. Имелось правда, и одно неудобство: дерево могло прикрыть приближающегося врага, но Кикаха рискнул. Пригорок давал ему лучший обзор, куст же скрывал от тех, кто крался понизу.

Анану увидеть он не мог, хотя и точно знал ее местоположение: несколько раз трава всколыхнулась против ветра. Если Орк или Уртона следили, то могли заметить это и...

Он замер. Примерно в ярдах двадцати от Ананы трава пригибалась. Метелки медленно наклонялись и опять замирали, присутствие врага выдавала нерегулярность интервалов. Минут десять трава оставалась неподвижной, а потом вновь пригнулась в сторону Ананы. Выпрямлялась она волнами, словно кто-то постепенно отпускал стебель за стеблем. Несколько минут неподвижности, и трава опять шевельнулась.