Целитель - Gezenshaft

разговоры даже иносказательно о чём-то большем, чем поцеловать, тактильно оценить степень женственности объекта страсти или нечто подобное. Конечно же проскальзывали разговоры либо между парнями, либо между девушками, о куда как более интимных вещах, но это были разговоры учеников курса с шестого-седьмого, а «непристойностями» они занимались или планировали заниматься за пределами замка, в Хогсмиде, или переместившись камином в какое-нибудь заранее организованное место.

Почему так? Если верить разговорам, а в преддверии бала все очень сильно были взволнованы пестиками, тычинками и уровнями их взаимодействия, то слова Сьюзен о том, что в замке кроме поцелуйчиков да обжиманий ничего реализовать не получится, отнюдь не пустой звук. Вороны приводили в пример старый, трехлетней давности, эксперимент ныне выпустившейся влюблённой парочки. Они целенаправленно пытались реализовать нечто большее, но каждый Мерлинов раз происходило что-то из ряда вон выходящее, от банального «поскользнулся, упал, очнулся — гипс» или внезапного появления какого-то мешающего фактора, будь то призрак, внезапно упавший шкаф и даже появление преподавателя, который сам не понимал, зачем и почему пришёл именно сюда, до полного исчезновения всякого влечения, проблем со здоровьем или потери сознания.

В общем, не иначе, как Основатели основательно прокляли — в плане механики действия, а не негатива — свою школу, чтобы подростки, живущие почти десять месяцев в закрытой, по сути, школе с полным пансионом, не устроили из оной местный филиал Содома. Хотя, если верить художественной литературе местного магического сообщества, да и различным простеньким анатомическим и физиологическим справочникам с магическим уклоном, то весь этот разврат и непотребство не так уж и страшны для волшебника. Один факт наличия как противозачаточных зелий, так и различных приворотных зелий, апогеем которых является Амортенция, говорят сами за себя.

От прослушивания различных разговоров, в том числе и на тему взаимоотношений, я внезапно для себя заинтересовался этой стороной жизни волшебников. Ну, то есть, насколько сильно она отличается от подобного у обычных людей? А ведь я уже много различной литературы перечитал, и некоторые выводы могу сделать и так. Вот, например, потеря девственности. Осколок эльфа может и не даёт мне масштабных и полноценных знаний, но вот отношение к тем или иным вопросам жизни меняется, как от просмотра познавательного фильма с достоверной информацией. В общем, к той же потере девственности у девушек я отношусь, как к концепции, крайне негативно…

По коридору шли две девушки курса с пятого, стрельнули глазками, улыбнулись и прошли мимо. Не могу отрицать, что подобное совсем немного тешит гордость, да. Но мысли вернулись всё к той же девичей девственности, что является старинной темой для обсуждений. Многие мужчины, да и женщины, в силу разных обстоятельств, начиная общей необразованностью в анатомии и физиологии, до банальных стереотипов или же чувства собственного величия, считают, что первый раз обязательно должен быть… болезненным, и более того, с кровью, разрывами гимена и прочим непотребством. Хотя сугубо фактически, подобное является отнюдь не «правильным» результатом, и более того — это банальная травма внутренних органов, если подходить к вопросу буквально.

Более того, при должном подходе к девушке, уважительном и нежном, да ещё и с подготовкой, можно вообще избежать каких-либо повреждений. Ну, если у партнёра между ног нечто адекватное, а не бревно. А ведь часть этих предрассудков пошли из древних времён, когда помимо того что к женщине было не самое лучшее отношение, так и о сексе знали только: «Вот эту штуку пихать туда, получатся дети», а какое-то понимание тонкостей этого процесса приходило тогда, когда девственность — давным-давно забытый сон. В общем, даже в обществе «продвинутых по всем вопросам» обычных людей царит полная вакханалия в этом вопросе, замешанная на безграмотности, стереотипах, шаблонах и вообще… И вообще!

Сам я не заметил, как в процессе своих шатаний по замку, набрёл на Астрономическую башню. Почему бы и не подняться? Ну, как говорится, подумал — сделал.

Открыв дверь на смотровую площадку Астрономической Башни, я тут же получил прохладный ветерок в лицо и несколько снежинок. Ближе к краю смотровой площадки стояли две девушки в зимних мантиях — Романова и незнакомая слизеринка, судя по шарфу. Они что-то явно обсуждали, попутно любуясь довольно красивым видом заснеженных холмов, гор, леса, и гладью озера, на котором лёд был лишь вдоль берегов. Вот и жертвы моего интереса, ведь вопрос, о котором я думал, меня всё-таки интересует, а лишней скромностью я не страдаю.

Моё появление не осталось незамеченным. Они обернулись ко мне, и если Романова улыбнулась, то слизеринке было всё равно.

— Леди, — кивнул я и подошёл поближе. — Хорошая погодка, не правда ли?

— Действительно, Гектор, — Романова не отягощала себя излишними формальностями в общении, что было с одной стороны непривычно, а с другой, наоборот, более привычно — парадокс из-за разницы реалий разных жизней. — В Шотландии не хватает настоящей зимы.

— Это так. Местная зима похожа на изощрённую шутку, — улыбнулся я, решаясь обратиться к ней по более короткому имени, чем «Екатерина». — Катя, не представишь нас?

— Учитесь в одной школе, и не знакомы? Мария Курагина, — указала Романова на слизеринку. — Гектор Грейнджер.

— Рад знакомству, — кивнул я, ведь ручки жать или целовать никто не собирался. — Несколько удивлён тому, что у нас учится кто-то с русскими корнями.

— Ничего удивительного, — слизеринка вежливо улыбнулась, а лёгкий ветерок чуть сдвинул капюшон её мантии, явив светлые волосы. — Некоторые семьи предпочитают отправлять своих детей на учёбу куда подальше по разным причинам.

— Стесняюсь спросить, но не дружит ли ваша семья с Долоховыми? — а то классика прошлой жизни наводит на некоторые мысли.

— Это так. Удивительно, мистер Грейнджер, что вы вообще наслышаны об этой фамилии.

— Как иначе, мисс Курагина. Нужно знать мир вокруг, а он, как известно, состоит не из вещей, а из людей.

— Мудрое замечание…

— Понесло англичан… — Романова воздела очи к небу, иначе и не скажешь.

— Хочешь, чтобы я говорил, как есть? Без лишних формальностей и такта?

— Было бы неплохо. Вы, англичане, слишком много внимания придаёте формальной стороне общения. Это, конечно, замечательно и красиво, но только по первости. Потом это уже бремя какое-то… — Романова повела плечом, ветерок принёс снежинки, и девушка надела капюшон мантии, спрятав под ним простую причёску тёмных волос от снега.

— Воспринимай это как игру, легче будет.

— Попробую. Меня вот что интересует, — Романова посмотрела на меня, чуть прищурив глаза. — Ты когда поднялся сюда, выглядел крайне задумчивым, а нас увидел, так аж взгляд загорелся, или как там правильно сказать. Расскажешь?

— Ты ведь просила, без лирики, прямо, так?

— Так, — Романова кивнула, а слизеринка, Мария, навострила ушки чуть ли не буквально.

Хм, только сейчас понял, о какой «Мэри» порою слышал разговоры — талантливая чароплётка. Так сказать, «от Бога», хотя в местных реалиях будет правильно сказать, «от Мерлина».

— Так вот, я задался