Зулкибар (Книги 5-7) (СИ) - Марина Владимировна Добрынина

   - А как вас зовут, кстати? - интересуется он.

   - Катерина и Дульсинея, - отвечаю, улыбаясь.

   - И...

   - Дульсинея Абрамовна Тамбовская, - хмуро ворчит Дуся, глядя на меня недобрым разноцветным взглядом, - а она Катерина Эрраде, хм, Катерина Мерлиновна Эрраде.

   Романовский удивленно поднимает брови.

   - Серьезно? Так и зовут? Это не творческий псевдоним?

   - Нет, - бурчит Дуся, - у нас, потомственных колдунов, у всех имена такие. С подвывертом. Вам что, паспорт показать?

   - А покажите!

   - А хрен тебе. Дома он лежит. И вообще, некогда нам, пошли мы.

   На этой лирической ноте мы с Дусей разворачиваемся и идем на автобусную остановку, и уже оттуда под бабушкино бормотание про склероз телепортируемся в квартиру.

   Дома я прилагаю все усилия к тому, чтобы убедить ее принять участие в шоу.

   - Ты не знаешь, куда лезешь! - кричит Дульсинея, - Это сборище шарлатанов! Какой, нафиг, опыт!

   - Дуся, ну не могут же все быть шарлатанами, - бормочу я.

   - Могут!

   - Дусенька, ну мне же так интересно. Неужели я должна все время, пока Ллиувердан о нас не вспомнит, проводить дома в интернете или встречаться с хорьками?

   - Нет! В смысле, да!

   - Ну, Дуся же, ну это должно быть весело. Даже если практически все там шарлатаны, это будет интересно посмотреть - как они обманывают.

   Я делаю умоляющее лицо, и, то ли это, то ли моя последняя фраза заставляют бабушку задуматься.

   Через чашку кофе и две сигареты она изрекает:

   - Ладно, сходим завтра посмотрим, что там такое. Но если мне не понравится, сразу телепаем домой. Понятно?

   Я с готовностью киваю. Главное дело сделано - я ее туда практически затащила. А уж если моя неугомонная бабуля унюхает своим длинным носом что-то интересненькое, мне еще самой нужно будет потрудиться, чтобы ее из этого интересненького вытащить.

   Следующие полчаса мы с Дусей при помощи интернета, тапка и нецензурных выражений делаем мне справку об освобождении из мест заключения. Необходимость изготовления именно этого документа бабушка пояснила тем, что с паспортом мы можем что-нибудь напортачить, а такая справка встречается гораздо реже (во всяком случае, в телерадиокомпании), и так сразу сказать, что она поддельная, вряд ли кто сможет. А им для шоу так даже интереснее будет - колдунья-зечка.

   Процесс изготовления документа меня настолько занимает, что я не успеваю и слова молвить о том, что мы с ней можем пройти в любое место, наложив на что угодно кратковременную иллюзию.

   На следующее утро, часиков так в десять, мы уже у входа в телекомпанию "Терра". Она занимает часть жилого многоэтажного здания. Только вход отдельный - высокие такие раздвижные двери, возле которых курят несколько человек.

   Немного боязно. Все же, это не просто новый для меня опыт - это вообще нечто из ряда вон выходящее.

   - Не дрейфь, - бормочет Дуся, - сама напросилась.

   - Я не дрейфю.

   - А то я не вижу! Пошли уже, экстрасенсиха ты моя недоделанная!

   После чего она решительным шагом направляется в сторону "Терры".

   Романовский не обманул - нас, действительно, ожидали. Пожилой охранник повертел мою справку в руках и молча выписал пропуск.

   Дрожь в коленях усилилась. Если бы не Дуся, которая подталкивала меня в спину острым кулачком, я бы, наверное, развернулась и сбежала домой. И опыт мне не нужен.

   Десять минут блужданий по коридорам, и мы, наконец, получаем возможность лицезреть Романовского. Сегодня он не очень напоминает встретившегося нам вчера толстячка - он собран, деловит, говорит отрывисто. Дарит нам скоротечную улыбку и велит пройти по коридору направо к куаферу.

   - Это кто? - шепотом спрашиваю я у Дуси.

   - Это чтоб ты была покрасивше, - так же шепотом отвечает она.

   Вхожу в комнату, узкую, две стены которой обклеены зеркалами - немного криво, слегка неаккуратно, но все равно впечатляет.

   Маленькая белокурая коротко остриженная девочка с надменным лицом усаживает меня в кресло и тут же безапелляционно заявляет:

   - Вы будете брюнеткой!

   - Почему брюнеткой? - растерянно спрашиваю я.

   - Катерина Эрраде не может быть рыжей! Этому имени такой цвет не подходит. Вы непременно должны быть выкрашены в черный цвет.

   Я недоуменно кошусь на присевшую неподалеку на стульчик Дусю - та делает вид, что ничего не видит, ничего не слышит. Листает что-то.

   - Не хочу, - лепечу я, за что получаю полный негодования взгляд куафера. Я вижу его в зеркале.

   - Вы что, не понимаете, куда Вы пришли?! Это - телевидение. И если я говорю, что Вы будете брюнеткой, значит, Вы будете брюнеткой! - с напором произносит она.

   - Соглашайся, Катя, - ехидно произносит Дульсинея, - это же такой опыт.

   Неуверенно киваю. Спустя час на меня из зеркала смотрит малознакомая дама - она, кажется, старше меня