Демон (СИ) - Артем Петров

— Рад вас видеть.

Встать со стула Михаилу оказалось непросто. Робер действительно видел его. И запомнил последний образ в точности. В том числе и повязку на бедре. Вместе с протезом передвигаться мужчине было непросто, поэтому он пользовался тростью, достаточно ловко на нее опираясь.

К этому моменту внутрь вошли оставшиеся путешественники.

— Простите, что так вышло, — не давая ничего им сказать, быстро сказал профессор. — Гроссе не оставил мне выбора, пытаясь сбежать через портал. Но мы все уцелели и это главное…

— Некромантом оказался Ноттингемский! И ты об этом знал! — резко обрушился с обвинениями Уильям.

— Нет, Уильям, я не знал, — с нажимом прервал его тираду Хэммет.

Было видно по бледному лицу и слабому голосу, что он сильно утомлен. Рыжеволосая даже захотела дать бывшему крестоносцу подзатыльник и вывести всех отсюда. Но понимала, что если Михаил посчитает это необходимым, сделает сам.

— Меня обвели вокруг пальца. А также водили за нос. Очень долго… я подвел вас всех, дав ложный след. Прошу прощения.

В этот момент даже Салим на мгновение был готов навсегда отбросить слова де Сабле о Хэммете. Но все же не отбросил…

— Нам нужно всем обстоятельно поговорить. Но позже. Мы должны выбраться с островов, — после небольшой паузы огласил дальнейший план действия профессор.

К счастью, никто спорить не стал.

Броненосец, оснащенный новейшими паровыми двигателями, а также новой системой винтов, двигался с умопомрачительной для восемьдесят пятого года скоростью. Одно удовольствие было наблюдать, как нос судна рассекает водную гладь, стремящуюся поспешно разойтись, уступая дорогу вооруженному до зубов монстру.

Хэммет не стал долго томить каждого ожиданием. Ровно через сутки все собрались за большим столом, чтобы разработать дальнейший план действий.

На середине стола лежали четыре злополучных пластинки, на которые были устремлены взгляды каждого из присутствующих при разговоре.

Михаил курил припасенные Робертсом сигары. Сам капитан наслаждался хорошим вином. Остальные же воздержались от разных увеселений. Даже Уильям, любивший пропустить рюмку. У Салима же выработалось после той памятной ночи с двумя бутылками скотча стойкое неприятие к любым напиткам. Тем более, что поддавшись слабости, он пропустил весьма интересные события. На которые до сих пор нет точного ответа…

— Теперь у нас есть все пластинки, — начал разговор Виктор. — Осталось найти место, где они будут полезны. Благодаря Ангусу, я уже давно начал изучать места, где проводят раскопки или другие сложные работы торговые компании Гилена. Но нигде ничего подозрительного. Или я что-то упустил…

— Жан Жавер не стал бы прикрываться торговой компанией, если речь идет о деле в союзе с ангелом, — сделав глоток вина, сказал Барт.

— Значит, место скрыто, — сделал вывод Хэммет. — Тем более, что самого Гилена не видели достаточно давно. Предположу, что он там, где происходят нужные раскопки.

— Но прежде чем мы туда отправимся… — все-таки достал фляжку с алкоголем Уильям.

И уставился на нее, не поднимая ни на кого взгляд.

— …мне кажется, что вам нужно нам что-то рассказывать.

— В… подробностях, — сурово сказал Салим, тоже глядя куда-то в сторону.

— Имеет ли это значение? — поинтересовался Ангус, но не отговаривая, а, скорее, для проформы.

— Самое что ни на есть прямое, — поддержал сторонников правды Виктор, после чего удостоился от профессора ничего не значащего взгляда.

Возможно, ничего не значащего.

Катерина же молчала. Нет, ей хотелось знать правду. Но было достаточно и того, что Хэммет был здесь, с ними. Предлагал план действий, показывал путь. Без него все было словно в потемках. Не хотелось вновь испытать это чувство.

Пора было перестать врать себе…

— Кто такой Робер де Сабле? Вне официальной биографии, — спросил Уильям и отхлебнул из фляги.

Профессор начал историю не сразу. Салим подумал, что тот придумывает ложь получше. И, тем не менее, после первых слов сомнений в правдивости сказанного почему-то не осталось ни у кого.

— Я познакомился с ним во время начала Третьего Крестого похода. Я получил от одного из тогдашних друзей наводку, что на Святой Земле может быть что-то важное. Под видом простого рыцаря я вошел в орден Тамплиеров. Для моих целей требовалась небольшая армия. Мой карьерный рост был стремительным благодаря навыкам и нажитому опыту. Также пришлось устранить по дороге несколько командиров, — Хэммет поймал взгляд Уильяма. — Можете не сомневаться, они были полны пороков и отвратительно командовали крестоносцами. И стали добычей собственных слабостей. Вы хотели такую правду?

Но бывший крестоносец лишь вновь промочил горло, не желая вступать в дискуссию. Ибо хотел услышать всю историю до конца, какой бы она не была.

— Так вот. Я познакомился с Робером во время командования большим отрядом на Кипре. Тогда мы были одними из тех, кто собирались укрепить власть на острове во славу ордена, после того, как земля была куплена у Ричарда Львиное Сердце.

Голос Хэммета стал ощутимо тяжелее, вернулась преследовавшая его вчера слабость. Была даже некая потерянность и отрешенность. Такого Катерине видеть еще не приходилось.

— Де Сабле не был эльфов. Но родился и вырос где-то во Франции. Может, на Корсике. Или, может, он итальянец, я не вдавался в эти подробности. Авантюрист, каких поискать. В основном, промышлял наемничеством. Но был и прекрасным шпионом. Понимал политику, игру в нее. Человек разных талантов. И во многих превосходил меня. Мы многому научились друг у друга. Стали друзьями…

— Это поэтому… он… вас пощадил? — с изрядной долей цинизма спросил орк.

— Нет, совсем не поэтому, — профессор хладнокровно парировал колкости собеседника. — Но я вернусь к этому.

Его пальцы начали нервно теребить пуговицу на животе.

— Я доверился ему. Рассказал об ангеле, о своей цели. Он поверил мне сразу, без лишних сомнений. И без лишних сомнений присягнул мне на верность. Вдвоем двигаться по карьерной лестнице ордена Тамплиеров, что еще не достиг своего рассвета, оказалось гораздо проще. Де Сабле всегда умел управлять большими организациями, именно поэтому он стал во главе ордена, я же стал его правой рукой. Не вдаваясь в лишние детали, скажу, что наши поиски уже готовы были увенчаться успехом. Но… несколько фанатиков Саладина, нашего врага, не захотели мириться с поражениями. И одновременно пытались защитить свою реликвию.

Рука профессора заняла место на стуле, достаточно крепко сжав подлокотник.