Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

Кивнув ему головой в качестве приветствия, парень, передал ему привет от тысячника, потом добавил, что тот просил его зайти к нему домой завтра вечером.

— Большерукий просил передать, что у него есть к тебе интересное дело.

— Хорошо передай Зонтеру, что я буду у него завтра.

Большеруким здесь называли Зонтера. Ручищи, у которого были действительно знатные.

Чабо кивнул головой, и ловко перепрыгивая через канавы, поспешил прочь, придерживая левой рукой кинжал, висевший у него на бедре. Никитин задумчиво посмотрел ему вслед и пошёл обратно в дом.

— Похоже, моя спокойная жизнь заканчивается, — подумал он.

С крыльца на него с тревогой глядела Лима.

— Он просит меня завтра вечером быть у него.

Она медленно покачала головой. Вообще женщины, исходя из его жизненного опыта, обладали более мощными ясновидческими способностями, чем мужчины, вот и теперь он видел, что она почувствовала, что им предстоит вскоре расстаться.

Но она была женщиной своего времени. Мужчины здесь часто и надолго покидали своих жён и детей, и это было в порядке вещей этого мира.

День прошёл немного натянуто и грустно, дети чутко уловили настроение матери и играли очень тихо, только иногда беспечный детский смех прорывался наружу, но быстро затихал. Никитин тем временем закончил печку и с помощью местных мастеров вывел большой пустотелый ствол дерева, обмазанный глиной, за стену дома.

— Завтра можно будет уже провести пробный запуск. — Никитин довольно похлопал рукой по боку печки и погладил бронзовую плиту.

Поскольку бронза здесь была не так дорога, он заказал у кузнеца небольшую толстую плиту с двумя отверстиями и заглушками.

Кузнец долго чесал затылок, прикидывая, что за странную вещь заказал ему этот парень, в конце концов, принял заказ после небольшого торга. Сошлись на двух сотнях золотых, и теперь эта небольшая плита заняла предназначенное для неё место.

Надо добавить, что к тому времени, его частная собственность сильно разрослась и изменилась в лучшую сторону. Никитин любил основательный подход к любому делу. Прежде всего, он, пользуясь тем что, вокруг него было много ничейной земли принадлежащей городу, на окраине города землю раскупали очень неохотно, он прикупил еще немного земли вокруг и оградил её.

Таким образом, его участок увеличился раза в полтора. Дальше — больше, пользуясь тем, что цены на древесину из-за войны сильно упали и, закупив оптом тесаные брёвна, он задумал строить хороший двухэтажный дом.

Рабочая сила стоила здесь недорого, и со своими деньгами Никитин мог себе это легко позволить, и вскоре всё вокруг превратилось в строительный участок.

Вокруг его участка были вкопаны столбы высотой в человеческий рост, новенький частокол блестел в лучах местного солнца, Никитин даже раскошелился на древесный сок, которым покрывали дерево. Сок быстро подсыхал на солнце, герметизируя, таким образом, дерево, после чего о нём можно было смело забыть самое малое лет на десять.

Старый дом, тоже заметно изменился в лучшую сторону, рабочие перекрыли крышу и сделали новое крыльцо, а в глубине участка как на дрожжах рос новый дом. Всё вроде бы хорошо. Вот только суждено ли ему сюда обратно вернуться?

Прошлой ночью Никитин, спавший очень чутко, проснулся оттого, что Лима осторожно слезла со своей постели. Через некоторое время он, не открывая глаз, услышал её торопливый шепот, Никитин прислушался, Лима, положив руки на подоконник, шёпотом молилась богине, что бы она хранила его и, что бы он вновь вернулся к ней. Закончив, молиться женщина осторожно залезла под одеяло, и вскоре её тихое дыхание сказало ему, что она спит.

Утром его как обычно засосал водоворот повседневной суеты, часто приходилось подходить к строящемуся дому, что бы указать строителям на те, или иные недочёты в их работе. Рабочие к этому времени уже закончили крыть крышу толстыми похожими на бамбук полыми стволами, потом всё это промажут глиной с вязкой смолой и потом всё это, ещё раз, зальют густым водоотталкивающим слоем смолы. Черепицу к его огорчению местная промышленность пока не производила. С досками тоже была напряжёнка, ну не было здесь пока лесопилок.

В процессе строительства у строителей возникли проблемы из-за того, что Сергей захотел вывести трубу печи. Мастера так и не смогли понять, для чего это ему нужно было, но, как известно клиент всегда прав и эта проблема была решена.

О печах здесь никто не слышал, и все только пожимали плечами и втихомолку смеялись над чудаком-чужеземцем, но поскольку он платил, то мастера послушно делали, так как он требовал от них, тем более что за это им шла дополнительная плата.

Побродив по дому и указав мастерам на еще пару, не замеченных ранее, мелких недоделок он забрался на второй этаж. Отсюда степь виднелась очень хорошо и красиво, если бы не тонкие струйки дыма время от времени, встававшие на горизонте. Там всё ещё продолжалась война. Войску завоевателей, по отрывочным слухам, удалось захватить и поджечь несколько здешних городов, но под Тиной они застряли.

Мимо их города иногда проходили длинные караваны кочевников с добычей и пленниками, заставляя воинов торопливо закрывать городские ворота и глухо бить в гонг, но горожане только радовались этому, не понимая, что они могут быть следующей жертвой захватчиков.

А захватить город можно было довольно просто. Никитин как-то от скуки уже прикидывал такой вариант — строятся плоты, воины садятся на них и спокойно пристают к городу, где по берегам шёл низкий частокол, который местами уже покосился.

Место возможной высадки было довольно большим и, защитники никак не смогли бы организовать здесь нормальную линию обороны. Дальше всё было бы, как говориться делом техники. Техники больших масс махателей топорами.

Лима помахала ему рукой от их старого дома, привлекая его внимание, и крикнула ему, что завтрак готов. После завтрака, день плавно покатился по уже устоявшемуся расписанию, а к вечеру ему надо было идти к тысячнику.

К тому времени он уже достаточно освоился в городе, поэтому к дому Зонтера Сергей добрался самостоятельно. Около калитки его встретил уже знакомый управитель, который улыбнулся ему как старому знакомому и с почётом проводил к богато заставленному столу, где уже сидело человек сорок.

В самом конце стола кто-то призывно замахал ему рукой, приглашая к себе. Это оказался старый знакомый — Фитул. Несмотря на то, что его вынужденная остановка сильно затянулась, их пути за это время так и не пересеклись, да и откровенно говоря, Сергей не особо стремился сближаться с ним и его парнями.

Землянин, недолго думая, направился