Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ) - Шаман Иван

Джен обеспечивают город лекарственными препаратами, зерном и овощами. Секретные техники главной ветви позволяют выращивать по пять урожаев там, где другие кланы в состоянии получить только два. Ну а еще они снабжают все кланы боевыми стимуляторами, средствами релаксации и наркотиками. Это их способ контроля недовольных.

Хэй долгие века сотрудничали с нагами, разводили рыбу и торговали с теми, с кем, казалось бы, торговать невозможно. Их сила – в притоке нового на остров. Этот путь, трудный, опасный и крайне кровавый, позволил им подняться на самый верх, но получили свое место в совете они не даром. Благодаря засилью припасов от Хэй в прошлом году они закончили то что начали еще пятьсот лет назад и сейчас владеют всеми доходными домами Чщаси. Проще говоря они владеют всеми гейшами, актрисами и путанами острова.

Пинг главная сила острова. Армия, способная в одиночку уничтожить любой другой клан в открытом противостоянии. Их предводители ведут свою родословную от первых защитников императора прибывших на Гэге больше десяти тысяч лет назад. Теперь они куда более самостоятельны, но вот все остальные кланы, кроме, пожалуй, Фенг, не в состоянии выставить столько воинов сколько должны, а потому покупают жизни воинов Пинг. Те же в ответ берут долги не только деньгами, но и продуктами, вещами и детьми. Да, ты не ослышался, Пинг занимаются работорговлей и не видят в этом ничего плохого.

А мы, Гуй, всем этим заправляем. Мы сила, стоящая над системой. Мы обучаем всех детей в тайном дворце. Любой воин или герой которого ты можешь встретить – результат труда наших преподавателей. У нас нет прямой силы, но в то же время все нам обязаны, почти все помнят и любят своих первых наставников, а значит и доверяют нам.

Кроме того, благодаря твоим инициативам теперь Гуй имеют полноценный суд над всеми включая верховных владык и глав кланов. Что дает нам еще большую власть. Не говоря уже о том, что почти все счетоводы, торговцы, сборщики податей и прочие – из нашего клана. Ведь если торговать будет другой клан, с ним могут возникнуть проблемы, но никто не хочет ссорится с тем, у кого в заложниках его дети и единственное убежище в городе.

– Я об этом слышал, хотя не до конца поверил, когда господин Пинг Ченг признался, что они занимаются работорговлей, посчитал это шуткой.

– Да, хороша была бы шуточка. – усмехнулся декан. – Но я начал обо всем этом говорить не для того чтобы обличить главные кланы. Ты заметил, о чем я не говорил?

– О других кланах, не главных.

– Верно. Кроме пяти основных кланов в которых состоят больше восьмидесяти тысяч человек, существуют и все остальные. Их больше сотни, и о них нет никакого смысла даже говорить, слишком они мелки и малозначительны. Кроме разве что Ксу, выродившегося старшего клана кузнецов, которых до сих пор уважают, но в данный момент они почти ничего не могут. Металлов мало, топлива мало, они не в состоянии сделать хоть что‑то существенное и держаться только благодаря нескольким мастерам оружейникам, выполняющим эксклюзивные заказы.

Всевозможные кланы мастеровых, сапожников, вольных фермеров и прочих не слишком успешных людей. Есть племенные объединения, только для орков или только для эльфов. Но есть у них кое‑что общее – они находятся куда ниже в властной иерархии чем даже последний тысячник у Пинг или Джен. Они ничего не решают, да и не смогли бы при всем желании.

Хуже отношение только к изгоям – лишенным клана, объединяющимся не потому что вместе они составляют существенную силу, а потому что больше нет способа выжить. Такие личности по‑настоящему жалки. Ни один приличный торговец не будет работать с изгоями, ни один фермер не продаст им продукты или скотину. Так что у тебя есть три недели чтобы решить кто же ты сам. И я тебе настоятельно рекомендую вернуться в Гуй. Чтобы встать выше всех.

– Спасибо за совет… господин Гуй Шунюан. – сказал я, но кланяться пока не стал. – Я обязательно обдумаю ваше предложение. Уверен, и у других кланов есть свое виденье этой ситуации. Все же не каждый век на острове появляется чистый овладевший всеми тремя путями на уровне воина в двенадцать лет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Да, тут ты прав. – улыбнулся декан. – Именно поэтому я вообще с тобой вожусь, а не выставил за дверь при первом приближении. Уверен, будь на моем месте старина Шен, он придумал бы как сыграть на твоей нерешительности, но у меня другой склад характера. Я тебя просто предупредил, что дальше – решать только тебе.

– Еще раз благодарю. – кивнул я. Интересно, а такой кивок за поклон можно считать? – Но у меня остался еще один вопрос. Оружие, которым я сражался вместе с остальными против каменной горгульи. К сожалению, я потерял сознание до того, как сумел его вытащить из пасти монстра, но мне хотелось бы получить его назад. Если это конечно возможно и легендарное чудище мы убили. Оно уцелело после схватки?

– Все оружие – нет. – ответил, садясь на ректорское место Шунюан. – Но я понимаю, о чем ты говоришь. Передаваемый из рук в руки приз. Жезл, который каким‑то чудом оказался действующим артефактом.

– Он работает только в моих руках. – на всякий случай решил уточнить я.

– Ты почти прав, Вал. – кивнул декан. – Чтож, он сохранился. Ты найдешь его в хранилище академии, вместе с остальными вещами. И это еще одна привилегия Гуй, единственное хранилище в городе которое невозможно ограбить. Можешь иди, искать себе мастера. Но помни, в течении месяца ты должен определиться с кланом. А, и еще кое‑что. Ты сам будешь собирать свой отряд для тренировок на стене. Золото, серебро среди адептов и медь среди воинов. Но выбор они должны сделать сами. Посмотрим, чего ты сможешь добиться без поддержки академии.

Глава 27

– Добрый день. – поздоровался я с сидящим за толстой металлической решеткой служащим. – Мне нужно осмотреть свою ячейку в хранилище. Валор, возможно указан как Фенг Валор. Открывали вместе с Джен Хироши.

– Что значит возможно? – поднял на меня глаза чиновник. – Мы не открываем хранилища для неизвестно кого, а если вы изменили клан – предоставьте бумаги о прошлом владении. Клановое же хранилище станет для вас недоступно, пока вы не подтвердите свою личность.

– Вы блин шутите? – ошалело проговорил я. – Много у вас Валоров, победителей большого пятилетнего турнира? Как можно меня не знать?

– Слушайте, я понятия не имею, о чем вы говорите, и, если честно, мне плевать. Нужен доступ к хранилищу – подтвердите свою личность, возьмите справки. А будете возмущаться – я вызову охрану, они вам быстро объяснят, как себя надо вести в общественном месте.

– Вот как? И много у вас героев среди охранников? – я откровенно усмехнулся, представляя, как стражники будут пытаться меня угомонить. Особенно под действием ока урагана.

– Меня одного вполне хватит. – пожал плечами чиновник, и привстал, показывая четыре пояса. Мда, это серьезно, с героем Юань‑ци я пока не справлюсь. Даже с бронзовым.

‑‑ Да что за… – пробормотал я, с трудом беря себя в руки. – Хорошо, что вам нужно? Бумаги от декана о том, что я это я вам будет достаточно?

– Нет, я принимаю документы только с подписью ректора. – еще более нагло улыбнулся чиновник и у меня возникло стойкое желание воткнуть в его ухмыляющуюся рожу меч, по самую рукоять.

– Давайте подходить разумно. Ректор на фронте, когда он вернется в академию никому неизвестно…

– Это уже не мои проблемы. Вы даже не знаете какая ячейка вам принадлежит и на кого оформлены документы о владении. – пожал плечами служащий. – К тому же не проявляете никакого уважения ко мне, старшему. Из‑за таких выскочек наше общество обречено на деградацию и развал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Вот как. Хорошо. В таком случае я расторгаю договор на хранение. Более плата за мою ячейку поступать не будет. Я так же аннулирую договор с академией на обучение ваших студентов и плату в эликсирах. И посмотрим, что ректор вам скажет, когда выяснится, что академия по вашей вине недополучила больше тысячи эликсиров за год. Прежде чем грубить, думайте с кем вы разговариваете, а если не принадлежите к одной из старших ветвей или не являетесь главой клана засуньте свой язык в жопу.