Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

момент с левой стороны показался Двуглавая змея Се Чжэнь, с правой – Двухвостый скорпион Се Бао, а сзади на отступающих обрушился «Маленький Ли Гуан» Хуа Юн. В темноте Се Чжэнь сразу же пронзил своей рогатиной Цзэн Со, и тот замертво повалился с коня. В тот же момент кругом зажглись огни. Из-за лагеря донеслись крики, и одновременно с востока и запада войска Сун Цзяна стали теснить противника. Все смешалось, бой продолжался до полуночи. Ши Вэнь-гуну с трудом удалось пробить себе дорогу и вернуться обратно.

Трудно выразить словами то отчаяние, которое охватило старого Цзэна, когда он узнал о гибели Цзэн Со. На следующий же день он попросил Ши Вэнь-гуна написать письмо о том, что они сдаются. А так как Ши Вэнь-гун и сам был сильно напуган, то сейчас же исполнил его просьбу. С этим письмом в лагерь Сун Цзяна был срочно отправлен человек. Когда Сун Цзяну доложили о том, что из Цзэнтоуши прибыл гонец, он приказал ввести его. Посланец вручил Сун Цзяну письмо. Вскрыв конверт, Сун Цзян начал читать. Вот что там было написано:

«Начальник городка Цзэнтоуши – Цзэн Нун – склоняет свою голову перед славным знаменем главнокомандующего Сун Гун-мина. Мои неразумные сыновья, полагаясь на свои скромные силы, позволили себе отбить ваших коней и тем самым оскорбить ваше достоинство. Еще до этого, когда Небесный князь Чао Гай приходил сюда из лагеря, мы должны были выразить ему свое повиновение. Но, к сожалению, один из бойцов пустил в него стрелу и сделал нашу вину во сто крат тяжелее. Отрицать ее мы уже никак не можем. Однако, хорошенько поразмыслив, я скажу вам, что все получилось против нашего желания. Сейчас мои упрямцы уже мертвы, и я посылаю к вам гонца с просьбой о мире. Если вы окажете нам такую милость и выразите согласие прекратить боевые действия, то я готов вернуть вам всех коней и вдобавок к этому вознаградить ваших бойцов всех трех отрядов золотом и парчой, чтобы избежать потерь с обеих сторон.

Почтительно обращаясь к вам с настоящим письмом, молю вас ознакомиться с его содержанием и сообщить о вашем решении».

Окончив чтение, Сун Цзян в гневе изорвал письмо и с возмущением сказал:

– Они убили моего уважаемого брата. Разве могу я оставить это дело так? Я тогда лишь успокоюсь, когда сровняю с землей последнюю постройку этого города.

Услышав это, посланец, дрожа от ужаса, повалился на землю. – Вы не правы, уважаемый брат, – вступил в разговор У Юн. – Мы начали эту борьбу потому, что и та и другая сторона затаили зло друг против друга. Но раз Цзэн прислал к нам гонца с письмом и просит о мире, то мы не можем из-за минутного раздражения нарушать великий принцип справедливости!

Он тут же написал ответ, достал десять лян серебра, дал в награду посланцу и отправил его с ответным письмом.

Вскрыв конверт, Цзэн прочитал следующее:

«Я, главный начальник лагеря Ляншаньбо – Сун Цзян, собственноручно пишу этот ответ начальнику Цзэнтоуши – Цзэн Ну- ну. С древних времен известно, что государство, которое не пользуется доверием, обречено на неизбежную гибель; человек, который не знает чести, должен умереть; не честно нажитое богатство быстро уходит, а полководец, лишенный храбрости, неизбежно терпит поражение. Все это закономерно, и ничего удивительного здесь нет. Между Ляншаньбо и Цзэнтоуши никогда не было вражды. Каждый из нас жил, придерживаясь установленных границ. А причиной возникшей между нами ссоры, несомненно, является то зло, которое вы необдуманно причинили нам. Если вы хотите заключить с нами мир, тогда верните нам лошадей, которых вы у нас дважды захватывали, и выдайте злодея Ю Бао-сы. Кроме того, вы должны также вознаградить наших бойцов за труды золотом и шелком. И если вы искренне хотите мира, то должны неукоснительно выполнить все эти условия. Но не вздумайте нарушить хоть одно из них. В этом случае мы будем действовать по-другому!»

Старый Цзэн передал письмо Ши Вэнь-гуну, чтобы тот прочитал его. Оба они были глубоко встревожены и опечалены. На следующий день старый Цзэн снова отправил гонца и поручил ему передать, что если они желают получить Ю Бао-сы, то пусть и со своей стороны вышлют заложников.

Тогда Сун Цзян и У Юн тотчас же отправили в Цзэнтоуши Ши Цяна, Ли Куя, Фань Жуя, Сян Чуня и Ли Гуня – всего пять человек. Перед их уходом У Юн подозвал к себе Ши Цяня и на ухо сказал ему, что делать, если произойдут какие-нибудь изменения.

Мы не будем рассказывать вам о том, как эти пять человек ехали в лагерь Цзэна, упомянем лучше, что Гуань Шэн, Сюй Нин, Шань Тин-гуй и Вэй Дин-го в это время подоспели на помощь и расквартировали своих бойцов в лагере Сун Цзяна.

Между тем Ши Цянь со своими четырьмя приятелями прибыл в лагерь старого Цзэна. Тут он выступил вперед и сказал:

– По приказу нашего уважаемого начальника я, Ши Цянь, вместе с Ли Куем и остальными братьями прибыл к вам для переговоров о мире.

– Раз У Юн послал сюда пять человек, значит, он что-то задумал, – заметил тут Ши Вэнь-гун.

От этих слов Ли Куй сразу же пришел в ярость и, схватив Ши Вэнь-гуна, стал избивать его. Старый Цзэн поспешил вмешаться и принялся увещевать Ли Куя. Но Ши Цянь в этот момент сказал:

– Ли Куй хоть и грубый парень, однако он один из самых близких людей нашего уважаемого начальника Сун Цзяна. Вот он и прислал Ли Куя специально для того, чтобы у вас не возникло каких-нибудь сомнений!

Старый Цзэн искренне хотел договориться о мире и потому не стал слушать Ши Вэнь-гуна, а приказал приготовить для гостей вино и угощение. Затем он пригласил их отдохнуть в лагере, расположенном в монастыре Фахуасы, и выделил им пятьсот человек для охраны, которые окружили их плотным кольцом.

Затем он отправил для переговоров о мире к Сун Цзяну Цзэн Шэна с Ю Бао-сы. Их провели прямо в центральный лагерь. Там они представились, после чего возвратили лошадей, а также передали золото и шелка, привезенные на повозке. Осмотрев все это, Сун Цзян сказал:

– Этих лошадей вы захватили в последний раз. Но почему я не вижу коня, которого еще раньше увел Дуань Цзин-чжу, того, что похож на молодого дракона и называется «Конь, светящийся ночью, как лев из нефрита»?

– На этом коне ездит наш наставник Ши Вэнь-гун, поэтому мы его и не привели, – отвечал Цзэн Шэн.