Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

— Центральная больница… — Доктор называет адрес нужной больницы. — От сюда ехать не очень долго.

— Знаю-знаю… — задумчиво отвечает Терренс, тут же сообразив, что написать в сообщении для Хелен с Джессикой. — Спасибо большое.

Врач, который только что поговорил с Даниэлем и Терренсом, кивает и переводит взгляд на еще двоих врачей, которые проверяют сердцебиение и кровяное давление Питера, на лицо которого один из них уже успел надеть кислородную маску.

— Перекладывайте его на носилки, ребята! — командует врач. — И побыстрее! У него огромная потеря крови. Каждая секунда сейчас очень важна.

Врачи быстро заканчивают что-то делать, осторожно перекладывают Питера на уже заранее приготовленные носилки и выносят его из квартиры, пока их коллега, говоривший с Даниэлем и Терренсом, собирает все медицинские инструменты в небольшой кейс, который закрывает и забирает с собой.

Все это время МакКлайф и Перкинс с ужасом во взгляде наблюдают за тем, как врачи уносят их друга на носилках. Также друзья быстро отмывают руки от крови, что осталась на их руках, и расходятся. Пока Даниэль идет в коридор, снимает с крючка свою куртку и надевает ее, Терренс пулей закрывает все окна, которые открывал некоторое время назад, а затем направляется к своему другу, достав телефон и начав набирать сообщение для Хелен и Джессики.

— Черт возьми, Терренс, да оторвись ты наконец от этого чертового телефона! — немного сухо бросает Даниэль, взяв с небольшой тумбочки дубликат ключей от квартиры Питера, которыми собирается закрыть ее. — Нашел время проверять свои аккаунты в соц. сетях и выискивать людей, которые пишут тебе комплименты.

— Не ворчи, я пишу сообщение для Хелен с адресом больницы, — не отрывая взгляд от телефона и набирая сообщение, спокойно отвечает Терренс. — Неужели ты думаешь, что я настолько зациклен на себе, что стал бы в такой ужасный момент заниматься этим?

— Да я не удивлюсь. Только врачи унесли носилки с нашим другом, как ты сразу же полез в телефон. Ты еще напиши Ракель какое-нибудь пошлое SMS и попроси ее развлечь тебя сегодня вечером.

— А ты как будто не мечтаешь о том, как Анна ублажила тебя.

— Ну в отличие от тебя, слишком уж зацикленным на своей любимой персоне, я хоть немного думаю о том, что произошло, и черт знает как хочу, чтобы блондин выжил.

— Если думаешь, что мне сейчас легко, ты глубоко ошибаешься! — оторвав свой взгляд от телефона и резко переведя его на Даниэля, раздраженно, громко отвечает Терренс. — Я бы ни за что не поехал сюда, если бы мне было все равно на то, что происходит с Питером.

— Ох, ладно-ладно, извини-извини… — приподнимая руки перед собой, гораздо спокойнее отвечает Даниэль. — Нервы ни к черту… Не могу найти себе места… И не был готов к подобному…

— Как будто я предвидел что-то подобное… — Терренс отправляет сообщение для Хелен, и Джессики и кладет телефон в карман своей куртки.

— Боюсь, это лишь начало… — Даниэль закрывает квартиру Питера на ключ после того, как они с Терренсом покидают ее. — Неизвестно, что нам скажут врачи, когда осмотрят Питера.

— Согласен. И думаю, мы еще не скоро сможем вернуться домой. Надо предупредить Ракель и Анну, где мы находимся, чтобы они не переживали.

— Да-да… — задумчиво произносит Даниэль, проведя рукой по своим взъерошенным волосам. — Я поговорю с Анной и скажу ей, что, возможно, вернусь домой очень поздно, когда мы приедем в больницу. Или по дороге позвоню… Не знаю… Посмотрю…

— Я тоже поговорю с Ракель, когда мы прибудем туда… Вот мозги встанут на место, тогда и позвоню.

Пока врачи, держащие на носилки с бессознательным Питером, уже вышли из здания, где находится квартира блондина, Терренс и Даниэль покидают его только сейчас. Какие-то люди, проходящие мимо них, оглядываются на машину скорой помощи и с интересом наблюдают за происходящим.

— Надо будет потом убрать из ванной комнаты всю кровь, — говорит Даниэль, садясь в машину после того, как Терренс открывает ее с помощью ключа. — Прибраться… Постирать одежду… Выбросить все сломанное…

— Нет уж, приятель, тебе находиться там противопоказано, — уверенно отвечает Терренс, садясь на водительское сиденье. — А иначе придется вызывать тебе неотложку, если ты решишь еще раз отключиться.

— Прекрати говорить глупости! — хмуро бросает Даниэль, закрыв за собой дверь и пристегнув ремень безопасности. — Нашел время шутить!

— Я серьезно, чувак! — Терренс тоже закрывает дверь, и вставляет ключ в замок зажигания. — Ты же в одно мгновение побледнел после того, как увидел кучу крови.

— Эй, я не боюсь крови! — возражает Даниэль. — Просто в этот раз ее было очень много. Я просто не был готов к тому, что увижу то, что можно увидеть только в фильме ужасов. Ну или в Хэллоунскую ночь…

— Да, Перкинс, ну ты реально поразил меня. Не думал, что ты падаешь в обмороки при виде крови. Такой самоуверенный и наглый, а боится какой-то крови…

— Я не падаю в обмороки при виде крови! Прекрати придумывать! Мне просто стало дурно от тех запахов, которые стояли в квартире. Вот и закружилась башка и затошнило.

— Приятель, я все прекрасно видел, — уверенно отвечает Терренс, пристегивая ремень безопасности и ожидая момента, когда карета скорой помощи выедет на дорогу первой. — Если бы я тебя не встряхивал и не прикрикивал, то Пит бы точно не дождался твоей помощи. И валялся бы без сознания черт знает сколько.

— Ох, Терренс, да чего ты бываешь надоедливым… — устало стонет Даниэль. — И упрямым как осел… А еще на Ракель ругаешься.

— Можешь отпираться сколько угодно. — Терренс решает достать бутылку воды из отсека на двери со стороны водителя и выпить немного воды, которая приятно увлажняет его горло. — Но теперь-то я знаю твой маленький секрет — ты боишься крови и падаешь в обморок, когда видишь ее.

— Между прочим когда я должен был сдавать анализ крови, то мог спокойно смотреть на нее и видел, как ее переливали в какую-то емкость.

— Подожди, Даниэль, вот когда Питер пойдет на поправку, я спрошу, знает ли он про твой страх крови. — Терренс плотно закрывает бутылку с водой и кладет ее обратно в отсек. — А если нет, то думаю, я могу дать ему повод немного поиздеваться над тобой в отместку за то, что ты ржал над ним.

— Прекрати уже быть занозой в заднице, — хмуро бросает Даниэль, скрестив руки на груди. — Мне с тобой придется провести еще черт знает сколько. И если продолжишь отпускать в мою сторону всякие глупые шуточки, я не могу дать гарантии, что ты доживешь