'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

всех миссией. Но раз мне выпал такой шанс, то я не буду бежать… я буду сражаться! И видимо из–за этого я кое–что напомнил Каргель. В её голове пробежали былые времена, когда она была Повелителем Вершителей. Она знает, что такое, взвалить на свои плечи волю своего народа… потому она впервые улыбнулась мне, убрав свою кровожадность.

Каргель убрала меч в ножны, и сёстры направились в мою сторону, вновь начав говорить про стигмы:

— Стир — первая стигма — свет!

— Тильман — вторая стигма — сила…

— Иман — третья стигма — пространство!

— Гадаган — четвёртая стигма — прорицание…

— Мадор — пятая стигма — вездесущество!

— Альдебаран — шестая стигма — мироздание…

Я пошёл к ним на встречу, сжав кулаки до скрежета.

«Ал⁈ А как же источник⁈»

«Успокойся, Брат… лучше его сейчас не трогай. Алестер осознал свою слабость, а это многого стоит… нам лишь и остаётся, что наблюдать…»

Как расстояние между нами стало два метра, каждый пошёл в атаку на сверх–скорости. Как мы друг в друга врезались, возник всплеск ударной волны. Мой кулак въелся в лицо Каргель, а её удар настиг мой торс. Мариат ударила с ноги в мою грудь.

Меня отбросило назад, но сёстры не остановились. Они сблизились со мной, и мы, вспышками света, как вездесущие существа, атаковали друг друга в безумном танце.

Я не могу отбить их общую атаку. Сёстры практически двигаются плечом к плечу, нанося по мне шквал ударов. Не могу толком защититься… я лишь бью в ответ, не смотря на то, что моё тело покрывается рваными ранами и из меня хлещет кровь.

Планета покрылась гигантскими расщелинами. Земля пытается самоизлечиться, но выходит у неё это с трудом.

При каждом ударе, Сёстры повторяли:

— Стир — первая стигма — свет!

— Тильман — вторая стигма — сила…

— Иман — третья стигма — пространство!

— Гадаган — четвёртая стигма — прорицание…

— Мадор — пятая стигма — вездесущество!

— Альдебаран — шестая стигма — мироздание…

Мир Вершителей покрылся огнями белой и черной ауры. Город обращался в крошку от каждого нашего удара.

Сжав зубы, я кричал как дикий зверь, уже даже не обращая на боль никакого внимания. В моей голове поселилось самое настоящее безумие. Тело только и успевает самовостанавливаться, как его вновь разрывают удары Каргель и Мариат.

Я схватил Мариат за лицо, и с дикими воплями, выпустил из руки водоворот — золотая молнию, вокруг которой закручивается круг фиолетового огня. Её голову и часть торса расщепило на атомы, а тело отнесло вдаль.

Каргель обрушила на меня чёрно–белую ауру, пытаясь вколотить меня в землю. Я ответил ударом на удар, и наши кулаки сошлись в противостоянии. По всей планете растянулись огни ауры, что напоминают исполинские шипастые тёрна. Щупальца Каргель ожили, и хотели вонзиться в мою плоть, но получили сопротивление от моих щупалец, и они начали давить друг на друга, как наши кулаки.

От нас с Каргель начали исходить белые волны энергии, что выглядели как рябь. Оплавленное лицо девы озарили огни негодования, когда она узрела, что её рука начала покрываться ранами, а кость ломаться. Но больше её ужаснул мой лик… моё искажённое от безумия лицо. Я всем видом давал намёк, что мне плевать на боль. Я должен победить, и меня ничего не остановит!

Я надавил на кулак девы с новой силой, и выиграл это перетягивание каната. Перенаправил атаку вниз и ноги Каргель исчезли. Сел на неё сверху, плотно прижав её спину к земле. Поднял кулаки, и с диким рыком вонзал в её голову костяшки, наблюдая, как её и так обезображенное лицо мнётся и ломается, покрываясь новыми ранами.

Я застыл, так как из лица, что больше напоминает фарш, прорвался слабый голос:

— Стир — первая стигма — свет… Тильман — вторая стигма — сила… Иман — третья стигма — пространство… Гадаган — четвёртая стигма — прорицание…

— Мадор — пятая стигма — вездесущество… — возник голос Мариат сверху.

Поднял взгляд, уже наблюдая как на меня летит лезвие исполинского меча из белой ауры, что направила на меня воскресшая Мариат.

Я хотел ухватиться за линию пространства, да вот за мои руки резко схватилась Каргель, опустив их вниз. И она закончила:

— Альдебаран — шестая стигма — мироздание…

В меня вонзился меч белой ауры, отбросив вдаль и оставив на моём теле рваную рану, отчего напоказ открылись мои внутренности и бьющееся сердце.

Сила удара, поражала воображение. Такой атакой, я мог бы спокойно убить Фамольгала. Планета восстанавливается, но уже начала выпускать из себя куски земли в виде летающих островов.

Я рухнул на колени. Дышать тяжело. Из торса бьёт фонтан крови. В глазах двоиться.

Раздался голос Сестёр. Они зависли в воздухе, и вновь прижались ладонями друг к другу. Их крылья закрыли планету тенью, а от их тел высвободился заряд ауры, что прошлась по всей планете плотной волной. От этой силы, моё тело начало покрываться трещинами, а кожа обращаться в пепел. Они вытянули перед собой свободные руки, и перед ладонями возникло золотое солнце с белыми и черными шипами, следом внутри показалось лиц чудовища, что раскрыв пасть, завыл так, что меня оглушило. Они… хотят решить всё одним ударом.

И они вновь заголосили:

— Стир — первая стигма — свет!

— Тильман — вторая стигма — сила…

— Иман — третья стигма — пространство!

— Гадаган — четвёртая стигма — прорицание…

— Мадор — пятая стигма — вездесущество!

— Альдебаран — шестая стигма — мироздание…

Лицезря, и ощущая, насколько могущественна эта атака, мои руки начало потряхивать от страха.

В мыслях послышался голос Баркота и Асов:

«Ты слаб, Щенок!»

«Как ты можешь даже думать о победе⁈»

«Твой Свет слишком тусклый…»

«Если я вас отпущу, вы станете сильнее?»

А следом в мыслях возникли друзья, Амедео, Скот и весь мой народ, что ждёт моего возвращения.

Я глубоко вдохнул носом и успокоил мысли. Устремил взгляд на атаку, что вот–вот упадёт прямо на меня.

— Стир — первая стигма — свет! — меня покрыла белая аура, — Тильман — вторая стигма — сила… — по всему телу распространились линии благодати, что ознаменуют мою силу Смерти, — Иман — третья стигма — пространство! — ухватился за золотую линию, но не стал перемещаться, просто соединился с потоком, — Гадаган — четвёртая стигма — прорицание… — сосредоточил ауру в глазах, видя последующие шаги своих врагов, а так же свои действия. Я почувствовал эту силу, когда Каргель чуть не отрезала мне голову… я увидел это в секундном видение, — Мадор — пятая стигма — вездесущество, — из моей головы начала выходить белая рябьчатая аура.

И в этот момент, внутри меня словно что–то щёлкнуло. Словно кто–то запустил мотор. Из моего тела вышел белый сгусток ауры, что вырвался к просторам космоса и за его пределы. Тело окрепло. Стало твёрже и могущественнее. Белые волосы выросли до копчика, и начали парить на уровне плеч. Из моих глаз вырвались Стигмы, что соединившись, образовали нимб, что теперь парит над моей головой. Белые изображения лент на руках начали мерцать:

«Ахринеть!!! Эта сила!!! Она…. Я щас взорвусь!!!» — завыл Мефисто.

«Черпай её, Брат!!! Поглоти, и обуздай!!! Мы едины с Алестером, и потому можем эволюционировать!!! Я это чувствую!!!» — злобно засмеялся Вельзевул, хотя слышно по голосу, что ему больно.

Руки вспыхнули голубым и зелёным огнём, что вмиг обратились в алый огонь, а следом в фиолетовый. Преобразование огней продолжилось, и родился новый цвет — ярко золотой. На кулаках показались демонические лица с широкими улыбками.

— Вмажим им!!! Ахринеть меня силушка разрывает!!! Ха–Ха–Ха!!! — завыл Вельзевул.

— Давай, Ал!!! Ударим вместе!!! — смеялся Мефисто в такт брату.

Невероятно… глаза пылают силой, тело испускает жар солнца. Вся планета, в ту же секунду, покрылась коркой золотого льда, хотя я этого даже не планировал. Сила бьёт из меня, подобно магме, что вырывается наружу из кратера вулкана.

Я поднял руки, выставив ладони в сторону сестёр. Выпустил заряд белой ауры, закачав в неё силу Смерти и жар золотого огня от Мефисто и Вельзевула. Я создал подобный шар энергии, как и сёстры. И вот, время настало… пора решить, кто же сильнее.

Мы атаковали синхронно. Два сгустка ауры врезались друг в друга, высвободив дугу света, что прошлась по всему космосу. Так как за пределами барьера время застыло на месте, я увидел, как вселенная покрылась разрезами, и больше теперь напоминала пазл, что разбросали в разные стороны, тем самым нарушив цельность картинки.