Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Электромиографию уже провели, — кивнул Асакура Джун. — Но вы сами понимаете, что для подтверждения диагноза нужно провести ещё несколько дополнительных обследований. Понаблюдать за изменением тонуса мышц в динамике. Они ведь не сразу атрофируются.

Не сразу — это правда. Какое-то время человек ещё может двигать конечностями. Потом они начинают ослабевать, и в конце концов он полностью теряет возможность пользоваться определёнными группами мышц.

— Но по моему опыту, Кацураги-сан, — добавил Асакура Джун, — с диагнозом мы не ошиблись. Это точно боковой амиотрофический склероз. Жаль только, что пациент обратился к нам позже, чем следовало. Скорее всего, эти симптомы беспокоят его уже полгода. Если бы мы приступили к лечению в самом начале, нам бы ещё удалось продлить ему жизнь. Но теперь шансы слишком низки.

— Что ж, будем надеяться, что мы где-то ошиблись, и пациент выживет. Такую вероятность тоже исключать не стоит, — произнёс я.

Специально посеял в Асакуре сомнения на тот случай, если мне вдруг удастся излечить монаха. Тогда невролог просто решит, что изначальный диагноз был ошибочным. А вариантов, почему так себя повела нервная система пациента, довольно много.

Временное нарушение кровообращения в спинном мозге, транзиторная ишемическая атака, микроинсульт — и так далее.

Так что я могу спокойно пользоваться своей магией, не опасаясь, что меня раскроют. Единственное, что меня напрягает, это способность Дамато Кутэя, которую упомянул Асакура Джун. Если он и вправду умеет предсказывать, ему не составит труда определить, чем в итоге закончится процесс лечения.

Более того, он также поймёт, что я сам обладаю необычными способностями.

Закончив обсуждать пациента с Асакурой, я прошёл в палату, где лежал Дамато Кутэй.

Главному монаху было всего пятьдесят пять лет, но выглядел он даже старше, чем Кикуока Горо. Очевидно, это заболевание так его потрепало.

Дамато лежал на правом боку, поскольку скрюченные ноги не давали ему расположиться ровно на спине. Хотя, подозреваю, что его специально разместили в такой позе, чтобы он случайно не захлебнулся пищей или слюной.

Из-за заболевания «БАС» запросто может произойти паралич дыхательных или глоточных мышц. Это осложнение является одной из частых причин смерти таких пациентов. Пища попадает в трахею, перекрывает дыхание и наступает смерть из-за асфиксии.

— Здравствуйте, Дамато-сан, — поприветствовал пациента я. — Асакура-сан сказал, что вы можете разговаривать. Вам будет удобно, если я опрошу вас ещё раз, а затем проведу дополнительный осмотр?

Спросить об этом было необходимо. И дело даже не в том, что у пациента может пропасть физическая возможность вести беседу. Часто из-за «БАС» больные становятся эмоционально лабильными. Их бросает то в смех, то в слёзы. Поэтому в какие-то моменты их лучше лишний раз не беспокоить.

Однако у каждого это заболевание протекает индивидуально. Составить чёткий список симптомов, которые опишут каждого больного, практически невозможно.

— Конечно, Кацураги-сан, — медленно окинув меня взглядом, прошептал он. — Я ждал вас.

— Асакура-сан меня предупредил, что вы откуда-то узнали о моём приходе. Скажите честно, вам рассказал Кикуока-сан? — поинтересовался я.

— Нет, Кацураги-сан, я «видел» это. Давайте не будем скрывать друг от друга наши тайны, если вас устроит такое общение, — произнёс он. — И нет, не думайте, что Кикуока-сан рассказал мне о ваших способностях. Я сам их увидел. Но никому об этом ничего рассказывать не стал. И не стану.

Сразу перешёл к делу! Это хорошо. Такой расклад меня устраивает. Не хочется прыгать с темы на тему, притворяясь, что мы оба не понимаем, о чём идёт речь.

— Так значит, вы действительно умеете предсказывать будущее? — спросил я.

— Умею, Кацураги-сан. Очень редко и обычно далеко моё видение не забирается.

— Тогда, может быть, имеет смысл проверить, как изменится ваше состояние в скором времени? — спросил я. — И вообще, почему вы свою болезнь не предсказали в таком случае? Могли бы обратиться в клинику гораздо раньше.

— Своё будущее я не вижу. И сейчас у меня слишком мало сил, чтобы увидеть что-то помимо редких обрывков, — ответил Дамато Кутэй. — Однако, когда меня везли в эту клинику, на долю секунды я посмотрел на себя вашими глазами. И понял, что вы ко мне заглянете. Но чем закончится наша встреча мне неизвестно.

Похоже, передо мной пациент, от которого нет смысла скрывать свои способности. Он и так уже всё знает. Но за сохранение моей тайны я спокоен. Монахи не относятся к людям, стремящимся распространять слухи. Кикуока Горо никому ничего не рассказывал с момента нашего знакомства. И другие монахи, которых мне приходилось лечить, тоже держат язык за зубами.

— Скажу вам прямо, Дамато-сан. Шансы излечить ваше заболевание моей силой не высоки. А если её и вовсе не использовать, полностью доверив вас сотрудникам неврологического отделения, тогда они и вовсе стремятся к нулю. Эта болезнь неизлечима. Единственное, что мы можем сделать, постараться замедлить её прогрессирование, — объяснил я.

— Кацураги-сан, я полностью вам доверяю, — сказал он. — Мы с вами ни разу не встречались, но я обращал внимание, как часто вы посещаете наш храм. Уж простите, но несколько раз я даже пользовался своими возможностями, чтобы понаблюдать за вашим будущим. Вы многое сделали для своих пациентов, для нашего храма и, в частности, для Кикуоки Горо. Не так давно вы подарили ему возможность пройтись по священному пути Будды в Индии. Вы, наверное, и сами представить не можете, какой это подарок для Кикуоки-сан и для всего нашего храма. Мы до сих пор каждый день слушаем его истории после этого путешествия и рассматриваем фотографии священных мест. Поэтому, даже если вам не удастся мне помочь, я всё равно буду благодарен вам во всех своих последующих жизнях. В ком бы я ни переродился.

Чудно всё-таки слышать такое. В буддизме верят в реинкарнацию, но никто из моих знакомых монахов даже не подозревает, что я сам пережил нечто подобное. К счастью, Дамато Кутэй не может видеть прошлое. Тайну о своём пришествии из другого мира я бы не хотел говорить никому.

— Рад, что смог помочь вашему храму, — следуя правилам приличия, поклонился я. — А теперь давайте перейдём к делу. Я сделаю всё, чтобы помочь вам.

Дамато Кутэй замолчал, а я приступил к работе. Мой «анализ» пронёсся через все его мышцы, спинной и головной мозг. Я рассмотрел каждый повреждённый нейрон.

Печальная картина. Особенно если учесть, что монах ничем не заслужил такого заболевания. К примеру, пациенты с