Плоды проклятого древа - Demonheart

в движение еще до того, как осознал происходящее, словно доспех принял решение за меня, и импульс двигателей выбросил меня сквозь стекло под хлещущий ливень. За один выдох «крылья» Адаптивного Волнового Подавителя развернулись у меня за спиной во весь немаленький размах.

Базовый режим излучения, настроенный на собственную частоту воды. Я все-таки успел его закончить.

«Крылья» перестроились в требуемую конфигурацию и ослепительно засияли от проходящей через них энергии. Испускаемое ими излучение сформировало что-то вроде сферы белого света радиусом в полкилометра, в которую запущенная Левиафаном волна влетела со скоростью гоночного автомобиля.

И исчезла.

Огромная масса воды начала стремительно терять энергию, и к тому моменту, когда волна добралась до меня, от ее сокрушительной мощи не осталось ничего. Просто медленный и безобидный поток, приводимый в движение разве что гравитацией, но никак не злой волей Губителя.

Я не знал, как этот режим будет взаимодействовать с гидрокинезом Левиафана, но был морально готов к тому, что волна могла меня попросту снести. Не убить, но пришлось бы потратить время, чтобы выбраться из-под обломков. Однако режим собственной частоты оказался не просто эффективен, он был сродни волшебству.

Потом я оглянулся по сторонам, и радости немного поубавилось. Оказалось, что лучший эффект АВП оказал там, где плотность излучения была выше – то есть рядом со мной. Чем дальше от эпицентра, тем слабее становилось обнуление волн. Меня хватило, чтобы защитить штаб и пару ближайших кварталов, но дальше начинались первые разрушения.

Немного не то, на что я рассчитывал, но тоже сойдет.

В этот момент я понял свою роль в бою. Я не мог останавливать приливные волны так, как Бастион и Эйдолон. Чтобы применить АВП эффективнее всего, мне следовало держаться как можно ближе к Губителю, даже не столько ради нанесения ущерба, сколько для нейтрализации водяного эха.

- Заканчивайте инструктаж и выдвигайтесь на позиции, - я обернулся к штабу, вокруг которого кейпы успели возвести многослойную защиту из разнородных силовых полей. – Я...

Договорить я тоже не успел. В полусотне метров от берега вода вздулась горбом, а потом взорвалась, выпуская наружу непропорционально тощую гуманоидную фигуру. Пятнадцатиметровый хвост хлестал в разные стороны, точно у взбешенного кота, а четыре зеленых глаза устрашающе светились в темноте.

И он был быстр.

Рейлган высвободился из пространственного кармана уже заряженным и готовым к стрельбе. На это ушла неимоверно короткая доля секунды, за которую Левиафан преодолел разделявшее нас расстояние. Я не успел разглядеть движение, не заметил удар его когтей. Я лишь подумал: «огонь».

Вспышку и оглушительный грохот заглушили сенсорные системы шлема. Броня застонала, но поглотила чудовищной силы удар. Лишь слабая плоть подвела. Стремясь обеспечить себе защиту от всевозможных угроз, я забыл укрепить собственный вестибулярный аппарат.

Атака Левиафана и ударная волна от попадания субсветового снаряда швырнули меня на сотни метров вглубь города. Будто этого было мало, я не сразу сообразил отключить двигатели, из-за чего я в процессе своего кувыркания со всей дури врезался в какой-то дом и протаранил его насквозь. Сверху вниз.

Мне потребовалось не менее десяти секунд, чтобы прийти в себя. Посмотрев в верх, я увидел над собой неровную дыру, через которую лили дождевые струи. Несколько последовательных дыр, потому что, похоже, я пробил не один этаж.

- Ну ладно, - подумал я вслух. – Могло быть и хуже.

Дополнительная доза боевого стимулятора, введенная встроенным инъектором, разогнала кровь по венам и наполнила сознание яростью. Я резко выдохнул и взлетел вверх через оставленную собой пробоину. Нужно было осмотреться.

Левиафан оправился от выстрела рейлгана в упор явно быстрее, чем я. Хотя я успел выиграть немного времени остальным, чтобы те ушли с уязвимой позиции, им это не сильно помогало. Даже с такого расстояния было видно, как стремительно мечется Губитель среди разрозненных кейпов и расшвыривает их ударами когтей, хвоста и водяного шлейфа.

Несколько бесконечно длинных секунд я потратил на перезарядку рейлгана, накопление энергии в конденсаторах для АВП и самое главное – на расчет протокола аварийного отключения двигателей при ударных перегрузках. Второй раз Левиафан меня на этом не подловит, пусть придумает что-нибудь еще.

Закончив с подготовкой, я достал из ножен меч и помчался обратно в битву. Немного не долетая, я воткнул меч в крышу подвернувшегося здания в качестве страховочного троса. Левиафан тем временем схватил Александрию и несколько раз ударил ее головой об землю, а потом отшвырнул куда-то в сторону. Я воспользовался той секундой, что он стоял на месте, и завис прямо над ним, а потом запустил режим собственной частоты на полную мощность и одновременно выстрелил строго вниз.

На этот раз результат попадания из рейлгана удалось оценить лучше. Лишившись водяного шлейфа, Левиафан плюхнулся на брюхо, еще больше начав напоминать ящерицу, в асфальте под ним образовалась заметная вмятина. Обширная дымящаяся рана на его спине истекала ихором, целые куски плоти взрыв попросту вырвал из тела. Но одновременно ударная волна выбила стекла на десятки метров вокруг, и контузила нескольких кейпов на земле и в воздухе. Надеюсь, что только контузило. Черт. Надо с этой штукой аккуратнее. А ведь это просто монокристаллические болванки, а не капсулы с антивеществом.

Мысленной командой через нейронный интерфейс я запустил перезарядку рейлгана, а свободную руку направил вниз. Из предплечья выдвинулся фотокинетический бластер и в разверстую рану Губителя ударил белый луч. Следом ко мне присоединилось еще два десятка кейпов, расстреливающих врага из чего только можно. Левиафан забился, закорчился, будто в агонии. Это выглядело настолько правдоподобно, что я даже на секунду поверил, что мы побеждаем, что мы смогли причинить ему реальный вред. Но мое чувство вещества и датчики «Сирина» засекли приближение огромной массы воды.

Левиафан направил волну не прямо на себя, где ее бы рассеяло мое излучение. Он ударил по кейпам второй линии, которые в битве остались на вторых ролях. Я бросил «Сирин» наперерез ей, блокируя ее массу Волновым подавителем… из-за чего Левиафан оказался на периферии эффекта. Он мгновенно вскочил на ноги, и понесся на четвереньках вдоль по улице, хлеща хвостом в стороны. Будто и не бился только что в мучениях под ударами кейпов.

«Шестнадцать лет. Если бы Губителя можно было уничтожить просто концентрацией грубой мощи, это бы давно сделали, - напомнил я себе. – Сосредоточиться на снижении потерь целесообразнее».

Если бы только я сумел закончить модернизацию «Яркой девочки», все было бы иначе.

АВП пикнул, сигнализируя об исчерпании выделенной энергии. Я мысленно произвел расчет и