Голубой Ютон - Квинтус Номен

– Ну да, продаем четыреста тонн в неделю, а из апшеронской нефти делаем шестьсот тонн в сутки. Думаешь, тульская ТЭЦ на керосине работает потому что керосиновый огонь в топке красивее горит?

– Ничего я не думаю, – сварливо буркнула Катя-младшая, – уж и спросить нельзя, сразу ругаться начинаешь.

– Извини, это я с устатку психанула. С Тринидада уже четвертые сутки никаких новостей…

Никаких новостей с Тринидада не поступало по очень простой причине: там не случилось ничего нового. Пока выгружали оборудование с «Пионера», успели собрать «окскую баржу», и даже дотащить ее (на буксире у «Богатыря») до устья Миссисипи. Потому что для выгрузки довольно тяжелых железяк пришлось из подручных материалов (деревьев, срубленных на берегу) вытроить довольно длинную эстакаду в море: у берега было довольно мелко.

А по дороге закинули Эльзу (на морском катере) к берегам Юкатана – и вот об этом «на большую землю» сообщать не стали. Ну зачем лишнее беспокойство людям создавать? А так прицепили катер к кораблю, протащили его на две с половиной тысячи километров вдоль островов. На катере еще десять тонн солярки запасено, нужно будет – он и своим ходом вернется к острову… Кстати, местные Тринидад называли Аири или Эири (мнения Эльзы и ее младшего брата Клауса разошлись), поэтому было решено использовать первое название, за которое голосовала старшая из Франке. Впрочем, «местных» на острове было немного, крошечная деревушка у берега, в которой жили «люди каменного века». Не совсем даже каменного, с камнями на этом берегу было неважно и все, что у туземцев из инструментов было, так это дубинки и заостренные палки. Причем острили они их на шкуре какой-то рыбы…

– Ну и где туземцы? – сердито поинтересовался Клаус у Люды, вероятно потому что Люда была в экспедиции самой старшей.

– Мне тут Лера написала, что тут туземцы жили начиная века так… с пятого тысячелетия до новой эры. Но периодически вымирали, и предпоследняя волна заселения как раз сейчас вроде и должна случиться. Конкретно эти – как ты сам сказал – случайно приплывшие с Ориноко. То есть не совсем случайно, но их лодку штормом разбило, а инструментов починить или новую сделать у них нет.

– А зачем тебе туземцы?

– Рабочих рук маловато.

– А людей из каменного века нанять на работу всяко не получится, они просто не поймут зачем это им нужно. Так что мы ребят этих домой вернем, раз уж они сами того желают, и будем полноправно островом владеть. Судя по детям, они сюда попали лет десять назад, не больше. Не появись мы, они бы может остров потихоньку и заселили бы, да и то вряд ли.

– Почему?

– Девять мужчин, четыре женщины, все из одного племени – они просто вымрут от наследственных проблем. Разве что еще кого штормом с материка принесет. Да неважно, ты давай дырку в земле ковыряй: если мы чего-то отсюда хотим для себя получить, без нефти всяко не выйдет. Нам ведь соляры просто не хватит лишний раз на Юкатан сплавать. И интересно, когда Эльза с Куртом вернутся?

– Ну и на кой черт тебе понадобились эти забытые богом и людьми острова? – поинтересовалась у дочери Вера, посетив островок Лебинтос, внезапно для многих (в том числе и для Веры) ставшей собственностью Таисии.

Девочка, а точнее уже вполне себе взросла женщина (ей же скоро уже тридцать исполнится!) снисходительно улыбнулась:

– Острова такие лысые потому что здесь все козы сожрали. Коз на островах больше нет…

– И ничего вообще нет, голые камни и чахлые кусты колючие.

– Почву просто всю в море смыло. А если эту почву восстановить…

– И как ты её восстанавливать собираешься?

– Я попробую, например водоросли на перегной пущу. Или просто из Греции землички подвезу. Это конечно влетит в копеечку, но… Но если учесть, что из девятисот гектаров Лебинтоса на шестистах вполне можно выращивать оливы… Пятьсот тонн оливок лишними нам не покажутся. А если все пойдет как я думаю, то и тысячу тонн в год мы лет через десять получать отсюда будем.

Вера задумалась. Дочь, до переезда на остров восемь лет преподававшая биологию в школе, наверняка обладала знаниями более обширными в части выращивания всякого вкусного, чем учительница географии. Но все же каменные осыпи, занимавшие на взгляд три четверти острова, словам Таи как-то противоречили:

– Масло – это хорошо, но… Не дешевле в той же Испании масло покупать?

– Масло – да, но пятьсот тонн оливок – это полтора миллиона консервных банок. И это лишь для начала! А потом и на втором острове плантации заложим если тут все хорошо пойдет.

– Если пойдет, да и почву-то восстанавливать небось в очень немалую копеечку влетит, откуда средства возьмешь? Или думаешь, что Екатерина Великая выделит?

– Нет, сами заработаем. На острове четыре шикарных бухты, в которых небольшие кораблики от любых штормов укрыться могут. А в море – море, извини за тавтологию, рыбы. С топливом, конечно, здесь неважно, но пока нам и привозного керосина для электростанции хватит, а ольху – её да, аж из-под Епифани возим.

– А ольха-то зачем?

– Кефали в море много, коптим потихоньку. У нас пока два десятка обычных вельботов моторных, когда погода хорошая, они все в море как раз кефаль собирают. После того, как Генрих на винджаммеры поставил холодильники, они на обратном пути из Рима забирают у нас тонн по пять копченой кефали в неделю. Немного пока, но все равно кефаль уже окупает и керосин, и солярку. Луфаря мы пока сами съедаем, а как Генрих построит обещанные траулеры и мы сюда морозильники привезем, и его будем на Большую землю отправлять, в мороженом виде. И консервный заводик тут же выстроим.

– Понятно. Значит, решила в Грецию переселиться?

– Нет конечно. Лично я собираюсь здесь до следующего лета просидеть, посмотреть как и что получается, а потом… Думаю, что еще минимум парочку детей мы со Степаном сделать в состоянии. А он и Ольга Анатольевна год с детьми, конечно, выдержат, но без детей уже я не выдержу. Всего-то месяц прошел как уехала, а уже скучаю.

– Так может на зиму вернешься домой? Скажем, в сентябре или даже октябре.

– Нет, в октябре как раз Степан обещал холодильники доделать и сам их сюда привезет. Свекровь уже пообещала зиму с детьми посидеть, а тут зимой самая работа начнется. Так что спокойно езжай домой, помоги ей внуков попасти, а мы где-то в начале лета дома будем. Следующего лета.

Выслушав жену, Вова