Перекрестье Миров. Часть1. Итог - Екатерина Савельева

- НЕТ! - раздался отчаянный вопль. - Это все случилось из-за тебя! Я не осознавала, что творю! Новорождённых нельзя оставлять одних. Если укусила, так добей.

- Какие мы благородные, - съязвила кочевница.

- Это же прямая дорога в лапы к Вольтури. Им плевать, по каким причинам вампир не скрывает следов нашего существования. Они просто судят за нарушение закона.

- Так ты больше испугалась Вольтури, чем переживаешь за судьбу своих родных? Не волнуйся доченька, эти старикашки теперь мои хорошие знакомые, и по моей просьбе простят тебе все прегрешения.

- Ты понятия не имеешь, что я пережила!..

Продолжая обвинять обратившую её "упырицу", Тиса кинулась в атаку, даже не обращая внимания на зарычавшую преграду.

Её отец оказался более осмотрительным. Рванувшись вперед, он схватил за руку новорожденную "вампиршу", и отшвырнул в сторону леса. Сломав собой несколько деревьев, Бри подскочила на ноги, и, испуганно всхлипывая, приготовилась защищаться от подступивших к ней родителей семейства Кендел.

- Поможем? - вслух спросил Рикон, кивая головой в сторону разборки.

- Кому? - язвительно уточнила я. - Не Виктории же? А Кенделы, по-моему, прекрасно справляются.

- Не совсем, - брат, даже не посмотрев в мою сторону, ринулся в драку, притом, развив невиданную для догевского вампира скорость.

Второй новорожденный, в котором я с удивлением узнала одного из нападавших на меня когда-то в Сиэтле насильников, вылез из им же пропаханной колеи. Не главарь, но ему я тоже что-то ломала. И если Рикон сумеет прочитать об этом в воспоминаниях, то Курта ждет особенно жестокая расправа. Его счастье, что телепату больно забираться за грань перерождения.

Восьмым "вампиром" на этом празднике жизни, конечно, оказался Райли.

Он с такой тревогой наблюдал за разгорающимся сражением между Тисой и Викторией, что я не удержалась и проникла в его воспоминания.

После выходки Виктории у него на память осталось несколько шрамов на лице и шее и сильнейшая душевная травма. В этом состоянии он столкнулся с Николосом и после продолжительной беседы предложил искать смысл жизни в составе их группы.

Согласившись на знакомство с семьей Кенделов, неожиданно для себя отверженный "вампир" нашел необычное создание, об истинных чувствах к которому до сих пор даже не подозревает.

Тиса же ухватилась за его рассказ о рыжей "вампирше" и потребовала у своей семьи непременно её разыскать, а, найдя, преступила к взиманию неоплатного долга.

Ещё месяц назад, Райли ценой своей жизни, не допустил бы к Виктории ни одного "вампира", а сейчас, стараясь не обращать внимания на боль, сжимающую его сердце, хотел, чтобы все это поскорее закончилось, и он смог начать новую жизнь, не оборачиваясь к прошлому.

Масла в огонь подлила и сама рыжая. Увидев его в новой семье, она без промедления заявила, что никогда не сомневалась, что рано или поздно он всё равно её предаст. Это обвинение ещё больше ранило моего старого знакомого, и он решил "не разочаровывать" бывшую возлюбленную.

Рикон успел как раз вовремя, иначе Николас мог бы лишиться головы, пока Райли смотрел в другую сторону. Втроём молодые люди, то есть нелюди, быстро справились с новорожденным и разорвали его на части.

Я же, наблюдала за всем происходящим, не двигаясь с места и стараясь определиться, надо ли мне наводить морок новорожденной жены Эдварда, или не будоражить воспоминания ветеринара.

Воспоминания!

Приступ! Во всей красе!

В отличие от более опытного мага, я понятия не имела, как увеличить скорость своего передвижения и направилась к полю битвы вальяжной походкой, за что удостоилась недовольного закатывания глаз, со стороны брата.

Последний сообщил, что хочет помочь Бри выжить, и решил продемонстрировать Кенделам-старшим свой дар убеждения. С чего бы вдруг, он пожалел кого-то из "упырей"? Непонятно. Но вот его отсутствие определённо сыграло в мою пользу.

Николас весело мне подмигнул и, похлопав по плечу застывшего в нерешительности Райли, сам пошел к сестре, не столько стремясь вмешаться, сколько желая подстраховать её в сражении с более опытным противником.

Через минуту его сменила мать, пояснив, что это их женское дело. И он пошёл выяснять, о чём разговаривает его отец с незнакомым "вампиром", вместо того, что бы убить застывшую куклой новорождённую.

Воспользовавшись моментом, я подошла к Райли и, скрыв наш разговор звуконепроницаемым для остальных куполом, положила ладонь на плечо старого знакомого. Тот вздрогнул и, отшатнувшись в сторону, приготовился атаковать.

- Аллари! - закричал издалека мой брат.

- Аллари? - моргнул холодный "вампир". - Откуда ты здесь? - он расслабился, и это помогло успокоиться Рикону, к которому у мистера Крендела набралось много вопросов.

- Из Форкса, - снисходительно улыбнулась я.

- Быстро ты получила визу в Канаду, - прищурился он.

- Не только вы умеете пересекать границы, без ведома властей, - засмеялась я. - Думаю, что вопроса, почему я здесь оказалась, не последует?

Он коротко кивнул, и снова посмотрел в сторону Тисы и её двух матерей, как раз в тот момент, когда Мелани удалось поймать локти Виктории и, заведя их за спину, свести вместе.

Молодая "вампирша" прыгнула на свою создательницу, и с отчаянным криком оторвала ей голову.

- Оу! - поморщилась я, а Райли сжал кулаки.

Даже предательство этой женщины, не смогло в достаточной степени притупить боль от её смерти.

- Как ты? - тихо спросила я у него.

- Живой, - прошептал юноша в унисон с ликующим смехом будущей возлюбленной. - Прости. Но мне сейчас...

- Я понимаю, - отозвалась я. - И все объясню остальным.

- Спасибо, - дрожащим голосом произнес он, и скрылся настолько быстро, что я даже не успела понять в каком направлении. Мисс Кендел оказалась более внимательна.

- Райли? - опешила она и сорвалась с места, почти в моем направлении. Мне оставалось сделать нескольких шагов, чтобы оказаться у неё на пути.

- Тиса, не надо, - поймала я девушку за плечи. - Ему нужно время.

- Да кто ты вообще такая?! - оттолкнула она мои руки.

- Послушай меня...

- Не смой мне указывать, - растерянно всхлипнула Тиса.

Эйфория от победы испарилась под натиском чувства вины. Только сейчас она осознала, что Вики была семьей дорогому её сердцу человеку. Что, несмотря ни на что, ему должно было быть больно, видеть её смерть. В одно мгновение месть потеряла для девушки всякое значение, так как не стоила потери любимого.

От осознания этого факта она застыла на месте, прекратив сопротивляться.

- Успокойся, - тихо произнесла я. - Он вернется.