Янгель: Уроки и наследие - Лев Андреев

Большая политика, как большие игры. На этом этапе начали проявляться уже субъективные факторы. Д.Ф. Устинов был, несомненно, ближе М.К. Янгелю по личностным мотивам, с ним приходилось много работать еще в Министерстве оборонной промышленности, в котором на начальном этапе, после отказа Наркома авиационной промышленности А.И. Шахурина заниматься ракетами, и находилась вся ракетная техника. Да и завод и ОКБ в Днепропетровске являлись, по сути, его детищами.

Развязку ускорил очередной, оказавшийся неудачным, пуск. Который и решил судьбу ракеты. М.К. Янгель перестает бороться за проект РТ-20П. В результате конструкторское бюро получает заказ на разработку жидкостных носителей, которые станут основным направлением в его деятельности при создании ракет третьего поколения.

В сложившейся ситуации Главный конструктор московского института, занимающегося проектированием ракет на твердом топливе, А.Д. Надирадзе не упустил своего шанса и срочно затребовал техническую документацию. М.К. Янгель, в который уже раз, должен был без сохранения прав авторства передать все чертежи, в том числе и все, что связано с отработкой контейнера и выходом из него ракеты. Более того, по просьбе А.Д. Надирадзе был полностью спроектирован старт ракеты, разрабатывавшейся Московским НИИ: выбраны все параметры ПАДов, в том числе расходные характеристики и вес, рассчитана скорость выхода ракеты из контейнера и динамика старта, термодинамические процессы при старте, а также волновые и акустические нагрузки.

Но пройдет еще десять лет, прежде чем возглавляемый А.Д. Надирадзе институт создаст полностью твердотопливную ракету. Правда, она окажется в полтора раза тяжелее, чем было заявлено на момент начала проектирования. И только лишь на "следующем витке", пройдя еще один цикл, он спроектирует нужную по характеристикам машину. Но это будет уже через шесть с половиной лет с момента отказа от принятия на вооружение РТ-20П. Именно настолько, практически, отстанет в своем развитии это направление ракет стратегического назначения.

Выбор Янгеля

С ростом дальности и поражающей способности менялась и концепция эффективности ракетного оружия.

Первые боевые ракеты проектировались в конструкторском бюро С.П. Королева. Ракета Р-1, скопированная с немецкой времен второй мировой войны ФАУ-2, и Р-2 — ракета собственной конструкции — имели головную часть с зарядом взрывчатого вещества. Ракета Р-5 была уже оснащена двумя видами заряда: обычное ВВ и атомный заряд. Все они находились в свое время на вооружении и запускались с открытого наземного стартового стола. Ракеты были нацелены на "доступные" административные и промышленные центры предполагаемого противника, и считалось, что этим уже все решено и что сами ракеты врагов не имеют.

Но ракеты могут быть удобной мишенью для авиации противника. Поэтому-то их и начали "загонять" в землю. Спрятали — и все, задача защиты как будто решена. Фактически же это была очень низкая степень защищенности, соответствующая давлению во фронте ударной волны 2-10 кг/см2. Военные стратеги, "проигрывая" тактику ракетной войны, приходят к выводу: для того, чтобы выйти победителем, надо прежде всего уничтожить ракеты противника, а уж потом "браться" за города.

Эта концепция становится основополагающей при определении тактико-технических требований, предъявляемых к разрабатываемым проектам. Так возникла доктрина стратегии войны, в которой оружием и мишенью для него — объектом поражения является новый вид техники. Поэтому при разработке очередной боевой ракеты перед проектантами конструкторского бюро был поставлен вопрос о повышении живучести и защищенности наряду с дальнейшим совершенствованием стартовых комплексов при размещении вновь создаваемых МБР в шахте. Задачи, которые при этом решаются, а следовательно и преимущество шахтного содержания ракеты очевидны: выдерживается нужный температурный режим, обеспечивается защита от диверсий, от взрывной волны атакующей ракеты, а также от непогоды. В момент подачи команды на пуск следует только открыть защитное устройство пусковой установки или, как принято было называть, крышу — и старт состоится.

Анализируя перспективы развития боевого ракетостроения в свете новой военной доктрины, М.К. Янгель первым среди главных конструкторов осознал необходимость революционного пересмотра принципов проектирования с позиций технических и технологических связей ракеты и всей шахтной установки, обеспечивавших ее старт. Ведь до сих пор стартовый комплекс делался под ракету. Главный, со свойственной ему прозорливостью, понял, что наступило время решать проблему комплексно: ракета и стартовая позиция единое и неделимое целое и проектирование должно вестись с позиций удовлетворения требований выполнения поставленной задачи для ракеты, находящейся на боевом дежурстве.

Приступая к реализации нового взгляда на стартовый комплекс, М.К. Янгель видит его будущее в минометном старте.

Идея выбрасывать вновь проектируемую межконтинентальную баллистическую ракету тяжелого класса сформировалась в воображении Михаила Кузьмича во время встречи и состоявшегося разговора с мало кому известным начальником лаборатории ЦНИИмаша В.М. Макушиным, которого в силу каких-то обстоятельств (а может быть за пропаганду минометного старта) в определенной степени недолюбливали в днепропетровском конструкторском бюро. Главный не только поверил в предложенную цель, но и как увлекающийся человек зажегся ею. И это не было следствием простого случая, сведшего рядового исполнителя с руководителем высокого ранга. В этом был весь Кузьмич (как иногда сослуживцы называли Главного, желая подчеркнуть особое к нему уважение), обладавший необыкновенным даром притягивать к себе неординарно мыслящих людей с интересными и дерзкими идеями, удивительным умением разговаривать, а главное — слушать. Люди тянулись к нему, зная, что встретят доброжелательность и поддержку. Для таких у Главного, независимо от их служебного положения, как у рачительного хозяина всегда были широко распахнуты двери.

Встреча М.К. Янгеля с В.М. Макушиным показательна с психологической точки зрения. В наше время, когда почти все уже в идейном плане "изобретено", многие предложения ждут своего часа.

Помнил или нет Главный конструктор, но два человека в конструкторском бюро — К.А. Луарсабов и Ю.К. Исаичев, по праву, могли претендовать на свою долю авторства.

Десятилетием раньше, когда в 1956 году в КБ "Южное" разрабатывался проект размещения и старта ракеты с подводной лодки. Упомянутыми инженерами была сделана робкая попытка рассмотреть возможность извлечения ракеты из контейнера подводной лодки, находящейся в надводном положении. Для этих целей рассматривались два варианта — "холодный" старт, когда выталкивающей силой являлся сжатый воздух, и "горячий" старт, когда ракета выбрасывалась пороховыми или выхлопными газами работающего двигателя. Для удержания газов предполагалось использовать резиновые обтюраторы, размещенные между стволом контейнера и корпусом ракеты в двух-трех ярусах. Были сделаны необходимые прорисовки и проведены предварительные прикидочные расчеты по оценке необходимого запаса сжатых газов (объем, начальное и конечное давления на момент выхода ракеты из ствола шахты, определены максимальные перегрузки, которые будут действовать на конструкцию). К сожалению, это предложение прозвучало как нереальное, к нему даже не прислушались и просто отмахнулись. Победила идея вытаскивания ракеты с помощью двигателей специальной конструкции с развернутыми соплами и крепившихся с помощью мощной рамы на стыке головной части и корпуса ракеты. В довершение ко всему, когда проработки передали в конструкторское бюро В.П. Макеева, о них просто больше не вспоминали.