Танар. Тёмное начало - Екатерина Герц

— Это какой-то бред! — покачал головой Влад.

— Ты ещё многого о себе не знаешь, это поправимо. Я могу предоставить доступ к ценнейшим архивам Аскадэра, где есть подробная информация о нашем роде. Но не раньше, чем начнём доверять друг другу.

— У меня нет никаких причин Вам верить! — проворчал танар, опуская взгляд на карту Гамильдтона.

— Ты ошибаешься, Влад! — возразил император. На лбу у него появились морщинки из-за напряжения. — Мы одна порода. И должны держаться друг за друга.

— Если мы якобы являемся единой кастой, это ещё не значит, что должны доверять друг другу!

— Мы не просто каста… Мы семья!

Заметив отвращение на лице юноши, император резко выпрямился и заговорил:

— Я сам виноват, что отрёкся от тебя ещё много лет назад! Признаюсь, что даже сейчас мои помыслы на твой счёт несут исключительно политический характер. Но когда я увидел тебя, во мне что-то переменилось. Я вижу в тебе молодую версию себя.

— Вы ополчились на мою мать!

— Она предала меня и сбежала с тем, кому я доверял!

— Она всего лишь пыталась меня защитить!

— И теперь я ей за это благодарен! — с холодной улыбкой признал Фредерик. — Но тогда я был так зол на Каиру, что приказал убить. Не мог простить такого предательства. Она ловко скрывалась долгие месяцы, пока ты не появился на свет. Не думай, что твоя мать святая. Эта шлюха целенаправленно метила в мои фаворитки.

— Хватит! — Влад резко отшатнулся к двери. — Замолчите! Не хочу больше ничего слышать! Я хочу уйти!

Император разочарованно сжал пальцы в кулаки с такой силой, что мог запросто переломить столешницу. Влад даже подумал, что он вздумает запереть его в этих стенах. Но вот мужчина расслабил пальцы и громко сказал:

— Разблокировать дверь!

Искусственный голос моментально оживился и послушно снял блокировку. Круглая дверь плавно въехала в стену. Влад выбежал из зала совещаний до того, как Фредерик успел что-то сказать. Пробежал по коридору, игнорируя Тамару. Остановился только рядом с тупиком, введя охрану в ступор. Они даже хотели задержать его, приняв за беглеца, но подоспевшая Тамара запретила прикасаться к танару. Он смутно слышал, как она велела пропустить их.

Всю дорогу пытался подавить бушующую внутри ярость. Ему было противно слышать, как какой-то чёрт высказывается о его матери. Может, Каира и не была святой, но зато по-настоящему любила Влада. В отличие от Фредерика. А ещё отдала за него жизнь. Пусть Федерик предлагает хоть залежи богатств, но Владу на это плевать. У него не получится купить его преданность. Никогда.

— Зря ты вот так убегаешь! — высказалась Тамара, когда они уже почти дошли до выхода. — Сам же устал от вечного одиночества. Здесь есть те, кому на тебя не плевать.

Влад промолчал, мечтая поскорей вырваться из бункера. Вскоре в глаза ударил яркий солнечный свет.

— Послушай, — Тамара неожиданно схватила его за плечо и развернула к себе, — не воспринимай императора как врага. Он честно рассказал тебе о своих планах по отношению к тебе. Так или иначе, он всё равно тебя любит. У тебя может быть семья, о которой ты всегда мечтал!

Юноша с отвращением выдернул руку из её цепких пальцев.

— Я не верю в любовь! — небрежно отозвался он. — Те, кто был способен вызвать во мне такое чувство, в итоге предали меня.

Влад двинулся, дальше, намереваясь покинуть территорию лагеря, но Тамара его остановила.

— Подожди, у нас был уговор! Помнишь? — тихо спросила она. — Я расскажу тебе о Каире Аббадон всё, что знаю!

Глава десятая

Настоящее время, Гамильдтон, провинция Крэйл.

Местный рынок встретил отряд шаонцев подозрительной тишиной, нехарактерной для подобных мест. Так много торговцев, что яблоку негде упасть, но в большинстве своём они сидели безучастно. Некоторые тихо переговаривались между собой, либо были заняты покупателями. Но никто не зазывал к себе, не пытался сбыть скорее свой товар.

Отряд бродил между торговыми лавками, спрашивая то тут, то там о дочери Проводника. Выяснить нужный адрес получилось довольно быстро, но одна беззубая бабулька предупредила, что сейчас Мария, скорей всего, на работе. Она подрабатывает помощницей в швейной лавке в конце длинного переулка прямо за пекарней. Немного пугает, когда все в Крэйле знают о каждом твоём шаге. Даже в Танаре, который в несколько раз меньше так называемого поселения, люди не так посвящены в детали жизни соседей.

Друзья на время разделились в поисках пекарни. Вшестером они довольно быстро прочесали весь рынок. Вскоре в ухе раздался голос Кея, сообщающий об обнаружении пекарни. Не сговариваясь, все поплелись в указанном направлении. Многие торговцы с подозрением поглядывали на них исподлобья, но будто боялись поднимать головы. Виолетта заметила у некоторых следы побоев на лице. Эти микоры сидели особенно тихо.

Накидки, сшитые из какой-то дешёвой и жёсткой ткани, но проданные по цене качественной куртки, скрывали шаонскую форму. И всё же для местных они оставались чужаками. Если Крэйл и был захвачен врагами, напрямую никто не заявлял права на новую территорию. Как-то это странно…

Соотрядники воссоединились возле лавки, из которой доносились ароматы свежего хлеба. На витрине красовались красивые глазированные пироги. Такую красоту могли позволить себе только макоры, либо на редкость состоятельные микоры. Что-то подсказывало Виолетте, что здесь такое не редкость. У людей есть своё хозяйство, приносящее приличную прибыль. И успешно налажен бартерный обмен. Вполне возможно обменять на праздничный пирог домашний сыр, молоко или добытую на охоте дичь. Лес совсем рядом. Почти две трети Гамильдтона заросли лесными зонами. Если бы танарцы умели пользоваться дарами природы, никому в Танаре не пришлось бы голодать и горбатиться на шахтах. Вероятно, правительство это понимает, поэтому охота в лесу Мессии была всегда запрещена и каралась очень жестоко.

Друзья свернули в узкий переулок. Шли по мощёной камнем дороге. С двух сторон над ними нависали старые здания. Над головами застыли натянутые через дорогу верёвки, предназначенные для сушки белья. По пути повстречался лишь какой-то пьяный бродяга. Он сильно шатался и ничего не видел перед собой.

Вид швейной лавки вызвал у Виолетты воспоминания из прошлого. Катушки ниток, разбросанные по полу во время игры… Как она потом ползала и собирала их по просьбе мамы. Шум старенькой швейной машинки с ажурным рисунком. Острая игла молниеносно оставляла стежки по линии разметки… Выкройки и готовые модели на стройных манекенах. Обрезки ткани на полу, которые мама забирала потом домой и находила достойное применение. Например, сшить красивый платок, или пришить заплатку к порванному платью. И