Счастливая пленница - Бекки Баркер

— Какая я? — услышала Тамара свой голос.

— Очаровательная и необыкновенно привлекательная, — тихо подтвердил Рейн, удивляясь ее реакции. Она вела себя так, будто ни разу не слышала настоящего комплимента от мужчины.

Впрочем, что такое комплименты, Тамара знала. Многие мужчины говорила ей, что она красивая и желанная. Скип находил ее сексуальной и божественной. Но она всегда относила эти слова к своим внешним данным. Любовь и очарование были нежными, интимными словами из области глубоких чувств.

— Не думаю, что хочу быть очаровательной, — упрямо заявила женщина.

И снова Рейна поразила ее реакция. Он понял, как успокоить Тамару, отвлечь от будоражащих ее мыслей.

— Я считаю, что слухи о бегстве могут помочь нам. Ты, конечно, не согласишься, — заметил он язвительно, — но брак со мной будет для тебя надежной защитой.

Тамара вспыхнула. Сердце забилось еще сильнее. Рейн дразнит ее, она не попадется на эту уловку.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она строго.

Рейну приятно было думать о возможности брака с Тамарой, хотя бы по практическим соображениям.

— Тралоза знает меня хорошо. Многие годы мы не выпускали друг друга из виду Ему известно, как я ненавижу его, но я действую в рамках закона. Этот подонок понимает, что при малейшем неверном шаге с его стороны я упеку его в тюрьму.

Тамара как зачарованная смотрела на Рейна — искреннее негодование исказило черты его лица. В какой-то момент он показался ей опасным. Какое счастье, что у Рейна нет претензий к ней, подумала она с облегчением. Он представляет собой грозного противника, даже для бандита Тралозы.

— И ты думаешь, что Тралоза забудет обо мне, если я выйду замуж за такого сильного человека, как ты?

Глаза Рейна гневно сверкнули, когда Тамара бросила ему вызов. Ее открытая насмешка показала, что пленница не из боязливых. Она покоряла его не только женскими чарами, но и своей смелостью. Эта маленькая женщина была готова бороться с ним на равных.

— Полагаю, такая независимая, свободная женщина, как ты, воспринимает помощь со стороны мужчины с отвращением.

— Я никогда не нуждалась в мужчине, чтобы защитить себя, — сказала Тамара, избегая его взгляда. — И у меня нет желания отказываться от своего независимого положения.

— Течь идет не о каких-то кардинальных изменениях, — возразил Рейн. — Я предлагаю тебе вступить со мной в брак. Тралоза не будет угрожать моей жене.

Рейн говорил убедительно и твердо. Тамара не сомневалась, что он прав, но не была уверена, что за угрозами в ее адрес стоит Тралоза.

— Возможно, твое имя будет надежной защитой от одного сумасшедшего. Но подумай обо всех общественных и правовых аспектах такой сделки, о прессе и бесконечных вопросах. Зачем брать на себя все эти хлопоты? К тому же я допускаю, что навредить мне пытается кто-то другой.

Рейн кивнул, отметив про себя, что Тамара не отказалась от его предложения с ходу, она все тщательно обдумывала.

— Ты волнуешься о Скипе Ридоне? Тебя он все еще привлекает и ты надеешься уладить ваши разногласия?

Тамаре претило обсуждать Скипа, но кое-что она все-таки хотела прояснить.

— Мои отношения со Скипом касаются только меня. Неудача задела мою гордость, но не сердце, — призналась Тамара. — Я хотела порвать эту связь, Скип возражал; наказывать его за это или унижать я не собиралась.

Очень хорошо! Рейн надеялся, что эмоционально Тамара освободилась от этого хлыща. Судя по ее тону, она никогда и не была особенно привязана к нему.

— Значит, никто и ничто не мешает тебе вступить в брак по расчету, — настаивал Рейн, сверля ее глазами.

— Только здравый смысл и острый инстинкт выживания, — насмешливо произнесла Тамара, отворачиваясь от Рейна.

Рейн знал, когда следует наступать, а когда лучше остановиться. Он терпеливо будет ждать.

Тамара нажала кнопку магнитофона, чтобы дослушать пленку.

«Наш телефон раскалился от звонков! Все хотят знать подробности, а я сама ничего не знаю!..»— взахлеб тараторила Кэти. Тамара нахмурилась, ощущая себя обманщицей.

«Тетя Люсинда немного сердита на тебя. Она хотела устроить грандиозную свадьбу. Мы обе злы из-за того, что не были посвящены в эту тайну. Дядя Гарольд почти ничего не говорит, по крайней мере мне. Но тетя Люсинда устроила ему хорошую взбучку. Она считает, что он все знал…»

Тамара выключила магнитофон и повернулась к Рейну.

— Из этого ничего не получится! Я не могу причинить им боль, допустить, чтобы они думали, что я обманула их. Чему я научу Кэти? Как, по-твоему, я буду чувствовать себя, если моя сестра возьмет с меня пример и убежит с первым попавшимся парнем, в которого влюбится?

— Тебе не надо обманывать Кэти или кого-то другого, — спокойно возразил Рейн. — Ей и Люсинде можно сказать правду. Они не будут сердиться, если узнают, что мы пошли на обман вынужденно, ради твоей безопасности.

— А что они подумают о моей морали, узнав, что я провела целый месяц наедине с мужчиной, которого едва знаю?

— Им необязательно знать, где мы были все это время. Мы могли бы отдыхать на Багамах в окружении свиты слуг.

Тамара заскрежетала зубами, вспомнив, что еще недавно предполагала провести на Багамах медовый месяц.

— Ты не обязана оповещать семью о подробностях отдыха, — успокаивал ее Рейн. — Кэти даже обрадуется, узнав, что принимает участие в заговоре. Просто скажи им, что мы не можем раскрывать конфиденциальную информацию.

В аргументах, которые приводил Рейн, был смысл, но Тамара все еще смотрела на мужчину широко раскрытыми глазами. Она не желала думать о последствиях этого маневра. В данный момент ей хотелось слышать голос Кэти.

7

«Серьезно, я так рада за тебя. Мне не хотелось говорить об этом, но я всегда была против того, чтобы ты выходила замуж за Скипа, и очень боялась, что ты помиришься с ним…»

Тамара раскрыла глаза от удивления. Кэти ни разу, даже намеком, не дала ей понять, что ей не нравится Скип.

«Боялась, что, если скажу тебе об этом, ты подумаешь, что я ревную тебя к нему или что я эгоистка. Мне хотелось, чтобы ты была счастлива, но я знала, что ты не любишь Скипа так, как нужно любить мужчину, за которого собираешься замуж…»

На глаза Тамары чуть не навернулись слезы, и она потрясла головой. Кэти была безнадежным романтиком. Она считала, что на свете существует только неземная любовь.

«Рейн Мастерс — совсем другое дело», — продолжала размышлять Кэти. Тамара фыркнула, а Рейн весело хмыкнул. «Это невозмутимый пижон и совершенно потрясающий амбал…»

Рейн разразился хохотом, и Тамара быстро выключила магнитофон. Она пыталась сохранить строгое выражение лица, но смех Рейна был столь заразителен, что женщина улыбнулась.