Новая жизнь (ЛП) - Тиджан

Внедорожник Трэя был заблокирован другими машинами. Я забралась в салон, пока Трэй доставал телефон и кому-то звонил. Немного погодя появились три парня с ключами и переставили свои машины. Затем Трэй сел за руль и дал задних ход.

Как и раньше, дорога прошла в тишине. Наконец Трэй подъехал к своему дому и заглушил двигатель.

Зайдя на кухню, Трэй пошел к холодильнику, а я села за стол. Свет нигде не горел. Я уже начала понимать, что Трэю нравится жить в полутьме, но пока он доставал две банки пива, комнату залил свет из холодильника. Он подошел к столу, сел напротив меня и пододвинул ко мне одну банку.

В комнате вновь стало темно, и я поежилась. На нас словно набросили покрывало. После визита к Джейсу я была вся на нервах, и это было именно тем, что мне нужно.

Одна ночь. Я уже все решила. Одна ночь, и Трэй Эванс перестанет занимать мои мысли. А после мы можем остаться друзьями. Возможно. Я точно не знала.

Он откинулся на спинку стула и открыл банку. В тишине этот звук резанул слух, и я подскочила, после чего стиснула зубы. Конечно, он собирался открыть свое пиво. Этого следовало ожидать, но меня переполняла масса эмоций, которые ураганом кружились внутри. Страсть. Желание. Страх. Боль. То были четыре основных компонента, из которых состояло мое существо. И еще ярость. Когда я была младше, женщина-психолог сказала, что у меня нездоровый уровень агрессии. Она была доброй. Во мне жила ярость, и эта ярость делала меня той, кем я была. Она была главной моей составляющей, но я не принимала ее во внимание. Она просто была во мне. И будет всегда.

— У тебя какие-то запутанные отношения.

Я подняла взгляд, и мое сердце совершило кульбит.

— Что?

Трэй наблюдал за мной. Темнота не имела значения. Он все равно мог видеть меня насквозь. Поставив пиво на стол, он снова откинулся на спинку стула.

— Ты. Твой бывший. Джейс Лэнсер. Что происходит между тобой и этими парнями?

— Они моя семья.

Трэй ничего не ответил.

— То есть, были моей семьей.

— Между тобой и Лэнсером что-то было?

— С Брайаном да.

— А с Джейсом?

Ох.

— Я была с Брайаном.

— Я спросил не о нем.

— Почему тебя это интересует?

Трэй наклонился вперед, и в его голосе появилась жесткость.

— Потому что я был с вами в одном помещении. Между вами ощущалось нечто большее, чем семейные чувства.

— Даже если и так, это тебя не касается. — Я вздохнула и покачала головой. — Я встречалась с Брайаном. Между мной и Джейсом ничего не было, и к тому же в моих отношениях с ними обоими поставлена точка. Мне дали четкие указания держаться на чертовом расстоянии.

Трэй рассмеялся.

— Не думал, что ты похожа на большинство девчонок.

— Правда? — Мою грудь сдавило от напряжения. Что, черт возьми, это значило?

— Большинство девчонок тупые. Парни сволочи, а девушки склонны романтизировать всякую хрень.

— А ты разве не сволочь?

— Еще какая. — Он ни разу не отвернулся. Ни разу не дрогнул. Правда лежала прямо передо мной. — Я сволочь, и каждая девушка считает себя исключением, думая, будто я изменюсь ради нее, но это никогда не срабатывает. Ни одна девушка не сможет меня контролировать. Чем яснее я заявляю об этом, тем больше девушек на меня западают. Ты… — он поднял пиво и указал им на меня, — я думал, ты другая. Думал, ты умеешь распознавать сволочей и знаешь, что сволочь навсегда ей и останется.

— Я сама сволочь, — спокойно произнесла я, и это было правдой. — Это меня хотят изменить.

— Но ты не будешь меняться?

Я покачала головой.

— Брайан пытался меня подчинить. Он хотел одну из тех слабовольных девчонок. — Черт, признавать это было больно. — Без меня ему будет лучше. Он может быть с девушкой, которая будет нуждаться в нем больше, которая подарит ему чувство собственной…

— Значимости?

Трэй понял. Осознание этого осело во мне, и я кивнула.

— Да.

Он продолжал наблюдать за мной, заглядывая в самую душу.

— А Лэнсер?

На сей раз я поняла, какого Лэнсера он имеет в виду.

— Джейс был моей семьей, потому что я была с Брайаном. Вот и все. Он был привязан к своему брату и отцу узами крови, но если бы Джейс мог жить без них, то так и сделал бы. — Без них и без меня. Я никогда не принимала эту правду, но всегда знала о ней. Она находилась прямо у меня перед носом: одна из тех истин, которые я пыталась не замечать. — Джейс возглавляет «Пантер», он связан с тем миром и хочет, чтобы я убралась из него.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И ты послушалась?

Он спрашивал не из-за заботы обо мне. Тяга к нему присутствовала между нами с самого начала, и она росла до тех пор, пока я не потеряла способность с нею справляться. Я знала, почему Трэй задал этот вопрос, но вместо того, чтобы ответить, сказала:

— Это некомфортная тема.

Атмосфера вновь изменилась. То, что было между нами, впервые собиралось разрешиться.

Ноздри Трэя раздулись, а глаза потемнели. Он тоже не мог скрывать от меня свои чувства. Затем он усмехнулся:

— Я знаю.

Сначала я испытала облегчение, а потом шлюзы открылись, и все накопившееся желание и сексуальное напряжение выплеснулось на свободу. Я чуть не встала, чтобы подойти к нему, но вовремя ухватилась за стол. Я сморгнула слезы от внезапно вспыхнувшего желания. Оно было мощным, почти ослепляющим.

В моем голосе появилась хрипотца.

— Я устала ходить вокруг да около.

— Так перестань.

— И ты тоже.

Трэй подался вперед, его руки скользнули ко мне по столу, и я уставилась на них. Мне хотелось почувствовать, как они обнимают меня. Как ласкают. Черт. Я хотела его, его всего.

Потребность в нем становилась все сильнее и сильнее. Я начинала забывать про тревогу, про решение оставаться на стуле.

— Я не изменюсь, — сипло произнесла я.

— И я тоже.

Мы оба были сволочами. Это был подтвержденный факт.

Во мне пульсировала боль. Грудь тяжело вздымалась. Я чуть ли не задыхалась из-за него. Часть моего сознания вопила, чтобы я оставалась спокойной. Призывала не поддаваться. Когда я поддавалась, ничего хорошего не происходило. Этот парень, эта самопровозглашенная сволочь, обязательно ранит меня. Это было ясно как день. Я знала, на что подписываюсь.

Но мне было плевать.

Я хотела попробовать его на вкус. И ощутить внутри себя. Мои руки начали отталкиваться от стула. За руками последовало все тело, и здравомыслие вылетело в трубу. Верх одержала первобытная потребность. Трэй тоже встал и подошел ко мне. Я остановилась в ожидании, когда он обойдет стол, и Трэй оказался передо мной. Я не могла поднять взгляд. Его грудь вздымалась в одном ритме с моей. Я положила на нее руку и почувствовала, как колотится его сердце.

— Тэрин. — Его чувственный шепот был словно ласка.

Я подняла взгляд.

Его глаза отливали темным янтарем. Он шагнул еще ближе, прижимая меня к столу. Я не могла шевельнуться, он наклонился ко мне, его губы становились все ближе. Я в ожидании облизнула свои, но его следующее действие шокировало меня. Он взялся за мои бедра и, приподняв, усадил на стол.

Я ахнула. Его губы обрушились на мои, меня опалило огнем, и я ожила.

А потом отстранилась.

— Я должна сказать одну вещь. Сейчас. Иначе потом просто не справлюсь.

Он обхватил мой затылок и наклонился вперед.

Сохраняя решимость, я уклонилась.

— Я серьезно.

— Хорошо, — успокаивающе произнес он и вновь прильнул к моим губам. Боже, я тоже хотела его. Нет. Я вновь увернулась, но он поймал меня, удерживая на месте. — В чем дело, Тэрин?

Как же он произносил мое имя… Я не могла мыслить связно.

— Тэрин.

— Точно. — Он был как наркотик. — Я не буду заниматься с тобой сексом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он усмехнулся и поцеловал меня в уголок рта.

Твою мать.

— Я не шучу. — Я постаралась, чтобы слова прозвучали твердо.

— Все равно останься на ночь.

Я не могла. К полуночи я буду верхом на нем.

— Нет.

— Пожалуйста. — Он поцеловал другой уголок моего рта, и я закрыла глаза. Прикосновением было почти невесомым, но я задрожала. Каждым своим касанием, каждым поддразниванием он подливал масло в огонь. Я была ослеплена страстью. Она слой за слоем окутывала меня, как покрывало, и я перестала думать о том, что случится, когда оно поглотит меня целиком.