Возмездие чернокнижника - Илья Гутман

— Здравствуйте, Хан, — сказал Ларри, придя к Гидрасу.

— Здравствуй, Ларри, — Гидрас протянул ему левую руку, — вижу, ты избавился от проклятия. Но, похоже, тебя что-то беспокоит?

— Хан, не слышали ли вы про лорда Шакира?

— Лорд Шакир? — Гидрас задумался, — слышал. Я слышал это имя на истории магии, когда ещё учился в школе. Он был одним из мизрахийских колдунов, участвовавших в восстании джиннов. Если мне не изменяет память, его звали Азиз.

— Я знаю, что лорд Шакир жив, и он находится здесь, в стране Гиперборей. Более того: он хочет убить меня.

— Откуда ты это взял? — изумлённо произнёс Хан.

— Мне рассказал паладин, Элиддин Звездный.

— Ларри, не надо доверять паладинам, — сказал волшебник. Далее маг прочёл Ларратосу получасовую лекцию о том, что паладины представляют собою страшную секту и очень опасны.

— Однако, — Гидрас наконец выдохся, — я допускаю такую возможность, что чёрный маг Азиз Шакир может быть жив, может находиться в нашей стране и даже может желать тебе смерти. Поэтому я могу тебе кое-что предложить. Пойдём со мной.

Гидрас привёл Ларри на третий этаж и там открыл один из шкафчиков, откуда достал большой красный амулет с изображением глаза посередине:

— Это — очень дорогой амулет, защищающий от большинства видов чёрной магии. Он стоит триста аргусов.

— Но у меня чуть более двухсот, к тому же сто из них мне понадобятся.

— Всё, понял. Обычно я не отдаю свои вещи в кредит, но твоя жизнь может быть в опасности. Поэтому я разрешаю тебе взять амулет сейчас и заплатить сто, а оставшиеся двести и пятьдесят за кредит — в течение двух месяцев. Если же окажется, что лорд Шакир не хотел тебя убивать (в самом деле, какая выгода ему от твоей смерти?), и амулет тебе не понадобится, можешь вернуть его мне через те же два месяца, а я верну тебе пятьдесят аргусов. И получится, что ты брал его в аренду.

— Договорились, — Ларратос заплатил сто аргусов и повесил на шею амулет. Затем он заплатил пятнадцать аргусов за урок, и Гидрас научил его основам алхимии, а также двум новым заклинаниям: заклятию силового шара ("кадур хазак") и заклятию притягивания ("инмагна").

Глава 4. Пламенный привет

Добраться до казармы Ларратосу не удалось: едва он свернул на улицу Революции, как дорогу ему перегородил полицейский патруль.

— Ларратос Мельд? — поинтересовался начальник группы. Двое других полицейских взяли Ларри на прицел своих арбалетов.

— Ну да…

— В таком случае пройдёмте с нами.

— Что?! — поразился Ларратос.

— Вы арестованы по обвинению в дезертирстве, — жёстко ответил полицейский. — Мои люди проводят вас в участок.

Мельд ничего не понимал в происходящем.

— Но, господин лейтенант, как я могу быть дезертиром, если вот уже неделю прохожу военные сборы? И сейчас как раз направляюсь в казарму.

— Расскажи эти сказки кому-нибудь другому, парень! Военные выдали на тебя ориентировку, вот им и будешь вешать лапшу на уши.

— Это какая-то ошибка!

— Ну-ну, — усмехнулся сержант. — Как бы то ни было, в участке разберутся…

И Мельда под конвоем отправили в участок, где без лишних разбирательств посадили в небольшую одиночную камеру. По словам полицейских, военным уже отправили сообщение о поимке «дезертира», но Ларри это ничуть не утешало.

Только со мной могла случиться такая дурацкая история, — мрачно размышлял он. — Мало того, что вызвали на сборы, так ещё и дезертиром объявили. Честное слово, с тем же успехом я мог и в Новгарде остаться — там, в конце концов, тоже тюрьмы имеются…

Под ногами что-то ярко блеснуло. Опустив глаза, Ларратос увидел что это была отмычка, сделанная из странного металла, похожего на серебро. Наверху отмычки красовалась выгравированная надпись «Неуловимый». В инструменте ощущалась магия. "Обычно же их делают из стали", — подумал Ларратос, подняв зачарованную отмычку. — "А это — будто бы не воровской инструмент, а награда лучшему вору Стейнгарда. Неужели это отмычка того самого Неуловимого, которого задержал Элиддин? Похоже, наши доблестные и трудолюбивые полицейские не удосужились посмотреть, не оставил ли предыдущий клиент подарочка своему преемнику. Сбежать, что ли? Я же невинно осуждён! Не стоит! Добавят ещё срок за побег. К тому же, я не умею пользоваться этой штукой".

Невесёлые размышления прервал лязг открывающихся засовов. Дверь распахнулась, и в камеру вошёл Элиддин собственной персоной.

— Господин Кахаби! — обрадовался Ларри.

Паладин улыбнулся.

— Да, Ларратос, за тобой пришли. Полагаю, мне следует извиниться от имени стейнгардской полиции за этот досадный инцидент.

Ларри, всё ещё недоумевая, вышел вслед за паладином из камеры, и сразу же увидел стоящего в коридоре Вольфмана. Вид у последнего был весьма сконфуженный.

— Сержант Мельд, — пробормотал он. — Прошу прощения — это из-за меня вас задержали…

— Так в чём всё-таки дело? — недоумённо поинтересовался Ларри.

— Ну, я, когда не обнаружил вас на вокзале, — вздохнул Вольфман, — решил обратиться в полицию. Но откуда же мне было знать, что они зачислят вас в ряды дезертиров! И когда мне сообщили о звонке майора Кахаби…

— Да, пару часов назад мне на стол лёг очередной список задержанных, и я с некоторым удивлением увидел там твоё имя, — проговорил Элиддин. — После чего, затребовав материалы дела, убедился, что это действительно ты. А поскольку мы с тобой виделись совсем недавно, мне сразу стало понятно: здесь что-то не так. Ссообщение о твоём аресте немедленно отправили в военное ведомство, но я-то знаю, как долго порой приходится ждать ответа на подобные донесения! Вот почему я немедленно позвонил в вашу казарму.

— В результате мне сильно влетело от капитана Фейира, — кивнул Вольфман, — но тут уж я сам виноват…

Во всяком случае, инцидент был исчерпан, и Ларри с лейтенантом Вольфманом без особых помех добрались до казармы.

Ларратосу спалось легко. Проклятие было снято, и кошмары больше не омрачали его сон. Он чувствовал общий подъём настроения. Утром, в понедельник двадцать пятого мая, Ларри проснулся за полчаса до подъёма. Несмотря на то, что спал он мало, Ларратос чувствовал себя выспавшимся. Ему не терпелось приступить к тренировкам по рукопашному бою — очень хотелось опробовать мизрахийские боевые приёмы, которым его научил Элиддин. До подъёма Ларри решил принять ванну.

Ванная комната выглядела гораздо красивее, чем в казарме на Крайнем Севере: стены её сверкали фиолетовой облицовкой, а сами ванны были светло-зелёными. Ларратос наполнил одну из таких ванн, разделся и лёг в неё.