Ночь в городе - Николай Эдельман

- Абсолютно ничего, - повторил он. - Ладно, пошли направо за угол и посмотрим, куда придем. Терять-то нам все равно нечего.

Он решительно направился вперед. Лоре ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Они проходили мимо мрачной церкви, выпучившей во тьму черные провалы окон - было в ней какое-то сходство с черепом - когда неподалеку раздалась автоматная очередь.

- Слушай, давай спрячемся, - сказал Герц. - Что-то очень близко стали палить.

Еще одна очередь прогремела чуть ближе. Леонид не стал ждать, что ответит Лора. Он схватил её в охапку и потащил к церкви. Вход в нее, к счастью, не был заделан, и через дверной проем с неровными, как будто обгрызенными, краями, они проникли внутрь храма. На черном фоне ротонды еле видными пятнами выделялось несколько окон, обращенных к небу.

Стрельба приблизилась - теперь она шла уже где-то совсем рядом, на этой же улице. Герц вытащил из кармана пистолет и взвел затвор.

- Пригнись, - шепнул он Лоре. - И к стене прижмись.

И тут кто-то заорал дурным голосом, а затем раздалось цоканье, как будто по улице шла лошадь.

- Лошадь? - удивленно спросил Герц.

Лора ничего не ответила.

Раздался ещё один выстрел, а потом Леонид услышал такой крик, что все внутри у него похолодело, и волосы встали дыбом - столько в этом отчаянном вопле было чудовищного, невиданного ужаса; так мог бы закричать, разрывая рот, человек, увидевший нечто в тысячу раз ужаснее всех ужасов, которые только могут существовать на Земле, вместе взятых. Он мгновенно пропитал всю душу Леонида паническим страхом, и Герца охватило неудержимое желание немедленно бежать куда-то, спрятаться, закрыть глаза, залезть под одеяло, или в конце концов упасть лицом вниз прямо в слой пыли и грязи, покрывавший пол в церкви, лишь бы не дай бог не увидеть того, что только что стало причиной этого безумного вопля, рожденного ужасом, поднявшимся из самых глубин Преисподней. Он чувствовал, что у него от страха отвисла челюсть и трясутся губы. Лора стояла, изо всех сил пытаясь вжаться спиной в стену, и Герц даже в темноте видел, как побелело её лицо. Ее глаза чуть не вылезали из орбит, а руками она зажимала рот, чтобы не заорать. Чудовищный крик не повторялся, стрельба тоже стихла, а затем Леонид вновь услышал цоканье подков по асфальту - звуки не торопясь удалялись, постепенно затихая.

- Что это было? - прохрипел Герц, когда к нему вернулся дар речи.

- Тише! - отчаянным шепотом ответила Лора. - А то о н о услышит и вернется!

- Что о н о? Что? - его страх прошел, и он устремился к выходу, чтобы выглянуть наружу и узнать, что же там все-таки произошло. Но Лора вцепилась в его одежду.

- Стой! Ты куда?! - воскликнула она. - Не надо! Там о н о!

- Да что? Что?! - заорал в полный голос Леонид.

- Это же Смертный Ужас! - сказала Лора, все ещё не отпуская его. Помнишь, тот человек ещё спрашивал нас, не встречали ли мы Сэ-у? Я сразу не поняла, в чем дело, но ведь я знала, что есть здесь такое. О боже, - она отпустила Герца и закрыла лицо руками. - Я так и знала, что Заброшенные Кварталы до нас доберутся. И зачем я тебе столько про них рассказывала! Все ты виноват! И вот, накликали мы на свою головю!

- Что за Смертный Ужас? Что за чушь?

- Это Смертный Ужас, - повторила Лора. - Говорят, что одного взгляда на него достаточно, чтобы умереть со страха! Поэтому никто не знает, как он выглядит. Не ходи, не ходи туда! - она опять схватила его обеими руками.

- Значит, я буду первым, кто его увидит. Да нет его, - сказал Леонид, пытаясь высвободиться. - Он уже ушел.

С трудом оторвавшись от Лоры, он подбежал к дверному проему и выглянул наружу.

- Никого, - сообщил он. - Ушел твой Сэ-у. Я его не вижу.

- Ну подождем хотя бы пять минут, чтобы он ушел подальше, - взмолилась Лора.

- Странно, - сказал Герц, оглядываясь, - тут улица далеко просматривается. А он не мог так далеко уйти. Может быть, он за угол завернул? Знаешь что? - обратился он к Лоре. - Постой здесь минутку. А я добегу до угла и посмотрю. Может, ещё его увижу.

- Нет, что ты! - бурно запротестовала девушка, но Герц, увлеченный своей идеей, отключился и не слушал её. Он сунул ей в руку пистолет, - На, держи на всякий случай. А я сейчас! Мигом! Только до угла, и все.

Он почти бегом кинулся к угловому дому. Не без некоторой внутренней дрожи заглянул за угол, и ничего там не обнаружил. Только одинокий покосившийся фонарь освещал часть мостовой. Леонид повернулся и крикнул:

- Нет там ничего! - и только пойдя обратно, сообразил, что Лоры нет на том месте, где он её оставил. Он подумал, что, наверно, она зашла обратно в церковь, и позвал:

- Лора! Выходи! Идем дальше!

Но никто не отозвался. Герц дошел до входа в церковь и заглянул внутрь, но девушку не увидел. Впрочем, там было темно, как в гробу.

- Лора! - ещё раз крикнул он. Гулкое эхо разнеслось под сводами, и посыпался какой-то мусор. - Ты где? Ты что, обиделась? Выходи, нечего прятаться! Надо идти! Слышишь?

Ничего не понимая и уже начиная тревожиться, он вышел на улицу и опять закричал:

- Лора! Лора! Ты где?!

Все его крики остались без ответа. Он беспокойно огляделся, потом бросил взгляд под ноги и увидел свой пистолет. Он лежал, аккуратно положенный, на половинке кирпича, а Лоры не было.

4.

Собравшись с духом - иметь дело с полицией никогда не казалось ему особенно приятным занятием - Герц поднялся по пяти бетонным ступенькам и вошел в полуоткрытую дверь. Оказавшись внутри, он увидел слева от себя, около входа, дежурного за стеклянной перегородкой и подошел к нему. Тот, продолжая прижимать к уху телефонную трубку, поднял глаза на Герца и вяло произнес:

- Слушаю вас.

Герц обнаружил, что ещё не продумал, какие слова нужно произнести.

- Только что пропала девушка, - сбивчиво сказал он. - Не знаю, что делать. Как сквозь землю провалилась.

- Одну секунду, - прервал его полицейский. Он внимательно прислушивался к трубке, а потом сказал в микрофон: - Терри, алло, Терри, у вас все готово? Да, через десять минут, - затем положил трубку и опять приготовился слушать. Герц, собираясь с мыслями, ещё не успел ничего сказать, как на улице раздался грохот и треск мотоциклетного двигателя без глушителя, и в помещение ввалился, сдирая с себя огромный шлем, какой-то человек. На лбу у него красовалась кровоточащая ссадина. Он подошел к дежурному и сказал:

- Джорди взял их. Сообщи Альфреду, - затем он совершенно оттер Герца в сторону и в ожидании ответа расположился в небрежной позе, облокотившись о стеклянную перегородку и с шлемом под мышкой. Дежурный долго куда-то названивал, а Герц от нетерпения кусал губы и барабанил пальцами по стеклу. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем дежурному удалось дозвониться, но, как понял Леонид из его слов, вовсе не Альфреду, а какой-то Розалинде, которую он просил перезвонить Альфреду.