Невидимая угроза - Джина Майер

– В пятницу опять поеду в родной городок, – заявил Кристиан в среду вечером, когда Юлия пришла с работы.

По дороге домой она подумывала, не познакомить ли Кристиана со своими друзьями. В конце концов, они встречались уже почти три недели. Можно представить его Джо и Эстер, Кристиан им точно понравится.

– Что? – опешила Юлия. – Но ты же на прошлой неделе туда ездил. Что, опять?

– Бывший одноклассник устраивает мальчишник перед свадьбой. Можешь поехать со мной, если хочешь. Моя мама жаждет с тобой познакомиться.

– Правда?

Юлия попыталась представить себе, как Кристиан говорил о ней. Как ее называл. Моя девушка. Соседка. Студентка актерского отделения.

– И что я буду делать на его мальчишнике? Это же только для мужчин.

– Да, – признал он. – Но ты все равно могла бы…

– Забудь. Я не стану сидеть с твоей мамой, пока ты будешь развлекаться.

– Ну да. – Он поспешно кивнул. – Но я должен поехать. Биргер – мой лучший друг. Ты же понимаешь, да?

Юлия подошла к окну и посмотрела на пустые горшки. Она так и не посадила новые цветы. Все остальное она привела в порядок: убрала землю, отмыла ковер, Кристиан перекрасил стену. Пришлось нанести четыре слоя краски, чтобы замазать красный символ V. Но горшки остались пустыми. Они должны были каждый день напоминать Юлии о том, что в собственной квартире ей угрожает опасность. Любой мог вломиться сюда и все разгромить.

– Ну же, Юлия! – Кристиан обнял ее за плечи. – Нельзя позволять этому хулигану портить твою жизнь. Тебя как подменили с тех пор, как это случилось.

– А как бы ты себя чувствовал, если бы кто-то влез в твою жизнь и все переколошматил?

– Но ведь, по сути, ничего не случилось. Этот тип даже ничего не забрал.

– В том-то и дело. Если бы он украл стереосистему или украшения… Но его это не интересовало. Он хотел меня испугать, вот зачем он все это устроил.

– Может быть, это та твоя подруга? Валери?

Юлия покачала головой.

– Я к ней ездила. Она не могла этого сделать.

На следующее же утро после инцидента Юлия отправилась в Лобрюгге и постучала в дверь Валери. Ей открыла госпожа Бауманн, ее мать.

– Ой, Юлия, какой сюрприз! Я не ожидала тебя увидеть. Что тебя сюда привело?

– Мне нужно поговорить с Валери.

– С Валери? – Госпожа Бауманн очень удивилась. – Слушай, а Валери тут нет.

– А где же она?

– В Калифорнии. Уже два месяца. Она устроилась на стажировку в американский банк. На полгода. Ты разве не знала?

Юлия удивленно распахнула глаза:

– Так она уже два месяца в Америке? Нет, я не знала. Это…

– Вы что, больше не общаетесь? – с тревогой спросила госпожа Бауманн. – Из-за того дурацкого экзамена? Знаешь, Юлия, ты бы написала Валери. Я уверена, что она уже не обижается на тебя. Вообще, я считаю, что она должна быть благодарна тебе за то, что ты ее удержала от поступления на актерское. В банке все же лучше работать, чем в театре. – Госпожа Бауманн лучезарно улыбнулась.

«Это ты мне благодарна, – подумала Юлия. – Потому что ты считаешь, что я потом буду нищей, а Валери деньги лопатой станет грести».

– Правда! – продолжила госпожа Бауманн. – Вот увидишь, она очень обрадуется, если ты ей напишешь.

Юлия пожала плечами.

«Ненавижу тебя, тупая эгоистичная овца!» – сказала ей Валери при последней встрече.

– Может, и напишу, – вежливо ответила Юлия.

– Как бы то ни было, я ей передам, что ты приходила, – пообещала мать Валери. – Мы с ней часто болтаем по Скайпу.

– Непременно передайте, – кивнула Юлия и записала новый электронный адрес Валери, уже зная, что не станет с ней общаться.

И вот теперь она сказала Кристиану:

– Валери в Америке. Она хочет работать в банке. Даже если она все еще сердится на меня, она не могла сюда вломиться. Разве что тайно прошла летные курсы и купила самолет.

Кристиан нахмурился.

– А что у вас случилось? Почему она так на тебя злится? Ты же не виновата, что тебя взяли на актерское, а ее нет.

– Ну… Виновата. Есть и моя вина в том, что Валери не поступила.

– Почему? Ты переспала с ректором?

– Чушь какая. – Юлия прикусила ноготь. – Если я тебе расскажу, ты сразу переедешь в Бонн.

Кристиан рассмеялся.

– Все настолько плохо?

– Я облажалась. Но я этого не планировала. Ты должен мне поверить.

– Да я даже не знаю, о чем идет речь.

Юлия вздохнула.

– Кофе. Давай вначале выпьем кофе. А потом я тебе все расскажу.

Они спустились в полумрак его квартиры. После инцидента Юлия чувствовала себя тут намного увереннее.

Кристиан приготовил два латте.

Они устроились на диване.

– Выкладывай.

Юлия подтянула колени к груди и оперлась на них подбородком. Ей не хотелось говорить об этом. Она об этом вообще ни с кем не говорила. Никто ничего не знал, даже ее друзья. Кроме Валери, конечно.

– Ну же, – подбодрил ее Кристиан. – Вот увидишь: расскажешь – и тебе сразу станет легче.

Юлия вздохнула.

– Валери всегда хотела стать актрисой. Еще с шести-семи лет. Все время об этом болтала. Играла в школьном театре, ходила в театральный кружок, даже участвовала в постановке мюзиклов. Потом играла в любительском театре. У нее отлично получалось. – Юлия отхлебнула кофе и обожгла себе язык. – Ох, как горячо!

– Рассказывай дальше.

– Еще до выпускных в школе она начала подавать заявления в разные театральные училища. Во все города: Мюнхен, Берлин, Штутгарт, Вену. Но больше всего ей хотелось поступить в Гамбург, тут же университет.

Кристиан кивнул.

– Вступительные экзамены проходили в конце апреля, – продолжила Юлия. – И Валери еще в январе начала готовиться. Мне кажется, она зубрила материал к этому дурацкому экзамену больше, чем к выпускным. Зашивалась прямо.

– А ты? Ты долго готовилась? – спросил Кристиан.

– Я занималась вместе с ней. Помогала разучивать роли, повторяла билеты. Мы разучивали сцену с Фаустом и Гретхен. Я до сих пор помню все реплики.

– Ты играла Фауста, – задумчиво повторил Кристиан. – И этой ролью заработала себе место в университете.

Юлия кивнула. Она смотрела в чашку с латте, чтобы не встречаться с Кристианом взглядом. Ее щеки заливала краска. И дело было вовсе не в горячем кофе.

– Валери впала в истерику, – прошептала она. – За день до экзамена она как с катушек слетела. «Я ничего не умею, я не смогу, они меня засмеют». И все в таком духе. Она бы действительно не справилась. Если бы она пришла на экзамен, то просто упала бы в обморок.

– И ты поехала вместо нее.

– Она сама меня попросила съездить в университет. Сказать, что она заболела. – Юлия поморщилась. – Как будто кого-то вообще интересует, почему соискатель не пришел на экзамен. У них девятьсот заявлений и всего восемь мест. Поэтому они радуются, когда кто-то отказывается сдавать экзамен.

– А потом?

– А потом я увидела других соискателей. Как они там сидели, грызли ногти и ждали своей очереди. И я подумала… я подумала: что могут они, то смогу и я.

– Ты подумала, что ты можешь выступить лучше, чем они.

Юлия кивнула.

– Я и выступила лучше. Экзаменаторы сказали, что мой монолог из Шекспира звучал очень своеобразно. И убедительно. И им понравилось, что я играла Фауста, а не Гретхен.

– А та песня, которую ты спела на экзамене… Ты ее тоже репетировала с Валери?

– Нет. Для третьего отборочного тура она выбрала какую-то занудную сценку.

«Да Валери и не прошла бы в третий тур, – подумала Юлия. – Экзаменаторы вышвырнули бы ее после первого же монолога. “Спасибо, достаточно. Подождите за дверью, мы сообщим вам наше решение позже”. Вот что они сказали бы». Юлия не сомневалась, что у Валери не было ни единого шанса. В школьных постановках и в любительском театре она выступала неплохо. Но чтобы тебя взяли в Гамбургский университет музыки и театра, нужно выступать не просто хорошо. А необыкновенно. Как Юлия.

– Вот оно что. – Кристиан одним глотком осушил свою чашку, хотя кофе был очень горячим.

– Ты шокирован, – отметила Юлия. – Но я ведь не хотела подставить Валери. Это она потом все так перекрутила, будто я намеренно ее запугала, потому что с самого начала планировала выступить вместо нее. Но это неправда. Эта идея пришла мне в голову спонтанно.

– Но если бы такое случилось с тобой… – протянул Кристиан. – Если бы Валери так поступила с тобой, ты бы разозлилась, верно?

– Ну конечно. Я бы ей глаза выцарапала.

– Хм…

– Что «хм»?

– И все это время, пока ты репетировала с Валери, ты ни разу не подумала о том, что сама можешь стать актрисой?

– Не-а. Это всегда было амплуа Валери. Я хотела изучать геологию. Или этнологию.

– Геологию. – Он покачал головой, будто только что услышал самую нелепую идею в мире. – Ни за что не поверю.

– Ни за что не поверишь? Это еще что значит?

Юлии хотелось вскочить, выбежать из квартиры и захлопнуть за собой дверь.

«Да пошел ты, говнюк!» Вот что ей хотелось крикнуть.